ЭСБЕ/Леший

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Леший
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Лопари — Малолетние преступники. Источник: т. XVIII (1896): Лопари — Малолетние преступники, с. 202—204 ( скан · индекс )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Леший — лесной дух, хозяйничающий, по народному представлению, в лесах. Другие названия его: лесовик, лесник, лешак, лесной дядя, лисун (полисун), дикий мужичок и даже лес. Нашим Л. соответствуют греческие сатиры, римские фавны, сильваны, немецкие лесные люди (Waldleute), шведские скоугманы и друг. Л. может встать выше самых высоких деревьев и ниже травы. Чаще всего он является в виде рослого мужика, в бараньем полушубке, неподпоясанном и с левой полою, запахнутой на правую; глаза у него без бровей и ресниц, иногда на голове и бороде зеленые волосы; голос оглушительно громкий, глаза страшно блестят, иногда вместо глаз звезды. В Киевской и Черниговской губ. лисунов представляют великанами сероватого и пепельного цвета. Иногда Л. показывается голым и напоминает черта: у него рога на голове, ноги козлиные, борода такая же — клином, на руках длинные когти, вся нижняя половина тела мохнатая. Нередко Л. оборачивается собакой (Калужская губ.) и волком. Когда Л. идет по лесу дозором, то при его приближении шумит лес и трещат деревья. Он поет голосом без слов, бьет в ладоши, свищет, аукает, хохочет, плачет. Л. живут в лесных трущобах, некоторые одиноко, другие — семьями, причем строят в лесах просторные дома, где хозяйничают их жены и растут их дети. Существует поверье, что Л. при наступлении зимы (на Ерофея, 4-го октября) проваливаются сквозь землю, исчезая на целую зиму, а весной опять выскакивают из земли. Расставаясь с лесом, они бесятся, ломают деревья и разгоняют всех зверей по норам; в эту пору крестьяне боятся ходить в лес. Впрочем, не все Л. исчезают на зиму; в некоторых местностях им приписываются зимние вьюги. В больших лесах живут по два и по три Л., которые иногда ссорятся между собой при дележе лесных дач (Архангельская губ.). Ссоры доходят до драки, Л. бьют друг друга столетними деревьями, которые они вырывают с корнем, и стопудовыми камнями, отбитыми от скал. Камни и стволы деревьев они бросают верст на 50 и более. Нередки также битвы Л. с водяными, преимущественно в ночную пору. Л. — властитель над лесными зверями. Всего более он любит медведя, и когда сам пьет вино, до которого большой охотник, то потчует непременно и медведя. Последний караулит Л., когда тот опьяненный ляжет спать, и оберегает его от нападения водяных. Л., по желанию, перегоняет белок, песцов, зайцев, полевых мышей из одного леса в другой. По поверью малороссов, полисун, или лесовик, гонит плетью голодных волков туда, где они могут найти прокорм. Постоянно разгуливая по лесу, Л. любит качаться на древесных ветвях, как в люльке или на качелях, почему в некоторых губерниях ему дают название зыбочник (от зыбка). Отношение Л. к людям — большей частью враждебное. Он старается заплутать путника в лесу, переставляя с умыслом с одного места на другое дорожные знаки или сам перекидываясь деревом, которое служит приметой; иногда он принимает вид знакомого человека и, заводя разговор, незаметно отводит путника от дороги; иногда он плачет как ребенок или стонет, как умирающий, в чаще леса, чтоб заманить туда сострадательного мужика и защекотать его насмерть. Шутки Л. сопровождаются громким смехом. Кого Л. обойдет в лесу, у того единственное средство найти дорогу — снять с ног лапти и переворотить в них стельки, т. е., вынув из лаптей солому, положить ее так, чтобы постилка пришлась наоборот. От шуток Л. люди нередко сходят с ума. Если случится кому заболеть, воротясь из лесу, то предполагается, что он «след лешего перешел». Для исцеления больной должен умилостивить Л., отнеся ему в дар ломоть хлеба и щепоть соли, завернутые в чистой тряпице. По поверью Олонецкой губ., каждый пастух должен подарить Л. на лето корову, не то он озлобится и перепортит все стадо. В Архангельской губ. думают, что Л., если пастухи успеют задобрить его, пасет деревенское стадо. Охотники также должны приносить жертву Л.: на поклон они приносят в лес краюшку хлеба или блин и кладут это приношенье на какой-нибудь пень. В заговорах, произносимых на успех в звериной ловле, встречаются обращения к Л. Чтобы вызвать Л., нужно нарубить молодых березок и сложить их кругом, верхушками в середину, затем снять с себя крест и, став в кругу, крикнуть громко: «дедушка»! — и Л. тотчас явится. Другой способ — срубить в лесу сосну так, чтобы она при падении сломила две осины, стать на осины лицом к северу и говорить: «лесовик-великан! пришед к тебе (имярек) с поклоном, заведи с ним дружбу!». Человек, вступающий в договор с Л., отдает ему в кабалу свою душу, за что Л. обязуется помогать ему в охоте, пригонять зверей и охранять стадо. Конечно, на знакомство с Л. отваживаются одни колдуны. В Новгородской губ. пастухи, знающие заговоры, нанимают Л. на службу пасти стадо и охранять его от зверей. Стараясь вредить человеку, защекотать, задушить его, Л., с другой стороны, падки до женщин. Чтобы освободить похищенных им девиц, необходимо служить молебны, но и это средство действительно лишь в том случае, если они во время пребывания своего между лешими ни разу не отведают их пищи. Только тогда выдают Л. своих пленниц и выносят их на то место, откуда их похитили. Иногда Л. уводят и детей, при чем последние дичают, перестают понимать человеческую речь и носить одежду. Взамен похищенного младенца, Л. иногда кладут в колыбель связку соломы или полено, превращая ту и другое в живого ребенка, иногда же оставляют свое детище, безобразное, глупое и обжорливое. Достигнув 11 лет, подменыш убегает в лес, а если остается между людьми, то делается колдуном. Рождаются Л. от брака черта с земной ведьмой, иногда от людей, совершивших тяжкое преступление или погибших без креста на шее и т. п. В разных местах записана сложившаяся под влиянием библейским легенда о происхождении Л., водяных, домовых и других духов от воинства сатаны, низвергнутого Богом на землю. Нередко в представлениях народа Л. носит уже двойственный характер: он является то сильным, страшным духом, то простым народным чертом, глуповатым, которого умный мужик легко может обмануть. См. Терещенко, «Быт русского народа» (VI, 133—136); Афанасьев, «Поэтические воззрения славян на природу» (II, 326—349); «Новгородский сборник» (I, 284); «Живая старина» (1894, вып. I, 6—8); «Этнографическое обозрение» (VII, 30—34, VIII, 85, XIII, 214). О лесных духах у европейских народов см. Wilhelm Mannhardt, «Wald— und Feldkulte» (Б., 1875—77, глава: «Die Waldgeister und ihre Sippe») и Э. Тэйлор, «Первобытная культура» (СПб., 1872, глава XV: Анимизм).

Вс. Миллер.