ЭСБЕ/Милютин, Николай Алексеевич

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Милютин
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Мекенен — Мифу-Баня. Источник: т. XIX (1896): Мекенен — Мифу-Баня, с. 322—323 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ


Милютин (Николай Алексеевич) — знаменитый государственный деятель эпохи преобразований, брат Д. А. Милютина; родился в 1818 г.; получил образование в благородном пансионе при московском университете, в 1835 г. поступил на службу в министерство внутренних дел, где благодаря исключительно даровитой натуре и устойчивым семейным влияниям сумел усвоить себе только хорошую сторону суровой бюрократической школы, в которую он попал так рано. Он сам рассказывал о благотворном влиянии на него родителей (ср. ст. Ф. Тимирязева в «Русском Архиве» за 1872 г.); несомненно также сильное влияние его дяди, графа П. Д. Киселева (см.), с которым он был потом очень близок.

Еще молодым М. был замечен, и ему стали поручать важные дела. Когда ему было 22 года, министр А. Г. Строганов обратил внимание на записку его о голоде и поручил ему составить записку по поводу первых предположений о железных дорогах в России. В 1842 г. ему поручено было городское отделение хозяйственного департамента, которому предстояло тогда ввести более правильные основания в управление городами и в их хозяйство. Здесь он составил городовое положение, введенное сначала в СПб., потом в Москве и в Одессе, замечательное по проведенным в нем началам самоуправления. В 1852—54 гг. М. принимал самое деятельное участие в заседаниях отделения статистики и совета Русского географического общества. Вообще о собрании и обработке статистических сведений о России М. заботился всегда весьма деятельно, и как директор хозяйственного департамента министерства внутренних дел, и при занятиях по крестьянскому делу. Под непосредственным его руководством изданы первые 2 тома «Городских поселений в России» и сведения о хозяйстве городов с 1838 по 1858 г., под заглавием «Общественное устройство и хозяйство городов». В 1850 г. составлен был в хозяйственном департаменте обширный свод материалов по «Правительственной статистике России», извлечение из которого, написанное М., под заглавием «Число городских и земледельческих поселений в России», напечатано в «Сборнике статистических сведений о России» (1851, кн. 1). Сознавая необходимость всесторонних и точных статистических исследований о населении каждой губернии, он составил с этой целью подробную инструкцию статистическим экспедициям, отправленным в губернии от министерства внутренних дел (напеч. в «Вестнике Географического Общества»). Другие статистические работы М.: «Очерк нижегородской ярмарки» (1858), «Банковые долги и положение губерний в 1856 г.» (1859), «Сведения о приказах общественного призрения» (1860). По его же указанию предпринято было исследование ярмарочной торговли на юге, возложенное на И. С. Аксакова. В связи с делом об освобождении крестьян, по инициативе М. собраны были и изданы «Сведения о ценах на земли, проданные с публичных торгов с 1 января 1854 г. по 1 января 1859 г.» (СПб., 1859) и «Сведения о ценах на пустопорожние земли в вольной продаже с 1856 по 1858 гг.» (СПб., 1860). Под его руководством совершен обширный труд, обнимающий статистику, политические учреждения и финансы и озаглавленный: «Исследования в Царстве Польском» (1863—64). В 1856 г. М. принимал ближайшее участие в занятиях особого комитета для обсуждения ходатайств, поступавших из многих губерний об оказании разных льгот и облегчений по случаю Восточной войны и неурожаев. В это же время начинается его участие в деле крестьянской реформы. Поборник широкого самоуправления и самостоятельности крестьянской общины, М. имел много противников, опасавшихся проведения именно этих мнений в дело реформы; человеком опасным он был представлен и государю. Но он имел сильную поддержку в великой княгине Елене Павловне, в кружке молодых сановников, приближавшихся уже к первым ступеням иерархической лестницы, особенно в Ланском, который ручался за него государю, как «за самого себя». Назначенный в 1859 г. товарищем министра внутренних дел, М. сделался руководителем всех работ по крестьянскому вопросу; все это время он провел в борьбе против тех притязаний, которые были выражены в мнениях большинства губернских комитетов по крестьянскому делу (подробности см. Крестьяне). Проводить в жизнь его трудами выработанную реформу М., однако, не удалось. Спустя 5 недель после манифеста 19 февраля оставил свой пост граф С. С. Ланской; с ним вместе ушел и М., назначенный сенатором.

Около двух лет провел он не у дел, большей частью за границей, пока о нем не напомнило польское восстание 1863 г. На аудиенции у Государя 31 августа 1863 г. он имел возможность изложить свою мысль об умиротворении Польши путем крестьянской реформы. Вскоре после этого, в качестве статс-секретаря Его Императорского Величества для особых Высочайше возложенных поручений, он выехал в Царство Польское для ознакомления на месте с положением дел; он взял с собой своих старых помощников, Самарина и князя Черкасского, и они с увлечением приступили к изучению крестьянского вопроса в Польше, для самого М. представлявшего громадные трудности, так как он не был знаком с польским языком. Тем не менее он успел достаточно ознакомиться с общим положением дел в Варшаве и проверить свои заключения личными наблюдениями в стране. М. представил Государю подробную записку о польских делах: все его планы были одобрены. Как в основу русских реформ было положено Положение 19 февраля 1861 г., так и исходной точкой польских реформ должно было послужить Крестьянское Положение, которым Милютин и занялся прежде всего: здесь он не был стеснен необходимостью уступок и мог тверже обеспечить улучшение быта крестьян. 19 февраля 1864 г. состоялся Высочайший указ об устройстве быта польских крестьян, вместе с указами об устройстве сельских гмин, о ликвидационной комиссии, о порядке введения в действие новых постановлений (П. С. З., II, 40609—12). Главные черты Положения были: переход в собственность крестьян всей земли, которой они владеют, установление одного лишь поземельного налога, разрешение выкупа сервитутов лишь с согласия крестьян, дозволение перехода крестьянской земли лишь к крестьянам. Весь состав администрации был постепенно изменен. Во главе польских внутренних дел М. поставил князя В. А. Черкасского, во главе собственно крестьянского дела — Я. А. Соловьева; сам он, назначенный статс-секретарем по делам Польши, оставался в СПб. главным руководителем всего дела, нередко отправляясь и в Варшаву. По его инициативе предпринят был подробный пересмотр учебного устава 1862 гг. и всех циркуляров Велёпольского, стали выдаваться пособия для русских униатских училищ, подготовлялась судебная реформа. Призванные им 150 комиссаров получали от него самые точные инструкции; он им даже читал нечто вроде публичных курсов. В делах церковных он был безусловным противником соглашения с Римом; не только секуляризация монастырей с сокращением числа монахов, не только отмена патроната крупных собственников над церквами явились результатом его воззрений, но он старался также ограничить власть епископов над ксендзами. В декабре 1866 г. у государственного канцлера происходило заседание по вопросу о конкордате с Римом. После нескольких часов горячего обсуждения этого вопроса, которым М. занимался долго, не зная покоя и отдыха, он имел счастье увидеть свой труд удостоившимся Высочайшего утверждения; упразднение конкордата с папским престолом было решено. По возвращении из этого заседания М. был поражен нервным ударом и должен был отказаться от государственной деятельности. Три года прожил он после этого за границей и два года в Москве, окруженный попечением близких и общественным уважением. 26 января 1872 г. он скончался.

Как весть о болезни его в 1866 г., так и весть о смерти его в 1872 г. произвели сильное впечатление в русском обществе. «Честный кузнец-гражданин», как назвал его Некрасов, неразрывно связал свое имя с великим делом крестьянской реформы, с началом русского городского и земского самоуправления и с коренным преобразованием всего строя жизни в бывшем Царстве Польском. В течение полутора десятков лет он был главой и душой тесного кружка верных слуг дела освобождения; все козни, все усилия затормозить благое дело обрушивались преимущественно на его голову. Нужна была его железная воля, горячая преданность делу, неподкупная честность, а также его ум, ясный, живой и оборотливый, чтобы выдержать такую борьбу и не пасть под напором враждебных сил. Как человек, он привязывал к себе всех близко его знавших своей искренностью и сердечной добротой; редкий государственный человек имел столько преданных почитателей и друзей. Когда все жаловались на бедность сил, ему стоило лишь кликнуть клич — и вокруг него собирались десятки сотрудников. Речь его была необыкновенно увлекательна и электризовала слушателей. Он обладал редким умением сразу схватить суть дела, понять его практическую обстановку в данную минуту и вести его посреди самых затруднительных обстоятельств.

Ср. «Н. А. Милютин. Некрологи» (М., 1873); Anatole Leroy-Beaulieu, «Un homme d’etat russe» (П., 1884); «H. A. M.» («Русская Старина», 1880, 1); B. Якушкин, «К истории крестьянского дела в России» («Русские Ведомости», 1889, № 50); П. Щебальский, «Н. А. М. и крестьянская реформа в Польше» («Русский Вестник», 1882, 10—12; отд., М., 1883).

Л.