ЭСБЕ/Травники

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Травники
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Томбигби — Трульский собор. Источник: т. XXXIIIa (1901): Томбигби — Трульский собор, с. 683—684 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Травники или лечебники — древнерусск. переводные изборники (см.). Их общее содержание совсем не отвечает специальному заглавию. Они представляют собою «избор от мног отец и мног книг», притом самых различных. Литературная история наших Т. еще мало выяснена; трудно сказать точно, откуда они пришли к нам — из Византии, через южно-славянские литературы, или с Запада, через Польшу, или же возникли самостоятельно на русской почве и лишь подверглись дальнейшим обработкам при помощи иноземных источников. Их списки носят на себе явственные следы то иностранной, то чисто русской редакции; во многих списках иностранное с туземным слилось в одно нераздельное целое. К последнему виду Т. принадлежат, напр., два списка Моск. синод. библиотеки, оба XVII в., № 480 и 481, и список Моск. Рум. музея, № 262. Переводную редакцию представляет Т. бывш. б-ки Царского, № 615; в конце рукописи сказано: «Сие писано с виницейского переводу и переведена бысть с немецкого языка на словенский, а перевел полонянич Литовской, родом Любчанин». Типичным представителем наших переводных лечебников служит так наз. Прохладный Вертоград. Предполагают, что древнерусский «Лечебник» первоначально принадлежал к области «отреченных» книг: исходным зерном Т. были, вероятно, так наз. «ложные молитвы» — напр., «о трясавицах» или лихорадках, приписываемые, по некоторым «индексам» ложных книг, болгарскому попу Иеремии, осложнившиеся затем присоединением народных заговоров, примет, выписками из различных лечебных книг и т. п., а еще позднее — выписками из всякого рода книг, относящихся к жизни, домостроительству, домоводству. Списки Т., как они дошли до нас, заключают в себе не только собственно врачебные пособия, но и всевозможные наставления о различных важнейших случаях в жизни, для благополучного исхода которых необходимо чарующее слово, молитва или заговор, или вещая примета, или вообще знание, сметка. Наиболее ранними источниками наших лечебников, вероятно, были византийские и болгарские; с XVI в. к ним присоединяются западные — делаются выписки из «Тайная Тайных» Аристотеля, «Аристотелевых Врат», из Альберта Вел., Михаила Скотта, Раймунда Люллия и других. Переводы сочинений только что названных средневековых писателей существовали у нас с первой половины XVII в. Книги «Тайная Тайных» Аристотеля (которого русский переводчик сборника именует даже «преподобным») и «Аристотелевы Врата» были весьма распространены в западной латинской литературе и принадлежали к обширному отделу средневековой повествовательно-наставительной литературе. «Тайная Тайных» заключает в себе наставления, преподанные, будто бы, Аристотелем своему ученику Александру Македонскому. Наставления о приметах и врачебных пособиях разделяются на «врата», вместо глав: отсюда — «Аристотелевы Врата», одна из еретических книг (Буслаев, «Ист. Христ.», col. 1401—1404). В русском переводе сборника «Тайная Тайных» (см. рук. Моск. син. библиотеки, № 723) заметно польское влияние. В наименовании лечебных пособий постоянно встречаются латинские термины; приводятся иностранные средства (напр.: а то целба немецкая…, а то лекарство фрианское); в самых заговорах и отреченных молитвах видны следы иностранного влияния, сначала греческого, потом латинского (так иногда упоминается латинская молитва Ave Maria: «Да говори 5-ю «Отче наш» да 5-ю ави Мариа»…). Первоначальный состав лечебника распространялся внесением сведений из разных источников, которые иногда упоминаются (напр., «Яков Мелец сказывал»…, «выпись взята у Ивана Насетки, а он взял у доктора»…, «сказывал венецянин торговой человек»… и т. д.). Сверх того, он видоизменялся вследствие местных условий, к котором применялся, и таким образом получал местный характер. По общему своему содержанию, Т. стоят близко к «Домостроям»; разница между ними та, что в последних господствует только житейская мудрость и опытность, между тем как лечебник постоянно прибегает к сверхъестественным чарующим силам. Наши лечебники часто являются настоящими западноевропейскими вождями по жизни. В некоторых списках лечебники сближаются с древнерусскими «Шестодневами» и хронографами — рассказывают историю творения мира, жизнь первых людей до потопа и т. д. Ср. Буслаев, «Ист. очерки» (II. 33 — 51); «Ист. Христ.» (col. 1351—56). Рихтер, «История медицины в России» (I, 1814); В. Соколов, «Материалы для истории старинной русской лечебной литературы» («Варшавские Унив. Известия», 1872, кн. VI); Забелин, «Ист. русской жизни» (II, 274 слл.); Тихонравов, «Отчет о XIX прис. нагр. Уварова» (стр. 55), В. М. Флоринский, «Русские простонародные Т. и лечебники, собрание медицинских рукописей XVI и XVII в.» (Казань, 1880); И. С. Некрасов, «О задачах изучения древнерусской литературы и народной поэзии» («Пам. Древн. Письменности» (СПб., 1892, стр. 1 — 22); А. Потебня, «Малорусские домашние лечебники XVIII в.» (1890).