Страница:Рабле - Гаргантюа и Пантагрюэль.djvu/56

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
36
ИНОСТРАННАЯ ЛИТЕРАТУРА

цѣлой кучи ученыхъ вралей, и на это пошло слишкомъ восемнадцать лѣтъ и одиннадцать мѣсяцевъ. И онъ такъ твердо все это выучилъ, что на экзаменѣ могъ отвѣчать наизусть и навыворотъ и по пальцамъ доказалъ матери, что de modis significandi non erat scientia.

Затѣмъ прочиталъ Compost, на что пошло шестнадцать лѣтъ и два мѣсяца, какъ вдругъ его наставникъ умеръ:

Et fut l’an mil quatre cens et vingt
De la verolle qui luy vint
[1].

Послѣ того y него былъ новый учитель, котораго звали мэтръ Жобеленъ Бриде, и онъ прочиталъ съ нимъ Гугоціо[2], Эврара[3] Grecisme, Doctrinal[4], Les Pars[5], Quid est[6], Supplementum[7], Marmortret[8], De moribus in mensa servandis[9], Seneca De quatuor virtutibus cardinalibus[10], Passavantus cum commento[11]. И на праздпикахъ Dormi sectire. И еще нѣсколько подобныхъ книгъ, отъ чтенія которыхъ онъ такъ поумнѣлъ, что и сказать нельзя.

Къ гл. XIV
Къ гл. XIV.

  1. Въ тысяча четыреста двадцатомъ году умеръ отъ венерической болѣзни.
  2. Феррарскій епископъ, грамматикъ.
  3. Эвраръ Бетюнскій, 1212.
  4. Латинская грамматика въ стихахъ, 1242.
  5. Части рѣчи.
  6. Начала грамматики въ вопросахъ и отвѣтахъ.
  7. Suppl, chronicorum.
  8. Философъ изъ Бергамо, 1380. Введеніе къ чтенію Библіи Маркезини.
  9. Правила Сѵлпиція изъ Вероли (XV ст.).
  10. Псевдонимный трактатъ Мартина, епископа изъ Мондонедо.
  11. Флорентинскій доминиканецъ.
Тот же текст в современной орфографии

целой кучи ученых вралей, и на это пошло слишком восемнадцать лет и одиннадцать месяцев. И он так твердо всё это выучил, что на экзамене мог отвечать наизусть и навыворот и по пальцам доказал матери, что de modis significandi non erat scientia.

Затем прочитал Compost, на что пошло шестнадцать лет и два месяца, как вдруг его наставник умер:

Et fut l’an mil quatre cens et vingt
De la verolle qui luy vint
[1].

После того y него был новый учитель, которого звали мэтр Жобелен Бриде, и он прочитал с ним Гугоцио[2], Эврара[3] Grecisme, Doctrinal[4], Les Pars[5], Quid est[6], Supplementum[7], Marmortret[8], De moribus in mensa servandis[9], Seneca De quatuor virtutibus cardinalibus[10], Passavantus cum commento[11]. И на праздпиках Dormi sectire. И еще несколько подобных книг, от чтения которых он так поумнел, что и сказать нельзя.

К гл. XIV
К гл. XIV.


XV.
О томъ, какъ приставили къ Гаргантюа другихъ педагоговъ.

И вдругъ отецъ его замѣтилъ, что, хотя онъ очень хорошо учится и трактиръ на это все время, однако успѣховъ никакихъ не дѣлаетъ. И, что хуже всего, становится глупъ, нелѣпъ, разсѣянъ и безтолковъ. И, пожаловавшись на это дону Филиппу де-Маре, вице-королю Папелигоса, услышалъ отъ него, что лучше бы Гаргантюа ничему не учился, нежели изучалъ такія книги и съ такими наставниками, потому что ихъ знаніе — одна глупость, а ихъ ученость — чистѣйшій вздоръ, которымъ они засоряютъ добрые и благородные умы и калѣчатъ молодежь.

— Возьмите любого изъ современныхъ молодыхъ людей, — говорилъ онъ, — которые прошли хотя бы двухлѣтній курсъ наукъ, и если онъ не окажется умнѣе, краснорѣчивѣе и толковѣе вашего сына, вѣжливѣе и обходитель-

  1. В тысяча четыреста двадцатом году умер от венерической болезни.
  2. Феррарский епископ, грамматик.
  3. Эврар Бетюнский, 1212.
  4. Латинская грамматика в стихах, 1242.
  5. Части речи.
  6. Начала грамматики в вопросах и ответах.
  7. Suppl, chronicorum.
  8. Философ из Бергамо, 1380. Введение к чтению Библии Маркезини.
  9. Правила Силпиция из Вероли (XV ст.).
  10. Псевдонимный трактат Мартина, епископа из Мондонедо.
  11. Флорентинский доминиканец.
Тот же текст в современной орфографии
XV.
О том, как приставили к Гаргантюа других педагогов.

И вдруг отец его заметил, что, хотя он очень хорошо учится и трактир на это всё время, однако успехов никаких не делает. И, что хуже всего, становится глуп, нелеп, рассеян и бестолков. И, пожаловавшись на это дону Филиппу де Маре, вице-королю Папелигоса, услышал от него, что лучше бы Гаргантюа ничему не учился, нежели изучал такие книги и с такими наставниками, потому что их знание — одна глупость, а их ученость — чистейший вздор, которым они засоряют добрые и благородные умы и калечат молодежь.

— Возьмите любого из современных молодых людей, — говорил он, — которые прошли хотя бы двухлетний курс наук, и если он не окажется умнее, красноречивее и толковее вашего сына, вежливее и обходитель-