Страница:Полное собрание сочинений В. Г. Короленко. Т. 2 (1914).djvu/16

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
— 14 —


— Вотъ что, говоригь, — поѣдете назадъ, свободно будетъ, — заходите, пожалуй. — А она смотритъ на насъ да усмѣхаетсн по-своему, не хорошо.

— Не понимаю я, говорить, зачѣмъ ему заходить? И для чего зовете? — А онъ ей: — Ничего, ничего! Иусть зайдетъ, если самь опять захотеть... заходите, заходите, ничего!

Не все я, признаться, понялъ, что они тутъ еще говорили. Вы вѣдь, госоода, мудрено иной раазъ, промежъ себя разговариваете... А любооытно. Ежели бы такъ остаться, нослушать... ну, мнѣ неловко,—какъ бы чего не оодумали. Ушелъ.

Ну, только свезли мы госоодина Загряжскаго на мѣсто, ѣдемъ назадъ. Призываетъ иснравникъ старшого и говорить: — „Вамъ тутъ оставаться впередъ до распоряженія; телеграмму получилъ. Бумагъ вамъ ждать по почтѣ“. Ну, мы, конечно, остались.

Вотъ я опять къ нимъ: — дай, думаю, зайду, хоть у хозяевъ про нее спрошу. Зашелъ. Говоритъ хозяинъ домовый: — „Плохо, говоритъ, какъ бы не померла. Боюсь, въ отвѣтъ не пооасть бы, — потому собственно, что попа звать не станутъ“. Только стоимъ мы, разговариваемъ, а въ это самое время Рязанцевъ вышелъ. Увидѣлъ меня, поздоровался да и говорить: — „Опять пришелъ? Что-жъ, войди, пожалуй“. Я и вощелъ тихонько, а онъ за мной вошель. Поглядѣла она, да и спрашиваетъ: — „Опять этотъ странный человѣкъ!.. Вы что-ли его позвали?“ — „Нѣтъ, говорить, не звалъ я, — самъ онъ пришелъ“. Я не утерпѣлъ и говорю ей:

— Что это, говорю, барышня, — за что вы сердце противъ мена имѣете? Или я врагъ вамъ какой?

— Врагъ и есть, говорить, — а вы развѣ не знаете? Конечно врагь! — Голосъ у нея слабый сталь, тихій, на щекахъ руманецъ такъ и горитъ, и столь лицо у нея пріятное… кажется, не наглядѣлся бы. Эхъ, думаю, — пе жилица она на свѣтѣ, — сталъ прощенія проситъ, — какъ бы, думаю, безъ прощенія не померла. — „Простите меня, говорю, — коли вамъ зло какое сдѣлалъ“. Извѣстно, какъ по-нашему, по-христіански полагается… А она опять, гляжу, закипаетъ… — „Простить! вотъ еще! Никогда не прошу, и не думайте, никогда! Помру скоро… такъ и знайте: не простила!“

Разсказчикъ опять смолкъ и задумался. Потомъ продолжалъ тише и сосредоточеннѣе:

„Опять у нихъ промежду себя разговоръ пошелъ. Вы вотъ человѣкъ, образованный, по-ихнемѵ понимать должны, такъ я вамъ скажу, какія слова я упомнилъ. Слова-то запали и росейчась помню, а смыслу не знаю. Онъ говоритъ:

— Видите: не жандармъ къ вамъ прищель сейчасъ… Жан-