Страница:Фет, Афанасий Афанасьевич. Ранние годы моей жизни.djvu/48

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана
  
— 38 —

сестры Анюты, приходившей въ свободное отъ уроковъ время ко мнѣ съ ребенкомъ въ классную. Это безспорно была весьма добродушная женщина; тѣмъ не менѣе ея выхоленная и массивная самоувѣренность вызывали съ моей стороны всякаго рода выходки. Такъ, напримѣръ, зная лично ея мужа, Якова, я, обучая ее молитвѣ Господней, натвердилъ вмѣсто: „яко на небеси“ — „Яковъ на небеси“.

Конечно, всякая невѣжливость съ моей стороны къ кому либо изъ прислуги не прошла бы мнѣ даромъ, но я нашелъ способъ дразнить кормилицу Афимью безнаказанно. Глядя пристально на ея бѣлое и румяное лицо и ходя вслѣдъ за нею, я убѣдительно и настойчиво твердилъ: „Кордова, Кордова”. Долго „Кордова“ безмолвно выслушивала мой географическій урокъ, но наконецъ, вѣроятно, понявъ, въ чемъ дело, съ неменьшей выразительностью проговорила: „И ни на что то вы непохоже затвердили Кордова да Кордова“. Убѣдившись, что стрѣла дошла по назначенію, я тотчасъ же перешелъ въ дружелюбный тонъ. Дѣда и прадѣда ея мужа я зналъ лично, но, не смотря на это, часто бесѣдовалъ о нихъ съ кормилицею. Оба старика уже не работали въ поле, но въ воскресный день я часто видалъ ихъ проходящими черезъ барскій дворъ по направленію къ церкви. Дѣдъ мужа Афимьи былъ сильно посѣдѣвшій старикъ съ простриженнымъ на головѣ гуменцомъ, и ходилъ къ обѣднѣ безъ палки. Ему считали отъ роду 90 лѣтъ, но удивительно, что у его отца въ густыхъ и черныхъ волосахъ не было ни одной сѣдинки. Высокаго роста, сухощавый, онъ проходилъ, опираясь на длинную палку, причемъ имѣлъ видъ человѣка, сломленнаго въ поясѣ на правую сторону. Афимья съ улыбкой говорила: „прадѣдушка росъ, росъ да и покачнулся“. Ему считали 120 лѣтъ. Хорошо помню, что когда дѣдъ Афимьи давно уже былъ снесенъ на кладбище, покривившійся на сторону отецъ его, въ чистомъ долгополомъ зипунѣ и съ длинной палкой, продолжалъ проходить мимо оконъ къ обѣднѣ версты за четыре.

Заговоривъ о старикахъ, скажу несколько словъ о своихъ Шеншиныхъ, хотя бы о Петрѣ Аѳанасьевичѣ Шеншинѣ, бывшемъ воеводѣ и ѣздившемъ, какъ я слыхалъ, на лошадяхъ, кованныхъ серебромъ.