ЭСБЕ/Монтюкла, Жан-Этьенн

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к: навигация, поиск

Монтюкла, Жан-Этьенн
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Михаила орден — Московский Телеграф. Источник: т. XIXa (1896): Михаила орден — Московский Телеграф, с. 813—814
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Монтюкла (Жан-Этьенн Montucla) — французский математик (1725—99). Воспитывался в лионской иезуитской коллегии. Кроме языков латинского и греческого, он владел еще языками немецким, английским, итальянским и голландским. В возрасте 20 лет он отправился в Тулузу для изучения правоведения и сделался там адвокатом, но скоро переселился в Париж, где он мог слушать курсы некоторых наук и свесть знакомства с выдающимися учеными и писателями (Дидро, д’Аламбером, де Гюа, Лаландом, Блонделем, Кошеном, Кусту, Лебланом и др.). Первыми литературными занятиями были просмотр и исправление различных ученых работ и в числе их «Récréations mathématiques» Озанама, которые были дополнены им многими новыми статьями, а позднее сотрудничество в «Gazette de France». В это же время он получил должность королевского цензора по части ученой литературы. В общественно-литературной деятельности М. большего внимания заслуживают переводы и распространение во Франции главнейших из сочинений, изданных в Лондоне по предмету оспопрививания. В 1764 г. его прикомандировали в звании королевского астронома к брату министра Тюрго, отправлявшемуся в Кайенну. Позже М. был назначен главным чиновником в Управление королевских зданий. По наступлении революционного периода, когда уничтожена была должность, занимаемая М., он остался почти без всяких средств существования. В 1795 г. ему был поручен разбор трактатов, хранящихся в архивах иностранных дел. Кроме того, правительство включило его в число членов Совета по делам просвещения. При учреждении вместо упраздненных академий Института М. был избран его членом. Работы М. в области наук математических относились исключительно к истории математики. Первая вышла в 1754 г.: «Histoire des recherches sur la quadrature du cercle» (Париж, во второй раз издана в 1831 г.). Но самым важным сочинением М. было вышедшее в свет в 1758 г., в 2 т., под заглавием: «Histoire des Mathématiques, dans laquelle on rend compte de leur progrès depuis leur origine jusqu’à nos jours etc.» (П.). Во всей литературе своего и прошлого времени эта книга является содержащею наиболее полное изложение истории как чистой, так и прикладной математики. Ее составляли действительно очерки истории геометрии, арифметики, алгебры, высшего анализа, механики, астрономии, оптики, акустики, навигации, географии, хронологии и гномоники. Насколько позволяли находившиеся в распоряжении автора материалы, он везде старался представить и философски осветить как происхождение, так и дальнейшее развитие рассматриваемых математических учений. Сделать это в отношении вопросов о происхождении основных математических наук ему, конечно, не удалось, главным образом — по совершенному неведению источников необходимых для этого сведений. Недостающие факты в этих и подобных случаях ему приходилось заменять мифами и заимствованными у древних писателей туманными или малодостоверными преданиями. Но его книга имеет и важные недостатки. Сообщаемые ею сведения нередко не только неточны, но и совсем неверны. В его книге можно, наприм., довольно часто натолкнуться на ссылки на не существующие в действительности места в сочинениях некоторых из цитируемых им авторов, преимущественно древних, что заставляет думать о пользовании ими не по непосредственному знакомству, а со слов других. Многое, если не все, между этими погрешностями может быть объяснено, конечно, и частью даже оправдано обширностью программы сочинения. Другим важным недостатком книги Монтюкла является увлечение национальным тщеславием, постоянно заставляющим автора не в меру возвеличивать в ущерб ученым других стран заслуги французских математиков. Так, не довольствуясь важностью действительных заслуг своего соотечественника Виеты перед наукой, он, чтобы поставить его выше аналистов всех времен и народов, не стесняется приписывать ему открытия, не только не содержащиеся в его сочинениях, но и прямо противоречащие их духу. Вредит книге также и сильно развитое в авторе чувство личного самолюбия, не раз заставлявшее его оставлять без внимания делаемые ему указания на встречающиеся в его сочинении ошибки. Многими из ученых и писателей нашего времени нередко высказывается мысль, что «Histoire des mathématiques» М. еще и теперь вполне сохраняет свое первоначальное значение. Мнение это, однако, не более как грубое заблуждение, явившееся результатом полного незнакомства с современным состоянием истории математики. Чтобы не быть голословным в этом утверждении, достаточно указать, во-первых, на отсутствие в книге таких важных частей, как состояние математики во времена доисторические и в тот древнейший из исторических периодов, который предшествовал выступлению Древней Греции на историческую арену; во-вторых, на слепое подчинение автора общему убеждению ученых его времени, что все созданное древним миром в области искусства и науки — исключительно результат творческого гения греческой нации; в-третьих, на не имеющее в настоящее время по своей недостаточности ровно никакого значения изложение таких важных отделов, как история математики индусов, арабов и др., и, наконец, в-четвертых, на крайнюю недостаточность находившихся в распоряжении автора материалов для истории западноевропейской математики в Средние века и даже в новое время. За его книгой остается лишь значение важного для изучения развития истории математики памятника ее литературы. В первом издании своей книги М. довел изложение истории математики до начала XVIII столетия. Он намеревался в непродолжительном времени после выхода этого издания приступить к выпуску в свет нового тома, посвященного исключительно XVIII столетию, но только в год смерти, т. е. в 1799-й, ему удалось выпустить в свет второе улучшенное и пополненное издание первых двух томов и почти окончить составление третьего. Этот последний не исчерпывал всей истории математики в XVIII в. Составление четвертого тома и окончание третьего взял на себя по поручению автора его друг Лаланд, которым оба эти тома и были изданы в свет в 1802 г. Попытки перевода книги Монтюкла делались в Германии и в России. В первой из этих стран была переведена Бергхаусом и дополнена прибавлениями и исправляющими ошибки примечаниями только одна первая часть книги. Гораздо более посчастливилось ей в России, где Петр Богданович остановился в своем переводе или, точнее, в том, что было из него напечатано, на пятой книге третьей части. Печатался этот перевод в издаваемых СПб. акд. наук «Академических известиях» в 1779, 1780 и 1781 гг., под заглавием: «История о Математике». Отрывки, на которые он разбивался при печатании в различных номерах приютившего его издания, не содержали в себе никаких указаний ни на способ своего происхождения, ни тем более на свой оригинал. Следствием этого странного пробела было появление у исследователей русской литературы XVIII в. (напр. у Неустроева, назвавшего — в своем «Историческом разыскании о русских повременных изданиях и сборниках за 1703—1802 г.», стр. 261 — труд П. Богдановича «изложенным весьма обстоятельно») ошибочного убеждения в том, что работа, подобная этим отрывкам, могла быть оригинальным произведением русского ученого этого века вообще и Петра Богдановича в частности.

В. Бобынин.