Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 1.pdf/133

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана

въ садъ? на чьей половинѣ больше сиживали? гдѣ принимались общіе гости? гдѣ былъ каминъ? на чью половину приносили кактусъ Грандифлору, когда старый садовникъ объявлялъ съ приличною спокойною важностью, что завтра будетъ въ цвѣту? къ чьимъ окошкамъ подводили мѣдвѣдя, и сбирались дѣти и дворня? — Всѣ эти преимущества были на половинѣ папа. Я увѣренъ, что никогда ни папа и тѣмъ мѣнѣе maman, [19] въ голову не приходило подумать объ этой несправедливости, даже сама maman, которая всему умѣла дать изящный колоритъ, безпрестанно придумывала новыя улучшенія на половинѣ папа и никогда не думала о своей. — Отецъ мой деликатенъ, вѣжливъ, когда того требуютъ приличія, но того внутренняго безсознательнаго чувства нѣжной деликатности, которая бы указала ему на это, онъ не имѣлъ. Съ другой женщиной онъ, бывши такимъ же, какимъ и былъ съ maman, могъ бы называться самымъ внимательнымъ и нѣжнымъ супругомъ, но съ Maman онъ былъ грубъ, напримѣръ Maman рѣдко звала его къ себѣ — она боялась, не помѣшать бы ему; онъ же всегда, когда ему было нужно видѣться и ему нельзя было идти самому. — Случалось, что онъ не сейчасъ приходилъ, когда maman звала его, и тогда она сама шла къ нему въ кабинетъ, боясь, не занятъ ли онъ или не огорченъ ли. Въ этотъ день случилось также — maman пришла сама къ нему, только что мы ушли.

Мнѣ кажется, что отецъ дѣлалъ это сознательно, испытывая свою власть и приучая ее къ ней. Maman была благородно горда, и поэтому не тщеславна, онъ же только тщеславенъ. Поэтому никогда ни въ чемъ онъ не задѣвалъ ея гордости, а, напротивъ, уступалъ ей. Тщеславія же его она вовсе не замѣчала, и они жили мирно.

— Что объявилъ ты дѣтямъ, mon cher?[1] — спросила maman, усѣвшись на диванъ.

— Да, очень огорчены бѣдняжки — и, усаживаясь опять передъ столомъ, съ котораго Никита, наконецъ, понявши всѣ приказанія, взялъ конверты, бумаги и деньги и скромно вышелъ: «Ну теперь, слава Богу, все кончилъ, остается только самое трудное, уговорить тебя успокоиться и не грустить».

Maman только что хотѣла [20] отвѣчать съ грустнымъ выраженіемъ лица: «Послушай, Alexandre»... онъ перебилъ ее. — «Да, j’ai une prière à vous faire,[2] можетъ деньги съ залоговъ получатся нескоро, такъ j’ai ordonné à Никита de s’adresser à vous,[3] пожалуйста, ты дай ему тогда для Совѣта, сколько нужно, изъ Хабаровскихъ денегъ. Dès qu’il recevra l’argent, dont je vous parle, il vous...»[4]

  1. [мой дорогой?]
  2. [y меня к тебе просьба,]
  3. [я приказал Никите обратиться к тебе,]
  4. [Как только он получит деньги, о которых я тебе говорю, он тебе....]
115