Страница:Элиза Брайтвин. Дружба с природой. В русском изложении Дм. Кайгородова, 1897.djvu/56

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница выверена
56
Дружба с природой


СОЙКА.

САДОВНИКЪ сказалъ мнѣ, что на одномъ изъ старинныхъ дубовъ нашего сада свила гнѣздо сойка, и что въ гнѣздѣ находятся четыре птенца, какъ разъ въ такой порѣ, чтобы взять ихъ на воспитание. Я приказала принести одного изъ нихъ, остальныхъ же предоставила воспитывать ихъ родителямъ.

Странно выглядываетъ молодая сойка: великолѣпныя голубыя перышки на крыльяхъ ясно уже видны, въ то время, какъ остальныя едва еще лишь пробиваются; глаза у нея большіе, светло-голубые; при раскрытомъ клювѣ обнаруживается широкая глотка, окрашенная въ малиново-красный цвѣтъ. Такимъ образомъ, уже въ первые дни своей жизни эта птица является изукрашенною яркими красками. Когда же перья вырастутъ вполнѣ, сойку можно отнести, по праву, къ красивѣйшимъ нашимъ птицамъ.

Первое время моя Соинька вела себя почти такъ же, какъ и всѣ другіе птенчики: она безъ устали требовала себѣ корма и ничѣмъ другимъ не интересовалась; когда же подросла, то обрадовала меня чрезвычайною привязанностью — въ противоположность прежнему своему поведенію. Каждый разъ, какъ я входила въ комнату, въ которой помѣщалась ея клѣтка, Соинька начинала волноваться и безпокоиться, пока я не приближалась къ ней настолько, что она могла кормить меня. Дѣлалось это такимъ образомъ: она отправлялась къ своей кормушкѣ, выбирала тамъ самый лакомый, по ея мнѣнію, кусочекъ и затѣмъ вкладывала его въ мой ротъ, просунувъ свой клювъ между проволоками клѣтки. Иногда моя Соинька бывала даже настолько милостива, что удостаивала такого же угощенія и кого-нибудь изъ моихъ домашнихъ; къ чужимъ же всегда выказывала самое явное нерасположеніе, проявляя его большею частью тѣмъ, что брызгала въ нихъ набранною въ ротъ водой! Она вѣчно прыгала по клѣткѣ взадъ и впередъ; выпускать же ее изъ клѣтки было невозможно, вслѣдствіе ея пугливости: малѣйшій непривычный шумъ, или появленіе въ комнатѣ собаки или кошки, наводили на нея необычайный страхъ и ужасъ; она начинала тогда жестоко биться въ своей клѣткѣ, издавая при этомъ особенные звуки боязни.


Тот же текст в современной орфографии


СОЙКА

САДОВНИК сказал мне, что на одном из старинных дубов нашего сада свила гнездо сойка, и что в гнезде находятся четыре птенца, как раз в такой поре, чтобы взять их на воспитание. Я приказала принести одного из них, остальных же предоставила воспитывать их родителям.

Странно выглядывает молодая сойка: великолепные голубые пёрышки на крыльях ясно уже видны, в то время как остальные едва ещё лишь пробиваются; глаза у неё большие, светло-голубые; при раскрытом клюве обнаруживается широкая глотка, окрашенная в малиново-красный цвет. Таким образом, уже в первые дни своей жизни эта птица является изукрашенною яркими красками. Когда же перья вырастут вполне, сойку можно отнести, по праву, к красивейшим нашим птицам.

Первое время моя Соинька вела себя почти так же, как и все другие птенчики: она без устали требовала себе корма и ничем другим не интересовалась; когда же подросла, то обрадовала меня чрезвычайною привязанностью — в противоположность прежнему своему поведению. Каждый раз, как я входила в комнату, в которой помещалась её клетка, Соинька начинала волноваться и беспокоиться, пока я не приближалась к ней настолько, что она могла кормить меня. Делалось это таким образом: она отправлялась к своей кормушке, выбирала там самый лакомый, по её мнению, кусочек и затем вкладывала его в мой рот, просунув свой клюв между проволоками клетки. Иногда моя Соинька бывала даже настолько милостива, что удостаивала такого же угощения и кого-нибудь из моих домашних; к чужим же всегда выказывала самое явное нерасположение, проявляя его большею частью тем, что брызгала в них набранною в рот водой! Она вечно прыгала по клетке взад и вперёд; выпускать же её из клетки было невозможно, вследствие её пугливости: малейший непривычный шум, или появление в комнате собаки или кошки, наводили на неё необычайный страх и ужас; она начинала тогда жестоко биться в своей клетке, издавая при этом особенные звуки боязни.