ЭСБЕ/Единокровные и единоутробные братья и сестры

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Единокровные и единоутробные братья и сестры
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Евреиновы — Жилон. Источник: т. XIa (1894): Евреиновы — Жилон, с. 557—558 ( скан · индекс )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные


Единокровные и единоутробные братья и сестры — первые — те, которые происходят от одного отца, но от разных матерей; вторые — те, которые происходят от одной матери, но от разных отцов. Одним из следов стадии материнства, в эпоху, когда уже упрочилась патриархальная семья, является то, что единокровные братья и сестры не считались такими родственниками, между которыми невозможен брак. Так, у ветхозаветных евреев Авраам был женат на единокровной сестре своей Саре; в Афинах и в Спарте можно было жениться на единокровных сестрах, но отнюдь не на единоутробных. При полном расцвете кровного начала родства бывают примеры противоположного явления: единоутробные братья считаются более отдаленными родственниками, чем единокровные. Так, в Риме в эпоху Константина единокровные братья и сестры (consanguinei) имели право оспаривать завещание брата, если им не отказана законная их доля, — а единоутробные братья и сестры (uterini) такого права не имели. В современных законодательствах отличие единокровных и единоутробных от полнородных (germani, vollbürtige) относится исключительно к области наследственного права. Во многих западных законодательствах (например, французском, австрийском, саксонском и цюрихском, а также проекте германского уложения) единокровные и единоутробные братья и сестры получают по наследству вдвое меньше, чем полнородные. Это составляет прямое последствие того, что в этих законодательствах наследство, оставшееся после лица, умершего бездетно, делится пополам между отцом и его потомством и между матерью и ее потомством; оттого единокровные и единоутробные получают доли только из одной половины имущества, а полнородные — из обеих половин. Таким образом, в этих законодательствах полнота родства влияет только на размер наследственной доли, а не на право наследования. Наоборот, в других законодательствах (например, наших прибалтийских губерний) единокровные и единоутробные призываются к наследованию только за отсутствием полнородных. В нашем законодательстве наследование единокровных и единоутробных определяется специальным законом (ст. 1140, Х т., 1 ч.), составляющим резкое отступление от основного начала нашего наследственного права. Для пояснения возьмем таблицу, где у наследодательницы (Зинаиды) есть полнородная сестра (Елизавета), единокровные брат (Иван) и сестра (Марья), и единоутробные брат (Сергей) и сестра (Вера).

Brockhaus and Efron Encyclopedic Dictionary b22 558-0.jpg

После смерти Зинаиды ее родовое имущество должно поступить, по общим правилам о наследовании: доставшееся ей от Николая — прежде всего единокровному брату Ивану, а за его отсутствием, ее сестрам — полнородной Елизавете и единокровной Марье, в равной части; а доставшееся ей от Юлии — к единоутробному брату Сергею. Особенность существует только относительно благоприобретенного имущества (например, капитала). Здесь прежде всего призывается к наследованию Елизавета. Если бы Елизаветы или ее потомков не было, то следовало бы, по-видимому, призвать к наследованию только Ивана; если бы и его не было, то только Марью; а если бы не было и Марьи, то двоюродных или троюродных братьев или сестер по отцу, т. е. племянников Николая. Сергей или Вера должны были бы остаться в стороне от наследования, потому что у нас, по общему правилу, для наследования необходимо кровное родство с наследодателем; и потому, если бы у Зинаиды не оказалось вовсе родственников по отцу, то ее имущество сделалось бы выморочным. Но по 1140 ст. в этом случае наступает другой порядок: если у Зинаиды не окажется сестры Елизаветы, то совершенно одинаковое право с Иваном и с Марьей (единокровными) имеют Сергей и Вера (единоутробные). Поэтому, вместе с Иваном будет призван к наследству и Сергей; за отсутствием Ивана, будет призван к наследованию только единоутробный брат Сергей, т. е. лицо совершенно чужого рода; за отсутствием Сергея будут призваны с равными правами Марья и Вера или, за отсутствием Марьи, одна единоутробная Вера. Таким образом, особенность 1140 ст. заключается в том, что при наследовании в благоприобретенном имуществе: 1) единокровные призываются к наследованию за отсутствием полнородных (по букве закона — «родных»); 2) полнородная сестра исключает единокровного брата; 3) с единокровными совершенно сравнены единоутробные, и потому 4) единоутробным дается предпочтение перед двоюродными кровными. Все изложенное представляет выводы из буквального смысла закона, тем не менее первые два положения спорны. Именно по решениям кассационного сената единокровные призываются к наследованию не после полнородных, а наряду с ними; единокровный брат Иван устраняет от наследования полнородную Елизавету, а единокровная Марья наследует наряду с Елизаветой. Такой взгляд сената, противореча тексту закона, согласуется с общим принципом наследования по кровному (отцовскому) родству. Взгляд сената нельзя считать общепризнанным не только в литературе (ср. «Курс» Победоносцева, который следует буквальному тексту закона), но даже в судебной практике (ср. отзывы судей в «Замечаниях о недостатках действующих гражданских законов», изд. редакционной комиссии по составлению Гражданского уложения, СПб., 1891).

М. Брун.

В церковном праве о единокровных и единоутробных братьях и сестрах идет речь при исчислении степеней родства ввиду заключения браков. Те и другие считаются между собой как кровные, родные братья и сестры, т. е. состоят между собой во второй степени родства.