ЭСБЕ/Керженские скиты

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Керженские скиты
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Карданахи — Керо. Источник: т. XIVa (1895): Карданахи — Керо, с. 954—955 ( скан · индекс )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Керженские скиты. — Под этим общим названием известны раскольничьи скиты, существовавшие, а отчасти и поныне существующие в керженских и чернораменских лесах Семеновского у. Нижегородской губ. Возникновение их предание относит ко времени соловецкого сидения: когда уже не было никакой надежды на избавление Соловецкой обители от осадивших ее царских войск, монастырская икона Казанской Божией Матери, которая раньше была комнатной иконой царя Алексея Михайловича, перенесена была по воздуху вместе с иноком Арсением в пустынные леса чернораменские, где на урочище Шарапан близ Семенова Арсений основал первый скит. В это же приблизительно время Анфиса Колычева, родственница св. Филиппа митрополита, основала в К. лесах Оленевский скит (в 12 в. от Семенова). Скиты быстро размножились в этой местности и в начале XVIII века сделались рассадниками раскола. Архиепископ Нижегородский Питирим к 1737 г. уничтожил почти все скиты К. и чернораменские, так что уцелели только бедные остатки двух из них, Оленевского и Шарапанского. После указа 16 октября 1762 г., дозволившего заграничным раскольникам возвратиться в Россию, многие из них прибыли в Нижегородское Заволжье (нынешний Семеновский у.), где и завели скиты, которых через 25 лет было уже до 54, с 8000 жит. В начале XIX стол. скитов в Семеновском у. оставалось всего 35, из числа которых 22 принадлежали к поповщине, 8 — к спасовому согласию, 5 — к поморскому. Процветали, главным образом, первые, так как московские поповцы щедро поддерживали скиты своего толка. Во время нашествия Наполеона московские поповцы рогожского согласия удалились с своими семействами в К. скиты, при чем имели случай убедиться, что в них живут люди далеко не праведные. Приток пожертвований из Москвы после 1812 г. уменьшился, и к 1826 г. скитов было только 28, с 90 обителями, в которых жило 2813 чел., в том числе 2304 — в поповщинских. После 1826 г. состоялся целый ряд правительственных мероприятий, имевших целью уничтожение раскольничьих скитов в Семеновском у.: воспрещено было строить новые и поправлять старые моленные, устраивать их в домах и иметь колокола; в 1836 г. воспрещено было вновь приписывать раскольников к скитам. В 1836 г. основан был Покровский единоверческий жен. монастырь близ г. Семенова (ныне в нем около 100 монахинь), в который перешли многие скитницы. Всего больше повлияло на уменьшение числа скитов усиление надзора со стороны местных духовных (деятельность архиеп. Иакова, см.) и гражданских властей, начавшееся с 1847 г., когда губернатор надзор за скитами возложил на своих чиновников особых поручений. Одним из таких чиновников был П. И. Мельников-Печерский, известный знаток и бытописатель раскола. В 1848 г. он по поводу одного уголовного следствия запечатал Керженский Благовещенский скит, основанный в 1814 г. иноком Тарасием (1787—1876), на прав. берегу р. Керженца, и при этом убедил Тарасия перейти в единоверие. Таким образом открыт был в 1849 г. Керженский Благовещенский единоверческий мужской монастырь (общежительный 3 класса), первым игуменом которого был тот же Тарасий. При нем, как и при преемнике его Евгении († 1879 г.), монастырь обстроился и разбогател, но при следующих двух настоятелях обитель пришла в упадок, от которого с трудом оправляется, тем более, что тогда же от нее отошли заливные луга по Керженцу, которыми она до того владела на протяжении 10 в. Ныне в этом монастыре 3 церкви и 25 иноков. В 1849 г. Мельников склонил к единоверию и Осиновский женский скит (ныне Осиновский единоверческий женский монастырь 3 класса, в 55 в. от Семенова). Около этого же времени из скитов взяты были иконы, оглашаемые раскольниками чудотворными, в том числе иконы Казанской Божьей Матери из Шарпана (ныне в К. Благовещенском монастыре[1] и икона Николая Чудотворца из Оленевского скита (ныне в Осиновском м-ре). Наконец, высоч. указом 1 мая 1853 г. все К. скиты были закрыты. К тому времени в Семеновском у. было 16 гласных скитов, с 49 обителями и 1002 жит., из которых мужчин было только 99; в скитах было 29 часовен или моленных, 2128 комнат, сверх того 200 светлиц, в которых жили только летом; холодных надворных строений было до 1500. В настоящее время существуют 4 женских скита: в керженских лесах — Чернухинский (в 5 в. от Семенова 6-7 скитниц), Оленевский (несколько разрозненных келий), Комаровский (близ Семенова) а в чернораменских лесах — Улангерский. К. скиты доставили Мельникову материал для его романов «В лесах» и «На горах». Общая характеристика скитов, заимствованная из бумаг Мельникова, помещена в ст. П. С. Усова в «Историч. вестнике» (1884 г., № 12). Стих о разорении К. скитов в 1853 г. и скитский трапезник напеч. А. Можаровским в «Русск. старине» (1878 г., № 6 и 7). Ср. П. С. Усов, «Среди скитниц» («Историч. вестник», 1887, № 2).

Примечания[править]

  1. Раскольники Семеновского у., которые с нахождением этой иконы в их руках связывают незыблемость «древляго благочестия» в их местности, утверждают, что Мельников вывез из Шарпана не подлинную икону, которая будто бы тайно хранится у них, а копию с нее.