… А когда разговоръ перешелъ на другія темы, Гриняевъ сказалъ:
— Доброта и добро — не одно и то же.
— Почему? возразилъ Капелюхинъ.—Доброта относится къ добру такъ же, какъ телячья котлета къ цѣлому теленку. Другими словами: доброта, это маленькій отростокъ добра.
— Ничего подобнаго,—въ свою очередь возразила и Марья Михайловна. — Добро прекрасно, возвышенно, абсолютно и безспорно, а доброта можетъ быть вздорной, несправедливой, мелкой и односторонней.
— Несогласенъ! — замоталъ головой Капелюхинъ. — Добрый человѣкъ всегда и творитъ добро!..
— Хорошо,—перебилъ Гриняевъ.—Въ такомъ случаѣ я приведу примѣръ, изъ котораго вы едва ли выОпечатка, правильно: пупупутаетесь… Скажемъ, путешествуете вы по какой-нибудь тамъ пустынѣ Сахарѣ со своими двумя дѣтьми и со слугой… И вдругъ оба вашихъ мальчика заболѣваютъ какой-нибудь туземной лихорадкой… У вашего слуги есть вполнѣ достаточный для спасенія жизни дѣтей запасъ хины, но слуга вдругъ уперся и ни за что не хочетъ отдать этого лекарства. Выхода у васъ, конечно, только два: или убить слугу и этимъ спасти двухъ дѣтей, или махнуть на слугу рукой — и тогда дѣти ваши въ мученіяхъ умрутъ. Что бы вы сдѣлали?..
… А когда разговор перешёл на другие темы, Гриняев сказал:
— Доброта и добро — не одно и то же.
— Почему? — возразил Капелюхин. — Доброта относится к добру так же, как телячья котлета к целому телёнку. Другими словами: доброта — это маленький отросток добра.
— Ничего подобнаго, — в свою очередь возразила и Марья Михайловна. — Добро прекрасно, возвышенно, абсолютно и бесспорно, а доброта может быть вздорной, несправедливой, мелкой и односторонней.
— Не согласен! — замотал головой Капелюхин. — Добрый человек всегда и творит добро!..
— Хорошо, — перебил Гриняев. — В таком случае я приведу пример, из которого вы едва ли выпутаетесь… Скажем, путешествуете вы по какой-нибудь там пустыне Сахаре со своими двумя детьми и со слугой… И вдруг оба ваших мальчика заболевают какой-нибудь туземной лихорадкой… У вашего слуги есть вполне достаточный для спасения жизни детей запас хины, но слуга вдруг упёрся и ни за что не хочет отдать этого лекарства. Выхода у вас, конечно, только два: или убить слугу и этим спасти двух детей, или махнуть на слугу рукой — и тогда дети ваши в мучениях умрут. Что бы вы сделали?..
