ЭСБЕ/Морган, Льюис-Генри

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Морган
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Михаила орден — Московский Телеграф. Источник: т. XIXa (1896): Михаила орден — Московский Телеграф, с. 833—835 ( скан )


Морган (Lewis-Henri Morgan) — известный амер. этнолог и социолог (1818—81). Будучи молодым человеком, вступил в тайное общество, носившее название «Великого ордена ирокезов» и состоявшее из белых и образованных краснокожих. Члены его задавались ближайшею целью сохранить обычаи и нравы индейцев, а дальнейшею — отстоять за туземцами право самостоятельного развития в рамках американской цивилизации и под охраной федеральной конституции. М. был настолько увлечен деятельностью этого общества, что поселился на некоторое время среди ирокезов Нью-Йоркского штата и даже был «усыновлен» одним из их племен, сенеками. Необходимость избрать себе какое-нибудь занятие заставила М. выйти из общества, которое вскоре после того распалось, а М. получил известность как адвокат. Уже с 1846 г. начали появляться в различных изданиях интересные статьи о краснокожих, подписанные именем Шенандоаха: то был псевдоним М. В 1851 г. вышел его первый большой труд о конфедерации пяти ирокезских племен, под заглавием «League of the Ho-de-no sau-nee or Iroquois» (Ротчестер). Это было первое строго-научное сочинение о военной организации и социальном быте, формах брака, семьи и наследования у краснокожих; особенное внимание М. обратила на себя своеобразная система обозначения родства у ирокезов. Когда была предпринята постройка железной дороги на южном берегу Верхнего озера, М. сделался одним из директоров образованной для этого компании и каждое лето, начиная с 1855 г. и до конца 60-х гг., жил на берегу Верхнего озера, проводя свободное от занятий время в наблюдении и изучении бобров. Основанный на этом изучении опыт «психологии животных» (как выражается сам М.) появился в 1868 г. под заглавием «The american Beaver and his Works» (Филадельфия). В 1858 г., живя в Мичигане, М. часто имел дело с племенем оджибвеев (Ojibways) и, наблюдая его внутренний строй, пришел к заключению, что эти краснокожие, несмотря на разницу языка, выработали те же самые формы родовой организации и ту же систему родства, какую Морган нашел уже у ирокезов. Пораженный этим, он составил программу вопросов, касающихся названий родства, и разослал вопросные бланки к разным миссионерам и агентам правительства, живущим среди индйцев, с просьбой сообщить термины, употребляемые у различных племен. Сначала сведения стекались очень туго, и М. решил сам заняться этим исследованием, посетив целую массу племен от Канзаса и Небраски до территории Гудзонова залива, озера Виннипег и форта Бентон в Скалистых горах. Повсюду он встретился с одинаковыми приемами обозначения степени родства у краснокожих, несмотря на крайнюю разницу в диалектах. Это навело его на мысль расширить объем исследуемого явления и проследить систему родства по возможности на всем земном шаре. Он успел заинтересовать в своих исследованиях Вашингтонское ученое общество, известное под названием «Смитсоновского института», и некоторых лиц, занимавших важное официальное положение. С 1860 г. почти вся корреспонденция, вызванная опросными бланками М., ведется через Смитсоновский институт и при посредстве послов, консулов, агентов правительства. К середине 60-х годов в руках М. скопился огромный материал по интересовавшему ему вопросу. В 1868 г. он представил ученой комиссии Института обширный мемуар, в котором были систематически обработаны полученные данные и который появился в свет в 1871 г. как 17-й том «Smithsonian Contributions to Knowledge», под заглавием «System of Consanguinity and Affinity of the Human Family». Помещенные здесь таблицы названий родства и свойства охватывают 139 различных племен и народностей, принадлежащих к трем крупным подразделениям человечества. Обобщающие взгляды автора изложены в заключительной главе. Рядом с изданием этого большого труда М. напечатал много журнальных статей о различных сторонах жизни индейцев. Главное сочинение М. появилось в 1877 г., под заглавием «Ancient Society, or Researches in the Lines of human Progress from Savagery through Barbarism to Civilisation» (Нью-Йорк и Лондон). В последние годы своей жизни М. был занят большой монографией «Houses and House-life of the American Aborigines» (Вашингтон, 1881), которая, между прочим, вносила существенные поправки в традиционные воззрения писателей Старого, а отчасти и Нового Света на древнюю цивилизацию ацтеков. Труд этот был издан североамериканским правительством с гравюрами и фотографиями главнйших индейских развалин и составляет IV-й т. «Contributions to North American Ethnology» (1881). Вклад М. в науку заключается в следующем. Он впервые ясно и отчетливо показал, что у краснокожих (ирокезов) племенная организация не основывалась на разрастании потомков, происходящих от одного общего отца, «так как отец и дитя никогда не были одного и того же рода». Он показал, что «родословная велась здесь во всех случаях по женской линии». Сначала (в 50-х годах) ему даже казалось, что тут лежало основное различие родовой организации Нового Света от «всех таких же учреждений Старого». М. тогда же обратил внимание на одну интересную особенность терминологии родства у ирокезов: они не делали никакого словесного различия между прямой и побочными линиями ни в восходящем, ни в нисходящем порядке, за исключением некоторых определенных случаев. Так, какой-нибудь вождь называл, напр., безразлично своими матерями свою мать и ее сестер, своими отцами — своего отца и его братьев, своими детьми — своих детей и детей своего брата; но этот же вождь называл детей своей сестры уже не своими детьми, а племянниками, как это делаем и мы, и т. д. М. подметил также, что наследование у краснокожих происходит обыкновенно по женеской линии. Наконец, он описал политическую организацию ирокезов, представил ее военной демократией с выборными вождями («умеренной олигархией», говорит он в одном месте) и уже в то время пытался сблизить ее развитие с развитием политических учреждений в Древней Греции. Материал, собранный в течение 60-х годов М., помог ему расширить его первоначальные взгляды. В своем сочинении о «Системах родства» он успел уложить все разнообразные приемы обозначения родства у человека в две группы. Одна из них — описательная, столь известная всем нам: она точно определяет отношения каждого отдельного родственника к данному лицу. Другая — классификаторская, находящаяся в употреблении у туранских, малайских и амерйканских племен, обединяет в один ряд целое поколение лиц и, ставя их всех на одну доску, устанавливает их коллективное отношение к данному лицу. Из этого, так сказать, филологического факта М. (под влиянием своего друга, профессора Мак-Ильвэна) вывел чрезвычайно важное социологическое заключение, а именно что эти различные системы родственных названий выражают в застывшем, кристаллизованном виде те жизненные отношения, в каких люди некогда стояли друг к другу в половой сфере и вытекавшей отсюда кровной родовой связи. Например, ирокез называет детей своего брата своими детьми, а детей своей сестры — своими племянниками. Отсюда М. выводит заключение, что некогда существовала такая форма половых отношений, при которой группа мужчин находилась в половой связи с группой женщин, сестер или кузин между собою, но отнюдь не сестер этих мужчин. Эта форма брака (пуналуа) существует и поныне кое-где на Гавайских и др. островах, тогда как тамошняя терминология родства указывает на еще более примитивные формы половой связи. Восходя по лестнице анализа различных ступеней родства, М. доходит до существования в человечестве беспорядочных половых отношений всех мужчин со всеми женщинами племени, и эти различные формы половой связи и родовой организации являются для него последовательными этапами, которое пробегало все человечество. Новое и решительное развитие взгляды М. получили в его труде о «Древнем обществе». Основную пружину человеческого прогресса он видит в «открытиях и изобретениях», под которыми разумеет главным образом развитие материальных отношений. Затем он рассматривает три группы идей в их постепенном развитии, шедшем параллельно с материальным прогрессом: идеи правительства, идеи семьи и идеи собственности. Идея правительства прослежена начиная с первоначальной, чисто родовой организации, как мы ее видим у австралийцев с их кланами и сложными запрещениями брака между мужчинами и женщинами клана, и вплоть до современной политической организации, опирающейся на «территориальном» начале. При этом сделана интересная попытка найти тождественные этапы развития в Греции, Риме и у краснокожих как у обществ, постепенно переходивших от чисто-родового быта к срастанию кланов и племен в национальное целое. Идея семейной организации прослежена в ее пяти различных формах, начиная от сожительства братьев с сестрами и вплоть до современной семьи. При этом указано на рост различных ограничений половой связи (и таким образом объяснено существование «эндогамических» и «экзогамических» племен Мак-Леннана), на первоначальную распространенность всюду (а не у одних лишь краснокожих) родства по матери и матернитета и замену его патриархальным строем. Наконец, идея собственности рассмотрена в ее различных формах существования и передачи по наследству сначала всем членам клана, затем агнатическим родственникам (сначала по женской, затем по мужской линии) и т. д. В соч. о «Домах и домашней жизни американских туземцев» М. на основании личных разведок, сделанных главных образом в северной части Новой Мексики, доказывает следующее: громадные сооружения, которые испанские писатели приняли за дворцы монарха, представдяют собою общие дома первобытных коммунистов, селившихся целыми сотнями и даже тысячами в колоссалном улье, состоявшем из бесчисленных каморок. Интересно, что в своем сочинении о бобрах М. смотрит на сооружения бобрами плотин не как на результат более или менее планомерной общей деятельности животных, а как на постепенное вырастание целой колонии из независимой стройки жилищ отдельными семьями бобров. Древний американец оказывается большим коммунистом, чем бобер. — М. был не чужд промахов, скороспелых выводов, теоретических увлечений. Он строил, например, чересчур однообразную и строго-педантическую лестницу различных фазисов «дикого состояния», «варварства» и пр. В его сближениях между развитием общественно-политических учреждений у классических народов и их развитием у краснокожих есть местами неточности и натяжки. Он, может быть, недостаточно оттенил роль фикции в представлении человека о кровном родстве и, может быть, слишком перегнул палку в другую сторону, борясь с Мак-Леннаном, который не хотел видеть в «системах родства» ничего, кроме формы приветствий. Все эти недостатки не мешают М. занять одно из самых видных мест между этнологами и социологами, хотя Энгельс и преувеличиваег, сравнивая М. с Дарвином. См. Fr. Engels, «Der Ursprung der Familie, des Privateigenthums und des Staats» (Штутгарт, 1892, 4-е изд.). Р.