ЭСБЕ/Баузе, Федор Григорьевич

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Баузе
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Банки — Бергер. Источник: т. III (1891): Банки — Бергер, с. 200 ( скан · индекс ) • Другие источники: МЭСБЕ : РБС : ЭЛ
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные


Баузе (Федор Григорьевич) — профессор юриспруденции Московского университета и один из первых собирателей памятников древнерусской письменности, род. в 1752 г. в саксонском городке Триптисе, где отец его был пастором; учился в известной Лейпцигской St.-Thomas-Schule и на юридическом факультете Лейпцигского университета. Как и у многих немцев того времени, у него явилось желание попытать счастья в России. В 1773 г. он отправился в Петербург и сначала занимался частными уроками, а затем поступил учителем в Рeter-Schule. Здесь им очень дорожили и вскоре назначили инспектором. Знакомство с учеными кругами Петербурга доставило ему в 1781 г. звание корреспондента академии наук, а в 1782 г. он получил приглашение в Московский универсистет на кафедру юриспруденции, освободившуюся после смерти Дильтея. В Москве, с перерывом в три года (с 1783 по 1786 г. Б. был уволен в Германию), Б. профессорствовал 29 лет — до 1811 г., когда вышел в отставку по «болезненным припадкам», от которых через год умер — 25 мая 1812 г. Б. принадлежал к числу наиболее выдающихся профессоров Моск. университета, хотя печатные труды его по объему и числу незначительны. Он оставил после себя 6 речей на лат. и немец. языках и одно сочинение на русском — «О горячке вольности» (М., 1793, в лист, 2 страницы). Из речей его замечательны две. В «Oratio de jurisprudentia ejusque docendae et discendae ratione» (М., 1782) Б. высказывает свой взгляд на юриспруденцию, который отличается широтой и ставит его бесконечно выше многих русских юристов не только того времени, но и 20-х и 30-х годов нашего столетия. Сын философского века, Б. смеется над казуистическим толкованием разрозненных законов и задачей науки считает только изыскание высших, руководящих начал права. Другая речь Б., «Oratio de Russia ante hoc saeculum non prorsum inculta, nec parum adeo de litteris earumque studiis merita» (Б., 1796, in 4°) представляет собой свод всего, что было сделано в то время по изучению древнерусской письменности. При этом оратор проводит идею о том, что и допетровская Русь имела свою культуру и свое просвещение, идею для своего времени до того оригинальную, что у многих явилось желание выдать его мысли за свои. Этим объясняются перепечатка и перевод речи Б. без указания источника, появившиеся в журнале д-ра Шредера «St.-Petersb. Monatsschrift zur Unterhalt und Belehrung» за 1805 г. № 1 и в «Вестнике Европы» за 1807 г. № 1 и 2. Любовь Б. к древнерусской культуре находилась в тесной связи с развившейся в нем с переселением в Москву страстью к собиранию русских древностей. Ему удалось составить себе одну из первых по времени коллекций рукописей, старопечатных книг, древних монет и вещей, коллекцию до того богатую, что после смерти собирателя она была оценена в 10000, сумму огромную при тогдашнем незначительном спросе на этого рода предметы. Но в 12-м году почти все (единственное в своем роде) собрание погибло. Исчезли также куда-то бумаги и неизданные сочинения ученого и трудолюбивого немца. «Каталог славяноросс. рукописей Б., погибших в 1812 г.» напечатан В. Н. Каразиным «Чтениях моск. общества истории и древностей росс.» за 1862 г., кн. 2.