ЭСБЕ/Филипп, митрополит московский и всея Руси

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Филипп, митрополит московский и всея Руси
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Фенолы — Финляндия. Источник: т. XXXVa (1902): Фенолы — Финляндия, с. 762—764 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ : РБС


Филипп, св. — митрополит московский и всея Руси, в мире Федор Степанович Колычов; род. в 1507 г. Принадлежа к одному из знатных боярских родов Московского государства, Федор Степанович начал службу при дворе великого князя. В конце правления вел. княгини Елены, в 1537 г., некоторые из его родственников, Колычовых, приняли участие в попытке князя Андрея Старицкого поднять восстание против правительницы и вел. князя; одни из них были казнены, другие попали в тюрьму. В этот самый год Федор Степанович тайно покинул Москву и ушел в Соловецкий м-рь, где, не открывая своего звания, поступил в послушники. Выдержав продолжительное и суровое послушание, он был пострижен в монахи с именем Ф. В течение одиннадцати лет, до поставления своего в игумены, Ф. вел суровую жизнь простого соловецкого инока, предаваясь физическим трудам и духовным подвигам. В 1548 г. соловецкий игумен Алексий сложил с себя свой сан и указал на Ф. как на достойного своего преемника. Житие и другие источники подробно описывают труды игумена Ф. по внутреннему и внешнему благоустройству обители его и его энергичную хозяйственную деятельность, благодаря которой Соловецкий м-рь сделался богатейшим промышленником, культурным центром Северного Поморья. Строгий аскет и подвижник явился образцовым хозяином, выказал большой практический ум, хозяйственную энергию и предприимчивость. На островах и в поморских вотчинах явились новые хозяйственные и промышленные сооружения, введены были механические усовершенствования в производстве промыслов. Так, Ф. устроил сеть каналов между многочисленными озерами на Соловецком о-ве, поставил на них мельницы, соорудил ряд новых хозяйствен. построек, увеличил живой хозяйственный инвентарь; на поморских землях увеличилось число соляных варниц и впервые был заведен железный промысел; наконец, Филиппу приписываются разные технические изобретения и усовершенствования в промышленных орудиях и приспособлениях. В 1548, 1561 и 1565 гг. Ф. составил уставные грамоты, в которых определялись подробности управления крестьянским населением монастырских вотчин, порядок распределения и взимания разных государевых податей и пошлин. Уже в первой половине XVI в. Соловецкий м-рь вел обширную торговлю продуктами своей промышленности, преимущественно солью. В 1542 г. царской грамотой ему разрешено было вести беспошлинную торговлю 6000 пуд. соли. В первый год игуменства Ф., в 1548 г., право беспошлинной торговли увеличено было на 4000 пуд. В 1551 г. все торговые и промышленные привилегии Соловецкого м-ря были подтверждены, но в 1555 г. по неизвестной причине у м-ря было отнято право беспошлинной торговли солью и др. товарами. Взамен царь пожаловал м-рю ряд деревень на р. Суме и соляные варницы по морскому берегу и по островам; все эти варницы были обложены денежным оброком. В следующем 1556 г. по челобитью игумена Ф. и монастырской братии денежный оброк с варниц был отменен, «для того, что у них соляной торг отставлен». Есть известие, что Ф. присутствовал в Москве на Стоглавом соборе в 1551 г. Ко времени вступления Ф. на митрополичий престол выяснилось, что между царем и представителем церкви не может быть единодушия и согласия по двум важнейшим политическим вопросам: о разделении государства на земщину и опричнину и о мнимой измене боярства. Филиппу это было понятно, и когда 20 июля 1566 г. царь с освященным собором «понужал» его принять митрополичий сан, он прямо поставил условием своего согласия отмену опричнины. Это требование сильно раздражило царя; только по челобитью архиепископов и епископов он «гнев свой отложил» и поручил собору епископов добиваться от Ф., чтобы он «в опришнину и в царьской домовой обиход не вступался, а на митрополью бы ставился». Но вместе с тем царь соглашался выслушивать советы митрополита по государственным делам, как это бывало при прежних государях. Ф. в конце концов покорился царскому слову и увещаниям духовного собора. Это решение было изложено в особом приговоре, подписанном Ф. и семью епископами. 25 июля 1566 г. новоизбранный митрополит был возведен на престол собором епископов. Обещая не вмешиваться в политические и личные отношения царя, Ф. сохранял за собой право протеста против всех безнравственных и противных христианскому долгу явлений, которыми сопровождалось и разделение государства на земщину и опричнину, и борьба с мнимой боярской крамолой. Первый год святительства Ф. прошел спокойно. Митрополит занимался делами церкви, поставил несколько епископов, выстроил в Москве церковь во имя свв. Зосимы и Савватия. Отношения его к царю наружно были вполне благоприятны. Сам царь, по-видимому, успокоился; неистовства опричнины прекратились. Новая смута вспыхнула в Москве после того, как были перехвачены грамоты от польского короля к некоторым боярам, с приглашением отъехать в Литву. Снова начались казни. Пострадала не только группа бояр, обвиненных в измене; вся Москва была терроризована неистовствами опричников. Архипастырский долг заставил Ф. обратиться к царю с увещанием остановить бессмысленное кровопролитие и с ходатайством о помиловании опальных. Исполняя свой долг, Ф. не нарушал данного им обещания не вмешиваться в опричнину: он протестовал не против известного порядка, а против безнравственных явлений, обусловливаемых этим порядком. Но царь, угнетаемый манией преследования, уже не в состоянии был различить эти точки зрения. По логике его расстроенного ума, кто осуждал безобразия опричников, тот хотел уничтожить опричнину, вырвать из рук царя верное орудие борьбы с крамолой; кто печаловался за его врагов, тот «покрывал» их, был за них — следовательно, против него. К тому же, по свидетельству жития Ф., среди высшего духовенства были враги митрополита, которые своими наветами раздували в душе царя искру подозрительности, зароненную первым требованием Филиппа об отмене опричнины. То были: архиепископ новгородский Пимен, сам желавший быть митрополитом, епископы Филофей рязанский и Пафнутий суздальский и духовник царский, протопоп Евстафий, которого митрополит за какой-то проступок подверг запрещению. Свои ходатайства за опальных и обличения ужасов опричнины Ф. начал в тайных беседах с царем наедине; но они остались без результата. Тогда Ф. решился на всенародное обличение. Первое открытое столкновение произошло 22 марта 1568 г. в Успенском соборе. Ф. обратился к царю с речью, в которой напоминал ему о долге христианина, об ответственности перед судом Божиим за кровопролитие и беззакония. Раздраженный этим обличением, царь с гневом требовал от митрополита, чтобы он молчал и не прекословил его царской державе. По летописному известию, митрополит в этот же день «вышел из двора митрополича и жил в монастыре у Николы Старого». В другой раз, когда царь явился в Успенский собор с опричниками, одетыми в черные одежды и с высокими шлыками на головах, Ф. отказался благословить царя и снова стал обличать его. Царь опять потребовал от митрополита или молчания, или удаления с кафедры. Хотя Грозный каждый раз приходил в ярость от обличений Ф., твердость последнего тем не менее смущала царя и заставляла его задумываться. Опричники и враги митрополита не упускали случая вызывать новые столкновения, напр. 28 июля в Новодевичьем м-ре, когда Ф. упрекнул одного опричника за то, что он стоял в тафье во время чтения Евангелия. К осени 1568 г. царь решил низложить Ф. В Соловецкий м-рь отправлена была следственная комиссия, составленная из личных врагов митрополита: Пафнутия, епископа Суздальского, боярина князя Василия Темкина, андрониевского архимандрита Феодосия, дьяка Дмитрия Пивова. Эта комиссия должна была собрать обвинительный материал для привлечения Ф. к соборному суду. Угрозами и посулами комиссия заставила некоторых монахов оклеветать своего бывшего игумена. Когда комиссия вернулась в Москву, привезя с собой самого соловецкого игумена Паисия и монахов, давших ложные показания против Ф., в начале ноября был созван собор для суда, над митрополитом. Ф., рассказывает житие, не оправдывался в обвинениях, взводимых на него, и хотел тут же на соборе сложить с себя знаки своего достоинства, но по требованию царя должен был оставаться в своем сане до произнесения судебного приговора. 8 ноября 1068 г., во время богослужения в Успенском соборе, туда явился Басманов с опричниками; по прочтении во всеуслышание соборного приговора о низведении Ф. с митрополичьей кафедры опричники сняли с него святительское облачение, одели в простую монашескую одежду и на дровнях увезли в Богоявленский м-рь. Спустя некоторое время Ф. был переведен в Староникольский м-рь. В народе ходили слухи, что царь намеревался окончательно отделаться от ненавистного обличителя, сжечь его живым, как колдуна, затравить медведями; рассказывали также о чудесах, творимых Ф. В это же время шла дикая расправа над близкими к бывшему митрополиту людьми: погибло десять человек Колычовых, родственников Ф.; голова одного из них была прислана к нему в темницу; казнены были многие клирики и митрополичьи дети боярские. Наконец, Ф. был заключен в тверской Отрочь м-рь. 23 декабря 1569 г., во время похода Грозного в Новгород, посланный царем Малюта Скуратов задушил Ф. в его келье «возглавием», то есть подушкой. В 1591 г. по просьбе братии Соловецкого м-ря мощи Ф. были перевезены из тверского Отроча м-ря в Соловки и положены в церкви свв. Зосимы и Савватия. Низложение и мученическая смерть митрополита Ф. остались пятном на памяти царя Иоанна Васильевича. Смыть это пятно, от имени светской власти принести покаяние власти церковной в нанесенном ей оскорблении решился царь Алексей Михайлович. В 1652 г. царь по совещании с патриархом Иоасафом и всем освященным собором определил перенести в Москву мощи святителя Ф. В Соловецкий м-рь отправлено было посольство из духовных и светских лиц с Никоном, митрополитом Новгородским, во главе. За литургией в церкви, где почивали мощи святителя, Никон «от царя посланную грамоту к Ф. митрополиту распечатав, во услышание всем прочел»; в этой грамоте Алексей Михайлович молил святого мученика отпустить вину «прадеда» его: «сего ради преклоняю сан свой царский за оного, иже на тя согрешившего, да оставиши ему согрешение его своим к нам пришествием». 9 июля мощи Ф. были принесены в Москву. Церковное торжество, которым сопровождалось это событие, живо описано самим Алексеем Михайловичем в письме к князю П. И. Одоевскому. 19-го июля мощи были положены в серебряную раку в Большом Успенском соборе. Память Ф. праздновалась всей церковью русской с 1591-го года, в 23 день декабря, но с 1660 г. празднование перенесено на 9 января. Память Ф. празднуется еще 3 июля, когда вспоминается перенесение мощей его в Москву, и 5 октября, вместе со всероссийскими святителями Петром, Алексием и Ионой. Празднование трем названным святителям установлено в 1596 г.; св. Ф. присоединен к ним в 1875 г. Житие Ф., составленное в конце XVI в., распространено в многочисленных списках. Большие извлечения из него напечатаны в книге «Начертание жития митроп. Филиппа» (М., 1860). См. архим. Досифей, «Географическое, историческое и статистическое описание Соловецкого м-ря» (М., 1836); его же, «Летописец Соловецкий на четыре столетия с 1429 по 1 833 год» (изд. 3, M., 1833); «Александро-Невская летопись» в III т. «Русской историч. библиотеки», «Сказания кн. Курбского» (изд. 2); донесение Таубе и Крузе в «Sammlung Russisch. Gesch.» (X, 1, 187—241); H. Барсуков, «Источники русской агиографии» (стр. 5 66—575); «Боярский род Колычовых» (М., 1886, стр. 77—96). Специальные статьи о митрополите Ф.: епископа Леонида в «Душеполезном чтении» (1861, ч. II); Д. А. Валуева в «Библиотеке для воспитания» (1845); Я. М. Уманца в «Древней и новой России» (1877); М. Кояловича в «Страннике» (1861); С. Рождественского в «Русском биографическом словаре» (СПб., 1901).