ЭСБЕ/Болотников, Иван Исаевич

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Болотников, Иван Исаевич
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Битбург — Босха. Источник: т. IV (1891): Битбург — Босха, с. 312—313 ( скан · индекс )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Болотников (Иван Исаевич) — мятежник времен Шуйского. Он был холопом князя Телятевского, маленьким попал в плен татарам, был продан туркам, работал в оковах на турецких галерах и был освобожден в числе других пленников, по одним известиям, — венецианцами, по другим — немцами, а по освобождении привезен в Венецию. Здесь он пробыл несколько времени и решился возвратиться в отечество через Польшу. Проезжая через нее, он услышал о пребывании в Самборе царевича Димитрия (Молчанова), явился к нему и как человек сметливый и предприимчивый был отправлен последним с письмом к путивльскому воеводе кн. Шаховскому. Видя его желание постоять за Димитрия и убедившись в его знании военного дела, Шаховской поручает ему отряд в 12000 человек. С ними Б. отправился в Комарницкую волость и возвещал всем, что он сам видел Димитрия и Димитрий нарек его главным воеводой. Против него Василий Шуйский выслал отряд под начальством кн. Юрия Трубецкого, но последний, встретясь под Кромами с Б-м, отступил. Это послужило сигналом к восстанию городов, холопов и инородцев. Город за городом провозглашали царем Димитрия и высылали к Б. вспомогательные отряды; холопы и крестьяне, услыша призыв Б., почти всюду поднимались на своих господ и примыкали к отряду его. Возмутилась и мордва в надежде освободиться от московской власти и вместе с холопами и крестьянами принудила некоторые города отпасть от Шуйского. Кроме того, к Б. примкнуло ополчение Истомы Пашкова, к нему пристали и Ляпуновы — Захар и Прокопий, и отряд вольницы, пришедший из Литвы. С столь грозными и многочисленными силами Б. направился к столице. Стоявшие на пути города все признали власть главного воеводы Димитрия; только в Коломне отважились сопротивляться, и это повлекло полное разграбление города. В 50-ти верстах от Москвы, близ села Троицкого, Б. встретила московская рать под начальством Мстиславского, который, не вступив в бой, едва спасся от преследований Б. 22 октября 1606 года Б. остановился в селе Коломенском в семи верстах от Москвы. Здесь он построил острог, укрепив его деревом и валом, и стал рассылать по Москве и разным городам грамоты, возбуждая бедных и меньших против богатых и знатных и призывая всех целовать крест законному государю Димитрию Ивановичу. Ополчение Б. увеличилось здесь еще более; из него выделялись отдельные шайки, по преимуществу холопов, кот. своими набегами и разбоями держали столицу в осадном положении. Москвичи уже готовы были подчиниться Б., прося его только показать им Димитрия, и начали даже по этому поводу с ним переговоры. Но Димитрий не являлся. Б. несколько раз обращался к Шаховскому с просьбою прислать его к войску как можно скорее, указывая ему на всю важность его присутствия, но тот медлил. Некоторые города уже начали выражать свое сомнение в существовании Димитрия и переходили на сторону Шуйского. К тому же и в самом войске Б. произошло раздвоение: на одной стороне стояли дворяне и дети боярские, на другой холопы, казаки и вообще мелкие безыменные люди. У последних главою был Б., а начальниками первых — Истома Пашков и братья Ляпуновы. Между вождями возникли несогласия, и результатом их был переход на сторону Шуйского сначала Ляпуновых, а затем Истомы Пашкова. Шуйский, между тем деятельно принявшийся за укрепление Москвы с самого появления Б., теперь стал получать подкрепления от переходивших на его сторону городов, которые высылали к нему ополчения дворян и детей боярских. Видя, что ратные силы Шуйского все более и более увеличиваются, Б. решился действовать энергичнее: был сделан приступ на Симонов монастырь, но с уроном отбит. Но ни потеря войска (от приступа и постоянного ухода его людей), ни увещания Шуйского сдаться и обещания дать ему важный чин не сломили верности Б. Димитрию и принятой им ранее решимости бороться за его дело до последней возможности. Шуйскому он отвечал: «Я целовал крест своему государю Димитрию Ивановичу — положить за него живот. И не нарушу целования. Верно буду служить государю моему и скоро вас проведаю». Получив такой ответ, Шуйский решил из войны оборонительной перейти в наступательную; ряд удачных приступов на острог Б. заставляет последнего бежать из-под Москвы. Московские ратные люди преследуют его до дер. Заборья, где снова успел укрепиться верный Димитрию воевода; но пало и заборское укрепление; часть казаков с атаманом Беззубцевым во главе передалась Скопину-Шуйскому, начальнику московского войска. Б. же бежал далее и засел, наконец, в Калуге; укрепил ее, собрал до 10000 беглецов и приготовился к обороне. Высланные сюда Шуйским отряды (наибольший под начальством Мстиславского) обложили город со всех сторон, производили частые приступы, разбили подходившее на помощь Б— ву ополчение под начальством кн. Масальского, но мужество и энергия его оставались непоколебимы. Он с успехом отбивал их приступы и сам делал удачные вылазки; ни потеря военных людей, ни недостаток в съестных припасах, особенно сильный к концу зимы, не заставили его склониться на сдачу, хотя ему и было обещано полное прощение; одно только его смущало: названный Димитрий еще не являлся, а вскоре и совсем скрылся. Тогда среди терских и волжских казаков появился новый самозванец, принявший на себя имя царевича Петра, будто бы сына Федора Иоанновича, подмененного дочерью, вскоре умершею; он уже подступал к Путивлю, и им-то тогда кн. Шаховской решил воспользоваться для поддержания восстания. Он отправил его в Тулу, а затем двинулся и сам. На выручку Б. он отправил отряд под начальством кн. Телятевского. Последний разбил царских воевод, князей Татева и Черкасского, под Калугою, на Пчелве (2 мая). Тогда Б. сделал вылазку и навел такой страх на осаждавших, что они в смущении все разбежались, оставив неприятелю пушки, обоз и запасы. После этого он выступил из Калуги и направился в Тулу, где уже были Шаховской и Петр. 30 июня подступил к Туле с большим войском (около 100 т. ч.) и сам царь Василий Иванович Шуйский. Началась осада Тулы, продолжавшаяся немного более 3-х месяцев. Ни приступы осаждающих, ни истощение запасов и здесь не ослабили энергии и твердости Б. и его воинов. И неизвестно, сколько еще времени продолжилась бы эта осада и чем бы она окончилась, особенно ввиду возникших несогласий между полководцами царского войска, если бы не явился к Шуйскому «большой хитроделец» Мешок Кравков, запрудою Упы затопивший Тулу. С наводнением в Туле увеличился и голод; многие мятежники толпами являлись к Шуйскому с повинной, но главные злодеи продолжали еще сопротивляться и соглашались сдаться только тогда, когда им будет даровано прощение. «А если нет», говорили они, «будем держаться, хотя бы пришлось нам друг друга съесть». Царь обещал им милость, и 10 октября 1607 г. боярин Колычев занял Тулу. Б. явился перед Шуйским во всем вооружении, снял с себя саблю, положил перед царем, ударил ему челом до земли и произнес свое клятвенное обещание служить царю верно до гроба, если тот, согласно своему целованию, не прикажет его умертвить. 18 октября царь прибыл в Москву. Сюда же перевезли и Б. и других начальников мятежа и после допроса засадили в тюрьму в Каргополе. Здесь сначала Б. выкололи глаза, а затем и утопили.

В. Р.