ЭСБЕ/Станиславский, Константин Сергеевич

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Станиславский, Константин Сергеевич
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Пруссия — Сюрра. Источник: доп. т. IIa (1907): Пруссия — Фома. Россия, с. 697—698 ( скан · индекс ) • Другие источники: МЭСБЕ


Станиславский (сценический псевдоним Константина Сергеевича Алексеева) — один из самых крупных и оригинальных деятелей современного русского театра. Род. в Москве, 5 января 1863 г., в известной купеческой семье Алексеевых. Мать С. была француженка, бабушка с материнской стороны — известная в свое время артистка в Париже. Образование С. получил в Лазаревском институте восточных языков. Участвуя в любительских спектаклях, он готовился к оперной карьере и учился пению у Комиссаржевского, вместе с которым и с Федотовым (XLI, 887) основал в Москве «Общество искусства и литературы». Вскоре он сделался режиссером спектаклей, устраивавшихся этим обществом. Здесь вырабатывались принципы такого театра, в котором не только передавалась бы предметная обстановка, соответствующая каждой пьесе, но воссоздавалась бы атмосфера жизни. В 1898 г. С., вместе с драматургом Влад. Ив. Немировичем-Данченко, основал Московский Художественный Театр. Артисты, вошедшие в состав театра, принадлежали к числу любителей, членов общества искусства и литературы, уже работавших под руководством С., а также к числу учеников Немировича-Данченко. Новый театр открылся пьесой А. Толстого «Царь Феодор». Первые два года успех его был очень средний. Новая эпоха для М. Х. Т. началась в 1900 г., после того, как вся труппа побывала в Севастополе и Ялте, главным образом для того, чтобы познакомить со своим делом больного в то время Чехова. Сотрудничество театра Немировича-Данченко и С. с Чеховым и Горьким определило дальнейший его характер. Он совершил ряд триумфальных поездок в Петербург; успех его в Германии и Австрии превзошел ожидания. Немецкая печать ставила артистов театра на высоту первого ансамбля в Европе и главным образом восхваляла руководителя театра, В. И. Немировича-Данченко и талант режиссера, С. Лучшие современные драматурги в Западной Европе — Метерлинк, Гауптман и др. — присылают свои пьесы в рукописях в М. Х. Т., считая его постановки образцовыми. Такова история театра, созданная совместной творческой работой его художественных руководителей Немировича-Данченко и С. Его понимание сценического искусства связано с реалистическим театром, каков, напр., театр Антуана в Париже или Deutsches Theater в Берлине. Стремление создать иллюзию живой действительности доведено в театре С. до идеального совершенства. Дом, в котором происходит действие, весь живет; художник-режиссер восполняет автора. Сцена в постановках С. совершенно отделена от зрительного зала в том смысле, что абсолютно избегаются эффекты, обращенные к публике. Режиссерская работа не ограничена текстом пьесы, а дополняет жизнь действующего лица в промежутках между его репликами и за сценой. Особенность постановок С. и заключается в этой закулисной жизни. Разработка деталей доведена до такой полноты, что враги С. и созданного им театра в своем отстаивании старой условности и сценической рутины сводят все новаторство С. к «сверчкам и паутине» в чеховских драмах. Это совершенно неверно. С. — прежде всего художник, чутко понимающий символизм обиходных подробностей, воплощающих для глаз и для слуха душевные состояния людей. Важно не то, что он дает много подробностей, а то, что он выделяет самые характерные из них и тем самым переносит зрителей в изображаемую среду. Он выходит за пределы реалистического театра и создает интимный театр настроений. Его постановки — вовсе не «протоколы» в духе натурализма, а художественные воплощения духовной атмосферы драм. Огромное достоинство С. заключается и в умении вдохновлять артистов, объединять их общим пониманием, благодаря чему получается стройное исполнение, в котором нет иерархического разделения на главные и второстепенные роли. Защитники старого, условного театра упрекают С. в уничтожении самобытности актеров, но упрек этот опровергается фактически: театр С. дал сцене первоклассных артистов, какими и у нас, и за границей признают Качалова,. Москвина, Книппер и др. Вместе с тем С. умеет вдохнуть жизнь в исполнителей даже самых маленьких ролей, и вот эта творческая работа над актерской толпой и служит полемическим ма териалом для врагов М. Х. театра. С наибольшим совершенством режиссерский талант С. выразился в постановках Чехова и отчасти Горького. Московский художественный театр — преимущественно чеховский театр, создавший на русской сцене целый мир, где царит нежность и грусть. В той же гамме интимности, связанной с одухотворенным реализмом, идут «Дикая утка» и «Доктор Штокман» Ибсена, «Михаил Крамер» Гауптмана. Как актер, С. обнаруживает сильно выраженную индивидуальность. Далеко не все роли одинаково удаются ему. Героизм Шекспира не находит отклика в его художественном темпераменте; его Брут в «Юлии Цезаре» далеко не удовлетворяет. Он весь — в колеблющихся оттенках нового искусства; его сила — в умении изображать скрытый душевный мир; его лучшая роль — доктор Астров в «Дяде Ване» Чехова. Вся красота чеховского мира, в котором цинизм — только маска оскорбленной жизнью нежности, воссоздана здесь С. с неподражаемой художественностью. Другая сторона его таланта — уменье рисовать с мельчайшими житейскими подробностями психологию человека, — сказывается в его «Докторе Штокмане»; он превращает внешний недостаток Штокмана — его близорукость — в символизацию его внутреннего мира и создает с покоряющей убедительностью образ наивного идеалиста. Из множества других ролей С. наиболее выделяется Вершинин в «Трех сестрах», Крамер в пьесе Гауптмана, Сатин в пьесе Горького: «На Дне».