Страница:Афанасьев. Народные русские легенды. 1914.djvu/258

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана

приймае, та й каже: Боже мій милий, Спасе мій Христе! за всю мою щирость, за всю мою правду, зроби мині таку ласку—нехай и моя мати буде въ раю зо мною. А Христосъ и рече ему: Ні, Онисиме! вельми грішна твоя мати. Візьми хиба оту цибульку, що лежитъ передъ нею, та коли витягнешъ іі съ тиі бездни, то нехай и вона буде въ раю съ тобою. Узявъ вінъ тую стрілочку та й подавъ матери. Схопилась вона за неі… отъ, отъ витягне, отъ, отъ витягне съ пекла! бо що-то Божому святому? Ажъ ні: якъ поначіплювались ій и въ плахту, и въ намітку грішніи души, що-бъ и собі съ того пекла вибратьця, то й не здержала тая цибулька: перервалась, а вона такъ и бовтнула въ гарячу смолу!“


У Сербовъ существуетъ слѣдующій разсказъ о загробномъ странствованіи:

„Разскажи мнѣ, что видѣлъ?“ спрашиваетъ старикъ.—Видѣлъ я, отвѣчаетъ странникъ, серебряный мостъ; подъ нимъ огромный котелъ, въ томъ котлѣ кипятъ людскія головы, а поверхъ носятся орлы и терзаютъ ихъ своими клювами. „Такова вѣчная мука на томъ свѣтѣ! Что еще видѣлъ?“—Послѣ того проходилъ я селомъ, и со всѣхъ сторонъ слы-


Тот же текст в современной орфографии

приймае, та й каже: Боже мий милий, Спасе мий Христе! за всю мою щирость, за всю мою правду, зроби мини таку ласку — нехай и моя мати буде в раю зо мною. А Христос и рече ему: Ни, Онисиме! вельми гришна твоя мати. Визьми хиба оту цибульку, що лежит перед нею, та коли витягнеш іі с тии бездни, то нехай и вона буде в раю с тобою. Узяв вин тую стрилочку та й подав матери. Схопилась вона за неи… от, от витягне, от, от витягне с пекла! бо що-то Божому святому? Аж ни: як поначиплювались ий и в плахту, и в намитку гришнии души, що б и соби с того пекла вибратьця, то й не здержала тая цибулька: перервалась, а вона так и бовтнула в гарячу смолу!»


У Сербов существует следующий рассказ о загробном странствовании:

«Расскажи мне, что видел?» спрашивает старик. — Видел я, отвечает странник, серебряный мост; под ним огромный котел, в том котле кипят людские головы, а поверх носятся орлы и терзают их своими клювами. «Такова вечная мука на том свете! Что еще видел?» — После того проходил я селом, и со всех сторон слы-