Страница:L. N. Tolstoy. All in 90 volumes. Volume 76.pdf/71

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница не была вычитана



91. В редакцию газеты «Русские ведомости».

1905 г. Декабрь 1. Я. П.

Прилагаю два письма двух крестьян, христиан1, второй год томящихся в дисциплинарном батальоне за то, что они по своим (думаю, никто не станет спорить против этого) истинно христианским верованиям не могли добровольно поступить в войско и принять запрещенную евангелием присягу.

Полагаю, что в теперешнее время, когда с одной стороны провозглашена свобода совести,2 с другой стороны освобождены все политические арестанты,3 пора бы перестать наказывать людей за то, что они остаются верными своим религиозным, мирным, братолюбивым убеждениям. Пора бы для таких, исключительно высоких по своему нравственному складу, людей найти какой-либо другой выход из того противоречия, в которое они поставлены требованиями правительства и закона Христа, чем жестокое заточение и розги.

Прежде, недавно еще, такие люди ссылались в Якутскую область. Как ни тяжела была эта ссылка, она все-таки была несравненно легче дисциплинарного батальона.4 Таких заключенных теперь в дисциплинарных батальонах я знаю еще многих, кроме этих двух.

Лев Толстой.

1-го декабря 1905 г.

Вот эти два письма.

Печатается по публикации в газете «Русские ведомости» 1905, № 319 от 3 декабря. Черновик письма хранится в ГМТ.

1 См. письмо № 84.

2 Имеются в виду те уступки, на которые вынуждено было пойти царское правительство, напуганное небывалым размахом революционного движения и стачечной борьбы и издавшее указ от 17 апреля 1905 г. «О внедрении в русскую жизнь начал веротерпимости» и манифест от 17 октября 1905 г., в первом пункте которого значилось: «Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов», а также широко разрекламированная правительством политическая амнистия 21 октября. На деле не только эта амнистия, но и сам манифест 17 октября носил фиктивный, чисто демагогический характер.

3 В действительности была дана амнистия лишь незначительной части политических заключенных.

61