ЭСБЕ/Фортунатов, Филипп Федорович

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Фортунатов, Филипп Федорович
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Финляндия — Франкония. Источник: т. XXXVI (1902): Финляндия — Франкония, с. 322—323 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Фортунатов (Филипп Федорович) — выдающийся русский языковед, брат Ал. и Степ. Ф. Ф., профессор сравнительного языкознания в Моск. унив. и ординарный академик по отделению русского языка и словесности СПб. акд. наук. Род. в 1848 г., учился в петрозаводской гимназии, в которой его отец был директором, и в Моск. унив., в котором окончил курс в 1868 г. В 1871 г. предпринял вместе с В. Ф. Миллером научное путешествие в Литву, результатом которого был ценный сборник литовских народных песен («Известия Московского университета», 1872 г. и отд.). Вслед за этим он уехал в заграничную командировку, по возвращении из которой в 1875 г. защитил диссертацию на степень магистра, представлявшую издание древнеиндийского текста Sâmaveda Aranyaka Samhitâ с приложением «Нескольких страниц из сравнительной грамматики индоевропейских языков». Вскоре за сим он был избран в доценты Московского унив. В 1884 г. различные выдающиеся отдельные исследования его, доставившие ему известность в науке и за границей, снискали ему степень доктора сравнительного языкознания honoris causa, предложенную одновременно Киевским и Московским унив. В 1898 г. Ф. был избран в члены Академии наук, а в 1902 г., после 30-летней профессорской деятельности, оставил Москву и переселился в Петербург. Отличное знакомство со славянскими и балтийскими, или литовскими, языками характеризует все работы Ф., из которых особо выдающееся значение имеют исследования литво-славянского и индоевропейского ударения, пролагавшие пути в область, в то время еще нетронутую и получившую с тех пор громадную научную важность. Можно сказать, что в этой области Ф. является первым пионером и одним из основателей современного учения об индоевропейском ударении, родоначальником исследований Лескина, Гирта, Штрейтберга и других новейших акцентологов. К заслугам Фортунатова относится и то, что он первый в наших университетах начал читать курсы по литовскому языку, столь важному для сравнительного языкознания вообще и славянского в особенности. Кроме того, он читал и общие курсы по фонетике и морфологии индоевропейских языков, а также специальные по старославянскому и готскому языкам. По литовскому языку он напечатал несколько статей в «Beiträge zur vergl. Sprachforschung» Куна и Шлейхера, в «Beiträge zur Kunde der indogerm. Sprachen» Бецценбергера и в московском «Критическом обозрении». Кроме того, в 80-х и 90-х годах явился ряд его статей и рецензий в «Mittheilungen der litauischen litterarischen Gesellschaft», в геттингенских «Gelehrte Anzeigen» и в латыш. журнале «Austrums». В 1897 г. под его редакцией вышел первый выпуск «Литовского словаря А. Юшкевича», изданного Академией наук и составляющего в высшей степени ценное научное приобретение благодаря полноте и новизне материала. Фонетике санскрита посвящены: статья «L + dental im Altindischen» в «Beiträge» Беццейбергера (т. VI) и позднейшая работа о том же предмете «Индоевропейские плавные согласные в древнеиндийском языке», явившаяся в юбилейном сборнике в честь Ф. Е. Корша Χαριστήρια (1896). Немецкий перевод ее, сделанный проф. Сольмсеном, появился в «Zeitchrift für vergleich. Sprachforschung» Куна (т. XXXVI), где напечатан и другой интересный этюд Ф., «Ueber die schwache Stufe des urindogermanischen a-vokals». Главное значение в научной деятельности Ф. имеют его труды в области литво-славянской акцентологии, открывающиеся весьма ценной статьей «Zur vergleichenden Betonungslehre der lituslavischen Sprachen» в «Archiv für slavische Philologie» Ягича (т. IV, 1880 и т. XI). Здесь установлен ряд новых законов ударения и количества, давших отправную точку для исследований Лескина и др., высказаны важные замечания относительно русского полногласия и связи некоторых особенностей его с отношениями ударения и т. д. Дальнейшее развитие взглядов Ф. в этой области дает его исследование «Об ударении и долготе в балтийских языках. I. Ударение в прусском языке», явившееся в «Русском филолог. вестнике», 1895 (нем. перевод проф. Сольмсена в «Beiträge» Бецценбергера, т. XXII). Фонетика общеславянского и старославянского языков служила предметом интересных и во многом самобытных университетских курсов Ф. Издание этих лекций его (в «Известиях» Моск. унив.) давно уже начато (равно как немецкий перевод Бернекера, печатающийся в Лейпциге), но до сих пор они еще не обнародованы. Некоторые основные положения учения Ф. изложены им в его статье в «Архиве» Ягича (т. XI—XII): «Phonetische Bemerkungen veranlasst durch Miciosich’s Etymologisches Wörterbuch der Slavischen Sprachen», где он излагает свои взгляды на формы общеславянского языка, часто несогласные со взглядами Миклошича. Ценны и критические статьи Ф., часто излагающие и собственные взгляды критика на затронутые ее авторами вопросы. Таковы: отзыв о «Синтаксических исследованиях» А. В. Попова, талантливого, рано умершего ученика Потебни (в «Отчете о присуждении Уваровских премий», 1884), где находим ряд оригинальных гипотез Ф. о происхождении некоторых падежных окончаний индоевропейских языков, — и рецензия на сочинение ученика Ф., проф. Ульянова, «Значения глагольных основ в литовско-славянском языке» («Отчеты о присуждении Ломоносовской премии», 1895). К ученикам Ф. принадлежат проф. Варшавского университета, ныне его ректор Г. К. Ульянов (см.), академик А. А. Шахматов, приват-доцент Московского унив. В. К. Поржезинский, В. Н. Щепкин, Яблонский и др. До некоторой степени учениками Ф. могут считаться профессора Казанского унив. Е. Ф. Будде и Одесского Б. М. Ляпунов. Из нерусских ученых, занимавшихся у Ф., назовем проф. Боннского унив. Сольмсена, проф. Гельсингфорсского унив. Миккола, доктора Бернекера и т. д. Среди современных лингвистов Ф. занимает совершенно самостоятельное и независимое положение. В начале своей научной деятельности он несколько отражал влияние геттингенской школы (Фик) и отчасти Шлейхера, но впоследствии совершенно эмансипировался от него и пошел своим оригинальным путем. Характерной особенностью метода Ф. является наклонность объяснять различные позднейшие фонетические особенности индоевропейских языков существованием соответствующих минимальных разниц уже в индоевропейском праязыке — прием, не составляющий исключительной особенности Ф. (на нем основаны гипотезы о двух и трех рядах заднеязычных согласных в индоевропейском праязыке Асколи-Фика-Шмидта, современное учение об индоевропейском вокализме и т. д.), но никем, вероятно, из лингвистов не применявшийся так широко и систематически. Фонетические гипотезы Ф. отличаются остроумием и сложностью комбинации, но страдают некоторой схематичностью и отвлеченностью, лишающими их иногда убедительности. Эта отвлеченность или метафизичность построений Ф. объясняется отсутствием у них надлежащей антропофонической, или звукофизиологической, основы. Вследствие этого у Ф. нередко решение известной фонетической проблемы только отодвигается в область праязыка, но не разрешается действительным образом, и таким образом трудность «wird verschoben, aber nicht gehoben». Важное научное значение трудов Ф., впрочем, не колеблется этим недостатком, так как, несмотря на него, они в высшей степени возбуждают научную мысль и вызывают дальнейшую научную работу над затронутыми им вопросами.

С. Б—ч.