ЭСБЕ/Мена, договор

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Мена, договор
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Московский Университет — Наказания исправительные. Источник: т. XX (1897): Московский Университет — Наказания исправительные, с. 316—317 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Мена — договор, отличающийся от купли-продажи (см. соотв. статью) в современном праве только тем, что эквивалентом передаваемого имущества является не цена его, выражаемая в деньгах, а другая вещь или вещи. В остальном все постановления, касающиеся купли-продажи, имеют значение и для М. (в новом обще германском уложении М. посвящена лишь одна статья, гласящая: «Педписания о купле-продаже находят соответствующее применение по отношению к М.»). В римском праве М. отличалась от купли-продажи тем, что носила характер инноминатного реального контракта. Некоторые постановления римского права, касающиеся этого контракта, были удержаны для М. и некоторыми старыми западно-вропейскими законодательствами (австр., прус.), хотя ими был признан консенсуальный характер М. Потребность обращения М. в консенсуальный контракт сознавалась, впрочем, и римскими юристами. Его характер старались сообщить М. сабинианцы (в противоположность прокулианцам), ссылаясь на авторитет Гомера, который, с их точки зрения, не различал М. от купли-продажи, когда говорил, что «мужи ахейские меной вино покупали, те за звенящую мед, за седое железо меняли, те за воловые кожи или волов круторогих, те за своих полоненных» («Илиада», VII, 472 сл.) или «Эвриклея куплена в летах цветущих Лаэртом — заплатил он двадцать быков» («Одисс.», I, 425 сл.). Юстиниан, однако, удержал за договором М. реальный характер. Приведенные цитаты из Гомера давали римским юристам основание заключать, и совершенно правильно, что М. — древнейшая форма обмена, имевшая полную силу тогда, когда не были еще известны деньги (Dig., XVIII, I, 1). Роль М. в установлении первоначального общения между народами была чрезвычайно велика (Адам Смит справедливо называет М. одним из важнейших признаков различия между человеком и животным). В современном быту ее значение, ввиду развития купли-продажи, очень ограничено (ср. Баратная торговля). Наиболее частое приложение мена имеет теперь только в виде размена крупных денежных знаков на мелкие и обратно; в других случаях она редко встречается даже в неразвитом праве, каким, например, является русское крестьянское обычное право (см. Пахман, I, гл. о М.). Несправедливо было бы, однако, на этом основании совсем исключать сделку М. из современного права, не только по отношению к движимости, но и к недвижимости. Всегда возможны случаи желания промена, напр. дома в городе на имение, одного имения на другое. Совершенно непонятным, поэтому, для современных юристов является запрещение русскими гражданскими законами М. недвижимости, за исключением случаев: 1) промена казенных земель на частные, для доставления удобного выгона посадам и городам; 2) приобретения выгонов в случае обращения селений в города; 3) миролюбивого развода общих и через полосных дач и 4) отвода надела крестьянам (ст. 1374, т. X, ч. 1). Обычным объяснением этого запрещения считают фискальный интерес — нежелание казны терять двойную пошлину, получаемую при замене М. куплей-продажей (Победоносцев, Мейер и др.). Другие исследователи, как кажется с большей вероятностью, выводят вышеприведенное постановление из неверного понимания указом 1786 г., а за ним и составителями Свода Законов, более ранних постановлений о М., никогда в полном объеме не запрещавшейся русскими законами. Существовавшие в московском государстве запрещения М. поместий на вотчины, при Петре I — запрещения М. церковных земель на частные, объясняются злоупотреблениями, вызывавшимися особым характером этих имуществ: меной прикрывалась запрещенная купля-продажа их. С образованием понятия единой собственности и изъятием церковных земель вообще, за немногими исключениями, из гражданского оборота, запрещение М. недвижимости потеряло всякое основание; борьба со злоупотреблениями вполне возможна иным путем, при современной организации вотчинных или ипотечных книг; получение двойной пошлины также достижимо и без запрещения М. Мена движимости разрешается и русскими законами беспрепятственно (ст. 1379). Из ст. 1380 следует вывести заключение, что М. составляет у нас реальный контракт, несмотря на то, что эта форма стеснительна для оборота.

См. Любавский, «Юридич. монографии и исследования» (II), и Соколов, «Изложение договора М. недвижимых имуществ по русским законодательным памятникам» («Киевские Университетские Известия», 1880 г., № 9).

В. Н.