Страница:1870, Russkaya starina, Vol 1. №1-6.pdf/383

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница была вычитана


Tenda, слова Pini, потомъ для обѣихъ старшихъ сестеръ: Impromptu en galop, на тему изъ Elisir d’amore, Donizetti. По окончаніи Sestetto, онъ былъ исполненъ у пріятельницы дочери De Filippi. Отецъ этой барышни былъ иввѣстный въ Миланѣ seccatore (facheux), т.-е. человѣкъ, который умѣетъ постоянно докучать своимъ неумѣстнымъ посѣщеніемъ и пускаетъ корни, т.-е. остается долго во время посѣщенія. Дочь его сыграла мой Sestetto неудовлетворительно, но поддержали пьесу лучшіе артисты, которые ей аккомпанировала; Роmpео Belgiojoso очень понравился даже ходъ басовъ въ финалѣ. Во время исполненія этой пьесы, я помню, что отъ дѣйствія пластыря у меня нѣмѣли руки и ноги до такой степени, что я щипалъ себя, чтобы убѣдиться, что еще въ ннхъ сохранилась жизнь. Но я все еще кое-какъ боролся съ страданіями и писалъ тріо для фортепьяно, кларнета и фагота. Мои пріятели артисты театра della Scala: Tassistro на кларнетѣ и Contu (Контю) на фаготѣ мнѣ аккомпанировали, и по окончаніи финала послѣдній сказалъ съ изумленіемъ: «Ма questo е disperazione»! и дѣйствительно, я былъ въ отчаяніи.

Въ первое время пластырь держался мѣсяцъ, потомъ три, двѣ недѣли; послѣднее же время онъ высыхалъ въ сутки, ибо поглощался, такъ-сказать, организмомъ и надлежало его ежедневно возобновлять, отъ чего у меня члены нѣмѣли. Меня душило, я лишился аппетита, сна и впалъ въ то жесточайшее отчаяніе, которое выразилъ я въ вышеупомянутомъ Тrіо.

Я рѣшился ѣхать въ Венецію, чтобы развлечься, надѣясь, что путешествіе, какъ это не рѣдко было, поправитъ мое здоровье. De Filippi одобрилъ мое намѣреніе, и я въ концѣ февраля 1833 года отправился въ дилижансѣ одинъ.

Въ Венеціи, рекомендательныя письма мнѣ вовсе не послужили въ пользу. Въ то время Беллини ставилъ тамъ свою оперу; Beatrice di Tendа, и съ его позволенія я посѣщалъ репетиціи, на которыхъ часто встрѣчался съ Giovanni Ricordi, моимъ издателемъ въ Миланѣ.

Въ то время, музыкальный его магазинъ былъ первый въ Италіи, а можетъ быть и въ цѣломъ свѣтѣ, по числу принадлежавшихъ ему и изданныхъ имъ оперъ. Во Флоренціи также было отдѣленіе того же магазина. Самъ Ricordi былъ очень хо-