ЭСБЕ/Пирогов, Николай Иванович

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Пирогов, Николай Иванович
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Петропавловский — Поватажное. Источник: т. XXIIIa (1898): Петропавловский — Поватажное, с. 651—653 ( скан · индекс ) • Другие источники: ВЭ : ЕЭБЕ : МЭСБЕ


Пирогов (Николай Иванович, 1810—1881) — один из величайших врачей и педагогов наст. столетия и по сие время самый выдающийся авторитет по военно-полевой хирургии. П. родился в Москве, дома получил первоначальное образование, затем учился в частном пансионе Кряжева («Своекоштное отечественное училище для детей благородного звания»). Вступительный экз. в унив. выдержал 14 лет от роду (хотя прием в студенты лиц моложе 16 л. не разрешался) и зачислился на медицинский факультет. В унив. на него оказал большое влияние проф. Мудров своими советами изучать патологическую анатомию и заниматься производством вскрытий. По окончании факультета П. был зачислен на казенный счет в открытый в 1822 г. при Дерптском унив. институт «из двадцати природных россиян», предназначенных для замещения профессорских кафедр в 4 русских университетах. Здесь он очень сблизился с «высокоталантливым» проф. хирургии Мойером и принялся за практические занятия по анатомии и хирургии. П. один из первых в Европе стал в широких размерах систематически экспериментировать, стремясь решать вопросы клинической хирургии опытами над животными. В 1831 г. сдав экзамен на д-ра медицины, в 1832 г. защитил диссертацию, избрав темой перевязку брюшной аорты («Num vinctura aortae abdom. in aneurism. inguinali adhibitu facile actutum sit remedium»; о том же по-русски и немецки). В 1833 г., будучи замечательно подготовлен по анатомии и хирургии, был командирован на казенный счет за границу, где работал в Берлине у проф. Шлемма, Руста, Грефе, Диффенбаха и Югкена и особенно у Лангенбека, величайших германских авторитетов своего времени. В 1835 г. вернулся в Россию и здесь узнал, что обещанная ему кафедра хирургии в Москве замещена его товарищем по дерптскому институту Иноземцовым. В 1836 г. по предложению Моейра избран проф. хирургии Дерптского университета. До утверждения в должности П., в бытность свою в Петербурге, читал на немецком языке 6 недель частные лекции хирургии в покойницкой Обуховской больницы, которые привлекли всех выдающихся петербургских врачей, произвел несколько сот операций, поразивших искусством оператора. По возвращении в Дерпт скоро стал одним из самых любимых проф. Посвящая унив. ежедневно 8 час., заведуя несколькими клиниками и поликлиниками, однако, скоро обнародовал на нем. яз. свои знаменитые, приобретшие широкую известность «Анналы хирургической клиники». В 1838 г. П. командирован в Париж, где познакомился со светилами французской хирургии: Вельпо, Ру, Лисфранк и Амюсса. Ежегодно во время пребывания своего в Дерпте П. предпринимал хирургические экскурсии в Ригу, Ревель и др. города Прибалтийского края, привлекая всегда громадное число больных, тем более, что по инициативе местных врачей пасторы в деревнях объявляли всенародно о прибытии дерптского хирурга. В годы 1837—1889 П. издал знаменитую «Хирургическую анатомию артериальных стволов и фасций» на нем. и лат. яз. (за это сочинение удостоен академией наук Демидовской премии) и монографию о перерезке Ахиллесова сухожилия. В 1841 г. П. был переведен в петерб. Мед.-хирург. академию проф. госпитальной хирургии и прикладной анатомии и назначен заведовать всем хирургическим отделением госпиталя. При нем хирургическая клиника сделалась высшей школой русского хирургического образования, чему содействовали, кроме высокого авторитета, необычайный дар преподавания и несравненная техника П. при производстве операций, громадное количество и разнообразие клинического материала. Точно так же он поднял на чрезвычайную высоту преподавание анатомии устройством по предложению его и проф. Бэра и Зейдлица особого анатомического института, первым директором которого он был назначен и пригласил в свои помощники знаменитого Грубера. За время своего 14-летнего профессорства в Петербурге П. произвел около 12000 вскрытий с подробными протоколами каждого из них, приступил к экспериментальным исследованиям об эфирном наркозе при операциях, который благодаря ему скоро получил широкое распространение в России. В 1847 г. отправился на Кавказ, где война была в полном разгаре. Здесь он впервые ознакомился на практике с военно-полевой хирургией и вопросами военно-полевой медиц. администрации, в области которых его авторитет до сих пор недосягаем. По возвращении в Петербург в 1848 г. он отдался изучению холеры, вскрыл множество трупов холерных и обнародовал на русском и франц. языках сочинение с атласом «Патологическая анатомия азиатской холеры». Из ученых трудов за время 14-летнего пребывания в Петербурге важнейшие: «Курс прикладной анатомии человеческого тела», «Анатомические изображения наружного вида и положения органов, заключающихся в трех главных полостях человеческого тела» и в особенности его всемирно знаменитая «Топографическая анатомия по распилам через замороженные трупы», «Клиническая хирургия» (в которой описана его «Пироговская» операция на стопе, гипсовая повязка). В 1854 г., с началом военных действий, П. уехал в Севастополь во главе отряда Крестовоздвиженской общины сестер милосердия. Отдавшись делу помощи больным и раненым, посвящая им целые дни и ночи в течение 10 месяцев, он в то же время не мог не видеть всей общественной и научной отсталости русского общества, широкого господства хищничества, самых возмутительных злоупотреблений. В 1870 г. П. был приглашен главным управлением Красного Креста осмотреть военно-санитарные учреждения на театре франко-прусской войны. Путешествие его по германским госпиталям и больницам было торжественным триумфом для П., так как во всех официальных и медицинских сферах он встречал самый почетный и радушный прием. Взгляды, изложенные им в своих «Началах военно-полевой хирургии», встретили всеобщее распространение. Так, напр., его гипсовая повязка была в большом употреблении; производство резекций (см.) в видах сохранения наивозможно большей массы неповрежденных частей вытеснило ампутации; его план рассеяния больных применялся немцами в самых широких размерах; его взгляды о размещении больных и раненых не в больших госпиталях, а в палатках, бараках и пр. был осуществлен. Точно так же введена была рекомендованная им еще в Севастополе сортировка раненых на перевязочном пункте. Результатом его путешествия явился «Отчет о посещении военно-санитарных учреждений в Германии, Лотарингии и Эльзасе в 1870 г.», на русском и нем. языках. В 1877 г. П. был отправлен на турецкий театр военных действий, где при осмотре лазаретов, бараков, помещений для больных в частных домах и в лагерных палатках и шатрах обращал внимание на местность, расположение, устройства и удобства помещений, на продовольствие больных и раненых, методы лечения, транспортировку и эвакуацию, и результаты своих наблюдений изложил в классическом труде «Военно-врачебное дело и частная помощь на театре войны в Болгарии и в тылу действующей армии в 1877—78 гг.». Основные принципы П., что война — травматическая эпидемия, а потому меры должны быть таковы, как при эпидемиях; первенствующее значение в военно-санитарном деле имеет правильно организованная администрация; главной целью хирургической и административной деятельности на театре войны не спешные операции, а правильно организованный уход за ранеными и консервативное лечение. Главное зло — беспорядочное скучение раненых на перевязочном пункте, что причиняет непоправимое зло; поэтому необходимо ранее всего сортировать раненых, стремиться к наивозможно быстрому рассеянию их. В 1881 г. в Москве праздновался пятидесятилетний юбилей врачебной деятельности П., тогда же он заметил у себя ползучий рак слизистой оболочки полости рта, и в ноябре того же года он скончался. Русские врачи почтили память своего величайшего представителя основанием хирургического общества, устройством периодических «Пироговских съездов» (см. Медицинские съезды), открытием музея его имени, постановкой памятника в Москве. И действительно, П. занимает в истории русской медицины исключительное место как профессор и клиницист. Он создал школу хирургии, выработал строго научное и рациональное направление в изучение хирургии, положив в ее основу анатомию и экспериментальную хирургию. За границей его имя было очень популярно не только среди врачей, но и публики. Известно, что еще в 1862 г., когда наилучшие европейские хирурги не могли определить местопребывание пули в теле Гарибальди, раненого при Аспромонте, был приглашен П., который не только извлек ее, но и довел лечение знаменитого итальянца до благополучного конца. Кроме перечисленных трудов, заслуживают также большого внимания: «О пластических операциях вообще и о ринопластике в особенности» («Военно-медиц. журнал», 1836); «Ueber die Vornrtheile d. Publikums gegen d. Chirurgie» (Дерпт, 1836); «Neue Methode d. Einführung d. Aether-Dämpfe zum Behufe d. Chirurg. Operationen» («Bull. phys. matem. d. Pacad. d. Scienc.», т. VI; то же по-франц. и русски); об этеризации им написан целый ряд статей; «Rapport medic. d’un voyage au Caucase contenant la statist. d. amputations, d. recherches exper. sur les blessures d’arme à feu» etc. (СПб., 1849; то же по-русски); целый ряд выпусков его клинических лекций: «Klinische Chirurgie» (Лпц., 1854); «Исторический очерк деятельности Крестовоздвиженской общины сестер милосердия в госп. Крыма и Херсонской губ.» («Морской сборник», 1857; то же по-нем., Б., 1856) и др. Полный перечень его литературных трудов см. у Змеева («Врачи-писатели»). Литература о П. очень велика; она обнимает собой не только характеристику этой личности, но также воспоминания многочисленных его учеников и лиц, сталкивавшихся с ним на том или другом поприще служебной деятельности.

Как общественный деятель, П. принадлежит к славной плеяде сотрудников Александра II в первые годы его царствования. Появление в «Морском сборнике» (см. XIX, 999) статьи П. «Вопросы жизни», посвященной в особенности воспитанию, вызвало оживленные толки в обществе и в высших сферах и привело к назначению П. на пост попечителя сначала Одесского, затем Киевского учебного округа. На этом посту П. отличался не только полнейшей веротерпимостью, но заботился о справедливом отношении и уважении ко всем народностям, входящим в состав обоих округов (см. его ст. «Талмуд-Тора», Одесса, 1858). В 1861 г. П. должен был оставить пост попечителя; ему был поручен надзор за молодыми учеными, отправленными при А. В. Головнине за границу для подготовки к профессорским кафедрам. С вступлением на пост министра народного просвещения гр. Д. А. Толстого П. оставил педагогическую деятельность и поселился в своем имении Вишня Подольской губ., где и умер. Как педагог, П. — поборник общего гуманитарного образования, необходимого для каждого человека; школа, по его мнению, должна видеть в ученике прежде всего человека и потому не прибегать к таким мерам, которые оскорбляют его достоинство (розги и т. п.). Выдающийся представитель науки, человек с европейским именем, П. выдвигал знание как элемент не только образовательный, но и воспитательный. По отдельным вопросам педагогической практики П. также успел высказать немало гуманных идей. Под конец жизни П. был занят своим дневником, опубликованным вскоре после его смерти под заглавием: «Вопросы жизни; дневник старого врача». Здесь перед читателем восстает образ высокоразвитого и образованного человека, считающего малодушием обходить так наз. проклятые вопросы. Дневник П. — не философский трактат, а ряд заметок мыслящего человека, составляющих однако, одно из самых назидательных произведений русского ума. Вера в высшее существо как источник жизни, во вселенский разум, разлитый повсюду, не противоречит, в глазах П., научным убеждениям. Вселенная представляется ему разумной, деятельность сил ее — осмысленной и целесообразной, человеческое я — не продуктом химических и гистологических элементов, а олицетворением общего вселенского разума. Постоянное проявление мировой мысли во вселенной тем непреложнее для П., что все проявляющееся в нашем уме, все изобретенное им уже существует в мировой мысли. Дневник и педагогические сочинения П. изданы в СПб. в 1887 г. См. Малис, «П., его жизнь и научно-общественная деятельность» (СПб., 1893, «Биограф. библ.» Павленкова); Д. Добросмыслов, «Философия П. по его Дневнику» («Вера и разум», 1893, № 6, 7—9); Н. Пясковский, «П. как психолог, философ и богослов» («Вопросы философии», 1893, кн. 16); И. Бертенсон, «О нравственном мировоззрении П.» («Русская старина», 1885, 1); Стоюнин, «Педагогические задачи П.» («Ист. вестн.», 1885, 4 и 5, и в «Педагогических сочинениях» Стоюнина, СПб., 1892); ст. Ушинского в «Ж. М. Н. Пр.» (1862); П. Каптерев, «Очерки по истории русской педагогики» («Педагогич. сборник»., 1887, 11, и «Воспитание и Обучение», 1897); Тихонравов, «Ник. Ив. Пирогов в Московском университете. 1824—28» (M., 1881).