ЭСБЕ/Иероним, отец церкви

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Иероним, отец церкви
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Исторические журналы — Калайдович. Источник: т. XIIIa (1894): Исторические журналы — Калайдович, с. 648—649 ( скан · индекс ) • Другие источники: ЕЭБЕ : МЭСБЕ : RE


Иероним — один из великих учителей западной церкви (330—419). Славянин родом (из г. Стридона в Далмации), сын достаточных родителей, он в Риме получил лучшее образование своего времени и посетил другие научные центры Запада — Аквилею, Трир. В 373 г. он отправился на Восток, предварительно приняв крещение; два года оставался в Антиохии, где познакомился с ученым Аполлинарием, впоследствии еретиком, и слушал у него уроки по толкованию св. Писания; затем удалился в пустыню Халцидскую, где предался подвигам аскетизма и изучению языков еврейского и халдейского. Переписка с друзьями сделала имя его известным всему тогдашнему ученому миру: многие стали обращаться к нему с научно-богословскими вопросами. Он старался преодолеть в себе пристрастие к языческим писателям, занятия которыми находил несовместными с обязанностями монаха: тяжелые галлюцинации мучили его; ему слышался откуда-то укорительный голос: «Ты не христианин, ты цицеронианец…». Сочинения, написанные им в это время, наполнены, однако, цитатами из дорогих ему писателей. После непродолжительного пребывания в Антиохии, где он сделан был пресвитером, и посещения Палестины, И. отправился в Константинополь, чтобы воспользоваться уроками Григория Богослова и Григория Нисского. Отсюда он отправился, в обществе Епифания Кипрского, в Рим, где папа Дамаз (X, 58) сделал его своим ближайшим советником и, по выражению самого И., «говорил его словами». Достигнув всемирной известности, И., по смерти Дамаза (385), возвратился на Восток и слушал в Александрии известного Дидима (см. X, 579). Поселясь затем в Вифлееме, он предался ученым работам, для развлечения обучая детей и руководя монахами и монахинями основанных им монастырей. Из массы сочинений И. немногие (первые по времени) вызывали упреки критики: все остальные высоко ценились не ближайшими только к нему поколениями, но и в позднейшее время. Они делятся на четыре главные группы: истолкования на св. Писание, догматические, нравоучительные и исторические. Главный труд первой группы — латинский перевод св. Писания, известный под именем Вульгаты. Он исполнен И. по поручению папы Дамаза, чтобы заменить бывшие дотоле в употреблении на Западе тексты Библии, которые все были испорчены переписчиками. До некоторой степени труд И. был облегчен предшествовавшими работами Оригена; тем не менее И. пришлось много трудиться самостоятельно. За его переводом Библии наука признает большие достоинства, хотя в некоторых местах и заметны неуместные отступления от перевода LXX. Он вызвал, однако, множество упреков, между прочим и со стороны Августина: но после данных И. объяснений все признали великую его заслугу. В начале VII в. перевод его на Западе был уже в общем употреблении, и хотя часто искажался переписчиками, так что до XVI в. потребовалось не менее 10 новых рецензий его, тем не менее Триентский собор (1545 г.) канонизовал этот перевод, как единственный церковный. Объяснены И., в целом составе, все книги пророков больших и малых, книги Бытия, Экклезиаста, Евангелие от Матфея и послания ап. Павла к Галатам, Ефесеям, Титу и Филимону. Из остальных книг св. Писания бесчисленное множество мест истолковано им в других сочинениях, эпизодически. Хотя и не чуждые ошибок, толкования И. принадлежат к числу наилучших. В связи с ними написаны им два сочинения: о местах еврейских и об именах еврейских; первое составляет переработку сочинения Евсевия, второе — переработку Филона, при пособии Оригена. Догматические сочинения И. имеют преимущественно полемическое происхождение и содержание: в одних он обличает монтанистов, евионитов, пелагиан, валентиниан, оригенистов и многих других еретиков; в других разъясняет положительное учение церкви о главных догматах христологии, о таинствах, о почитании святых икон и т. д. В полемике он более силен, чем в изложении положительного учения церкви; в последнем его превосходят отцы церкви восточной. Нравственное христианское учение, излагаемое им главным образом в его многочисленных посланиях и письмах, имеет своим предметом не выяснение и изложение общих начал, а лишь разъяснение частных вопросов: о воспитании детей, о терпении в несчастиях, о непрестанном самоусовершенствовании и т. п. Особенно много писал он в посланиях о достоинствах девства и об иноческой жизни (против Гельвидия). В полемике его много остроумия и блеска: особенно замечателен спор его с Руфином, в котором последний отстаивал консервативные, по его мнению, начала церковного учения, а И. защищал свободу наследования на пользу церкви. Из исторических сочинений И. особенное значение имеет книга «О знаменитых мужах» («De viris illustribus»), «Хроника» и «Жизнеописания отцов» («Vitae patrum»). Первое содержит в себе драгоценные сведения (хотя и краткие) о жизни и сочинениях отцов церкви и церковных писателей первых четырех веков. «Хроника» — в большей своей части — перевод сочинения Евсевия Кесарийского, но в последнем отделе (с 325 г. по 378 г.) составляет самостоятельный труд; все сочинение имеет задачей установить соответствие священной истории с сказаниями языческих историков. «Жизнеописания отцов» имеют предметом жизнь египетских иноков. Дополнением к этому сочинению служит составленный И. «Мартиролог». Главная заслуга И. — в области изучения св. Писания. В этом отношении он стоит на той же степени исторического значения, как Василий Великий — в области христианского нравоучения, а Григорий Богослов — в области догматики. Всех сочинений И., не считая мелких писем, около 180. Заслуживает внимания в мировоззрении И. его отношение к женщине. В то время, как его ученые друзья часто мучили его клеветой и сплетней, несколько благородных женщин (Павла, Агерухия, Евстахия, Маркелла) постоянно оставались неизменными его друзьями. Письма к ним И. отличаются особенною задушевностью.

Литература о И. подробно исчислена у Zoeckler’a, «Hieronymus. Sein Leben und Wirken aus seinen Schriften dargestelt» (Гота, 1865). Особенного внимания заслуживают: «Vita Hieronymi» — статья Vallarsi, в XI томе его издания сочинений И.; Collombet, «Histoire de S. Jérôme» (П., 1844); Luckbeck, «Hieronymus quos noverit scriptores et ex quibus hauriens scripsit» (Лпц., 1872); Amédée Thierry, «S. Jérôme. La société chrétienne à Rome et l’émigration romaine en Terre Sainte» (П., 1867; перевод нескольких глав из этого сочинения в «Трудах Киев. Духовной Академии», 1868 и 1869); А Смирнов, «Иероним, как историк и полемист» («Правосл. Обозрение» 1871 г.); Щеголев, «Жизнь св. Иеронима» (при киевском переводе его творений, Киев, 1863); «Жизнь блаж. Иеронима» (в «Христианском Чтении» 1847 г.); Филарет, архиепископ черниговский, в «Историч. учениях об отцах церкви» (СПб., 1859, т. II): Möhler — о споре И. с Руфином, в «Gesammelte Schriften und Aufsätze» (Регенсб., 1839). Издания сочинений И.: Vallarsi (Верона, 1734—1742); Миня, в «Patrologiae cursus completus ser. latina» (tt. XXII—XXX). Издание творений И. в русском переводе, начатое в 1863 г., подвигается очень медленно (доселе издано лишь 5 томов). В «Христ. Чтении» за разные годы переведено несколько его сочинений (см. указатель к этому журналу, №№ 741—745).

И. признается у нас лишь блаженным — тогда как в зап. церкви он канонизован в святые, — по условиям канонизации в древ. вселенской церкви, по которым даже вел. святые Востока и Запада были лишь местно чтимыми, до времени Константина Порфирогенита (см. Канонизация). И. принадлежит всецело Западу, для которого он местный святой, в силу великих услуг, оказанных зап. церкви. На Востоке, где он провел около половины жизни, его знали не столько как монаха-подвижника, вроде Илариона или Антония, сколько как ученого аскета, вроде Оригена. Полемика, которую он вел с Руфином и другими учеными и неучеными врагами, отличалась иногда страстностью, запальчивостью; гордый и самолюбивый, И. знал, по-мирски, себе цену и был чужд монашеского смирения. Все это, в связи с любовью его к языческим классикам, не давало ему, в глазах восточных людей, репутации святости.