Страница:Уайльд. Замечательные рассказы и сказки. 1908.pdf/41

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


необыкновенное влеченіе къ красотѣ. Онъ издавалъ крики восторга при видѣ красивыхъ одеждъ и драгоцѣнностей… А если бы ты видѣлъ, съ какою радостью онъ сбросилъ съ себя грубую рубашку и жесткій овечій плащъ!.. Правда, придворный церемоніалъ (порядокъ) заставилъ его скучать и даже тосковать о свободной жизни въ лѣсу; но стоило лишь принцу вырваться изъ засѣданій совѣта, какъ онъ сбѣга̀лъ внизъ и принимался путешествовать изъ одной комнаты въ другую. И съ какимъ восхищеніемъ онъ бродилъ по комнатамъ одинъ, безъ постороннихъ. Однажды къ нему явился губернаторъ съ привѣтствіемъ отъ имени жителей своей провинціи. Посланный придворными въ малую залу, губернаторъ засталъ принца колѣнопреклоненнымъ предъ большой картиной съ изображеніемъ трехъ греческихъ богинь. А въ другой разъ молодого короля нашли, послѣ немалыхъ поисковъ, въ маленькой башнѣ. Съ какимъ благоговѣніемъ стоялъ онъ здѣсь и созерцалъ мраморную статую прекраснаго юноши—греческаго бога Адониса!.. Часто онъ приникалъ своими губами къ холодному мрамору чудныхъ изваяній и статуй. А разъ король провелъ почти всю ночь въ саду, восхищаясь игрой лунныхъ лучей на серебристыхъ тополяхъ и на посеребренныхъ статуяхъ. Всѣ рѣдкія цѣнности влекли къ себѣ короля, и онъ хотѣлъ обладать ими. Нѣсколько мѣсяцевъ тому назадъ король призвалъ купцовъ и далъ имъ наказъ отправиться въ далекія страны. И вотъ поѣхали купцы: одинъ—на сѣверъ за душистой амброй, другой—въ Египетъ за зеленой бирюзой и краснымъ рѣдкимъ рубиномъ, который находится въ руслахъ небольшихъ рѣчекъ, третій—въ Персію за шелковыми товарами и шалями, четвертый—въ Индію за морскими жемчужинами, слоновой костью и за голубой эмалью. Купцамъ строго-настрого приказано было во́-время вернуться ко дню коронаціи и привезти все въ точности…

— Ну, что же, все привезено?

— О, да, все… и все уже готово: мантія, вытканная изъ золота, скипетръ, обвитый кольцами жемчуга, и корона, убранная ярко-красными рубинами. Коронація будетъ пышная, небывалая… Однако поздно… Пойдемъ спать…

Придворные простились и отправились на покой.

Королю же не спалось. Мысли его отъ воспоминаній прошлаго перешли къ предстоящему завтра торжеству. Король сталъ думать объ уборахъ и о своемъ одѣяніи. Черезъ нѣсколько минутъ онъ всталъ и подошелъ къ открытому окну. За окномъ показались неясныя очертанія собора, гордо поднявшаго шапку своего купола надъ темной массой домовъ. По набережной рѣки мѣрно ходили часовые. Изъ сада неслись переливы соловья. А сочный ароматъ цвѣтовъ, въ особенности жасмина, такъ и врывался въ комнату. Очарованіе прекрасной таинственной ночи сразу охватило короля… Онъ откинулъ со лба прядь темныхъ кудрей, быстро взялъ лютню и заигралъ, плавно перебирая струны. Вскорѣ однако онъ почувствовалъ какое-то томленіе. Руки его опустились и ему захотѣлось спать. Башенные часы пробили полночь. Король позвонилъ; пришли пажи. Они, какъ требовали того придворныя правила, съ разными церемоніями раздѣли короля, умыли его руки розовой водой, усыпали изголовье цвѣтами и, низко поклонившись, вышли. Не успѣли они уйти, какъ король уже уснулъ.

И приснилось ему вотъ что. Онъ, король, находится будто бы въ низкой темноватой комнатѣ. Кругомъ стучатъ и визжатъ станки рабочихъ-ткачей. Слабый свѣтъ еле освѣщаетъ блѣдныя лица ткачей. Болѣзненныя, истомленныя дѣти сидятъ на корточкахъ близъ взрослыхъ и помогаютъ имъ. Видно, что дѣти голодны. Ихъ


Тот же текст в современной орфографии

необыкновенное влечение к красоте. Он издавал крики восторга при виде красивых одежд и драгоценностей… А если бы ты видел, с какою радостью он сбросил с себя грубую рубашку и жёсткий овечий плащ!.. Правда, придворный церемониал (порядок) заставил его скучать и даже тосковать о свободной жизни в лесу; но стоило лишь принцу вырваться из заседаний совета, как он сбега́л вниз и принимался путешествовать из одной комнаты в другую. И с каким восхищением он бродил по комнатам один, без посторонних. Однажды к нему явился губернатор с приветствием от имени жителей своей провинции. Посланный придворными в малую залу, губернатор застал принца коленопреклонённым пред большой картиной с изображением трёх греческих богинь. А в другой раз молодого короля нашли, после немалых поисков, в маленькой башне. С каким благоговением стоял он здесь и созерцал мраморную статую прекрасного юноши — греческого бога Адониса!.. Часто он приникал своими губами к холодному мрамору чудных изваяний и статуй. А раз король провёл почти всю ночь в саду, восхищаясь игрой лунных лучей на серебристых тополях и на посеребрённых статуях. Все редкие ценности влекли к себе короля, и он хотел обладать ими. Несколько месяцев тому назад король призвал купцов и дал им наказ отправиться в далёкие страны. И вот поехали купцы: один — на север за душистой амброй, другой — в Египет за зелёной бирюзой и красным редким рубином, который находится в руслах небольших речек, третий — в Персию за шёлковыми товарами и шалями, четвёртый — в Индию за морскими жемчужинами, слоновой костью и за голубой эмалью. Купцам строго-настрого приказано было вовремя вернуться ко дню коронации и привезти всё в точности…

— Ну, что же, всё привезено?

— О, да, всё… и всё уже готово: мантия, вытканная из золота, скипетр, обвитый кольцами жемчуга, и корона, убранная ярко-красными рубинами. Коронация будет пышная, небывалая… Однако поздно… Пойдём спать…

Придворные простились и отправились на покой.

Королю же не спалось. Мысли его от воспоминаний прошлого перешли к предстоящему завтра торжеству. Король стал думать об уборах и о своём одеянии. Через несколько минут он встал и подошёл к открытому окну. За окном показались неясные очертания собора, гордо поднявшего шапку своего купола над тёмной массой домов. По набережной реки мерно ходили часовые. Из сада неслись переливы соловья. А сочный аромат цветов, в особенности жасмина, так и врывался в комнату. Очарование прекрасной таинственной ночи сразу охватило короля… Он откинул со лба прядь тёмных кудрей, быстро взял лютню и заиграл, плавно перебирая струны. Вскоре однако он почувствовал какое-то томление. Руки его опустились и ему захотелось спать. Башенные часы пробили полночь. Король позвонил; пришли пажи. Они, как требовали того придворные правила, с разными церемониями раздели короля, умыли его руки розовой водой, усыпали изголовье цветами и, низко поклонившись, вышли. Не успели они уйти, как король уже уснул.

И приснилось ему вот что. Он, король, находится будто бы в низкой темноватой комнате. Кругом стучат и визжат станки рабочих-ткачей. Слабый свет еле освещает бледные лица ткачей. Болезненные, истомлённые дети сидят на корточках близ взрослых и помогают им. Видно, что дети голодны. Их