ЭСГ/Финляндия/История

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

История независимой Ф. В мировой войне Ф., автономная окраина русской империи, не принимала непосредственного участия, так как не имела своего войска, а ее граждане не подлежали призыву. Тем не менее война глубоко отразилась на ней. Страна была наводнена русскими войсками, и царское правительство пользовалось военным положением, как средством для усиленной руссификации. Конституционное движение финляндск. буржуазии было сломлено, лидеры его высланы в Сибирь (Свинхувуд). Сейм был распущен до окончания войны. Неотложные реформы стояли. Широкие слои трудового населения, впрочем, относились равнодушно к Антанте, к центральным державам и к борьбе финской буржуазии с русским империализмом. Эта борьба шла по-верху общественной жизни и, как только дело доходило до кровных интересов масс, финляндская буржуазия не упускала случая итти единым фронтом с русскими властями. Разделение ориентаций на германофильскую и антантофильскую имело значение только для буржуазных верхов. Германофильство преобладало вследствие тесных экономических и интеллектуальных связей буржуазной Ф. с Германией. Экономически финляндские деловые круги были под сильным германским влиянием, и немецкие, в частности гамбургские, банки выступали главными посредниками в заграничных операциях финляндской промышленности. Ф. буржуазная молодежь бежала в Германию и финские добровольцы составили там особый егерский батальон, сыгравший выдающуюся роль в установлении в Ф. буржуазной диктатуры. В экономической области война вызвала глубокий перелом всего уклада финляндской жизни. Промышленность искусственно раздувалась русскими военными заказами, деревня обезлюдела, городские центры притягивали население. На ряду с ростом заработной платы росла и дороговизна: германская блокада, падение и без того недостаточной сельско-хозяйственной продукции, застой экспортной промышленности, безудержная спекуляция, — все это привело к острому кризису и питало недовольство масс. На выборах в сейм осенью 1916 г. с.-д. получили абсолютное большинство голосов (103 места в сейме из 200). Новый сейм собрался, однако, уже после мартовской революции в России.

Подготовка гражданской войны (1917 г.). Свержение царизма застало врасплох руководящую партию „революционной весны“ Ф. — социал-демократическую. Вместо того, чтобы учесть, что восстановление демократического строя развязывает классовую борьбу, с.-д. все свои усилия направили на спасение демократии и притом парламентскими методами. 16/III образовалось коалиционное п-во (сенат) из представителей буржуазных партий и правых социалистов с Токоем во главе. Оппозиция левых с.-д. против участия партии в правительстве была очень пассивна. В апреле собрался сейм, где с.-д. имели абсолютное большинство. Генерал-губ. был назначен кадет М. А. Стахович. Классовая борьба в стране определялась, прежде всего, всем ходом русской революции и отношением к ней различных общественных групп Ф. Рабочие массы, приветствовавшие ее, вынесли движение на улицу, и по всей стране прошла волна забастовок и волнений, за лозунгами которых сенат плелся поневоле. Под давлением масс был проведен закон о 8-ми часовом рабочем дне и о всеобщем избирательном праве в общинах. Буржуазия с тревогой смотрела на развитие революционного движения, утверждала, что сейм не отражает подлинного настроения народа и требовала полного отделения от России (что тогда означало бы полувассальные отношения к Германии). С.-д. оставались посредине, с каждым днем выпускали из рук руководство массами, а по вопросу об отношениях к России высказывались за сохранение федеральной связи с ней, так как рассчитывали на образование в России радикально-демократического строя с уклоном к социализму. Впрочем уже на июньском партийном съезде с.-д. высказались за независимость Ф., при чем экономические отношения с Россией определялись бы особым соглашением. 18/VII сейм 135 гол. против 55 провозгласил себя носителем верховной власти в стране. Временное п-во распустило сейм и назначило новые выборы на октябрь, — мера, не без удовольствия встреченная в буржуазных кругах. С.-д. объявили роспуск незаконным, но новый ген.-губ., Н. В. Некрасов, силой помешал депутатам самовольно собраться. Попытка забастовки протеста не удалась вследствие неорганизованности масс и слабого руководства со стороны с.-д. К этому времени положение стало критическим: дороговизна и волнения росли, закон против спекулянтов оставался на бумаге, и голодные массы теряли доверие к партии и коалиционному сенату и быстро левели. C.-д., чувствуя свое одиночество и бессилие, вышли из состава сената, коалиция распалась, хотя Токой и продолжал возглавлять кабинет. Буржуазия, очутившись фактически у власти, усиленно готовилась к борьбе, и октябрьские выборы показали, что она не потратила времени даром: в новом сейме оказалось буржуазное большинство (180 гол. против 92 c.-д.). Своей победой буржуазия была обязана, гл. обр., разочарованию пролетарских масс в парламентаризме и искусной технической „подготовке“ выборов. Сессия нового сейма открылась в начале ноября, и в это время власть в России перешла в руки советов. Ф. фактически стала независимой. Сенат объявил страну на военном положении и предложил учредить директорию с Свинхувудом, лидером германофилов, во главе. С.-д. партия колебалась, вела переговоры с радикально-буржуазными кругами и с аграриями, и когда на выдвинутую право-буржуазными слоями идею директории (т.-е. буржуазной диктатуры) рабочие ответили забастовкой и захватом некоторых общественных зданий в Гельсингфорсе, с.-д. упустили удобный момент для попытки захватить власть, боясь вызвать раскол рабочего движения. Через пять дней забастовка прекратилась по предписанию из центра. Чрезвычайный съезд соц.-дем. партии (2-я половина ноября) вынес резолюцию, в которой, не высказываясь ни за, ни против революции, признал неудачу забастовки и провозгласил „право народа защищаться с оружием в руках против вооруженного врага, но отвечая только насилием на насилие“. Эта резолюция уже предрешала будущее поражение рабочих в гражданской войне. Одновременно красная гвардия в Гельсингфорсе с согласия местного совета выдала буржуазии оружие. 26/XI сейм выбрал министерство Свинхувуда, вдохновителя идеи буржуазной диктатуры, 6/XII провозгласил независимость Ф. и поручил правительству добиться признания со стороны держав, от чего зависел жгучий вопрос о снабжении Ф. продовольствием. Германия поставила условием признания предварительное урегулирование вопроса с Россией, в связи с чем состоялась поездка Свинхувуда и Энкеля в Смольный. Советская власть признала Ф. в конце декабря 1917 г., Швеция, Франция и Германия — в течение января 1918 г. Весь декабрь и начало января прошли в усиленной подготовке обоих сторон к гражданской войне и в переговорах об эвакуации русских войск, которые в значительной степени очистили северную и северо-зап. части Ф. Буржуазия усиленно вооружалась и искала помощи за границей. Неизбежность борьбы сознавали и социал-демократы, но время было упущено, и вооружение рабочих шло без твердого руководства под неясным лозунгом „спасения демократии“.

Гражданская война (январь — май 1918 г.). Первые столкновения красной и белой гвардии начались уже с конца 1917 г. в разных частях страны и участились в первых числах января (уличные бои в Обу, аресты рабочими губернаторов и полицмейстеров). Выборы президента, назначенные на 15/I, не состоялись, и 17/I сенат потребовал и получил от сейма специальные полномочия для „водворения порядка“. Это была прямая провокация со стороны буржуазии. С.-д. партия должна была принять бой и, несмотря на свои ошибки, выполнила свой долг. Партия обратилась к рабочим с призывом защищать демократию, и 29/I рабочие захватили власть в Гельсингфорсе, Таммерфорсе и Выборге. Через несколько дней вся южная Ф. была в руках революционного правительства (совета народных депутатов), возглавляемого бывш. тальманом (председателем) сейма Маннером. Сироля заведывал внешними сношениями, Токой — продовольствием. Буржуазные лидеры и депутаты бежали на север, Свинхувуд скрывался в Гельсингфорсе. Белое п-во обосновалось в Вазе, куда начался съезд белых со всех концов страны и из за-границы (в феврале прибыл финский егерский батальон из Германии). Силы белых под начальством Маннергейма были вначале невелики, но среди них было много офицеров. Белая гвардия продвинулась к югу от Вазы до станции Вильпуля, в таммерфорсском направлении, и очистила от красной гвардии и слабых русских отрядов всю северную и центральную Ф. Первые два месяца прошли в позиционной войне и во внутренней организации обоих сторон. Организация красной Ф. оставляла желать многого: лозунги были неясны, диктатура пролетариата не провозглашалась, революционная законность не проводилась строго, и анархические элементы вносили дезорганизацию. В экономической области был намечен контроль над банками и национализация предприятий. Концентрация основных отраслей финл. промышленности облегчала эту программу, но рабочий класс, вынужденный систематическим саботажем предпринимателей к спешной национализации государственных и крупнейших частных предприятий, не успел довести своих начинаний до конца. Красная гвардия тоже хромала в организационном отношении, опытных командиров не хватало (среди них выдвинулись Свешников и др. русские добровольцы), береговые крепости находились в руках русских войск, которые не отдавали их финским рабочим. Белое правительство с самого начала искало помощи извне, так как ему было не под силу справиться и сломить героическое сопротивление красной гвардии. Швеция отказалась от официальной помощи, и сенат обратился к Германии, для которой захват Ф. был бы важным шагом к укреплению своего влияния на Балтийском море. Предварительные переговоры вел Свинхувуд, бежавший в феврале из Гельсингфорса. Вероятно, он вел переговоры, не считаясь с Маннергеймом, который неохотно шел на германскую ориентацию и только тогда уступил, когда убедился в невозможности сломить красных своими силами. 7/III был подписан договор с Германией, устанавливающий, в сущности, германский протекторат над Ф. В этот критический момент революционное правительство растерялось, и умеренное крыло вождей (Таннер, Виик и Валпас) стало высказываться за борьбу с левыми „анархическими“ элементами, искало посредничества шведских с.-д., собиралось отмежеваться от русских большевиков, посылало депутацию к немцам на Аландские о-ва. В начале апреля немцы высадились в Ганге, и Маннергейм перешел в наступление. 5-го, после горячих боев, был взят Таммерфорс, где белые захватили 2 т. пленных и ознаменовали свою победу массовыми расстрелами. 12-го немцы заняли Гельсингфорс после 2-х дневного боя. Революционное п-во бежало в Выборг, красная гвардия начала отход на линию реки Кюммене, преследуемая по пятам немцами и белыми. Тем временем белые в Карелии, к востоку от Кюммене прорвали фронт противника, и вся масса отступающей красной гвардии была зажата в тиски в районе Лахти-Коувола и совершенно разбита после героического сопротивления. 29-го пал Выборг, и только несколько тысяч красных прорвались в Советскую Россию. 26-го мая Маннергейм торжественно вступил в Гельсингфорс, чтобы не оставлять столицу всецело в руках немцев.

В результате гражданской войны финский пролетариат подвергся неслыханному разгрому. Победоносная буржуазия, не довольствуясь массовыми расстрелами на месте, начала систематическое истребление рабочего класса. В то время, как, по подсчетам даже буржуазных исследователей и журналистов, в красной Ф. было убито всего около 1 т. человек и то по большей части анархическими элементами, белыми было расстреляно на месте около 15—20 т., арестовано до 80 т. (в стране с 3 миллионн. населением и со 100 тыс. промышленного пролет.), не менее 12 т. умерло в лагерях от болезней и голода, и смертность в одном только Экенесском лагере дошла летом 1919 г. до 43 на 1000 в неделю (при таком % смертности в современной Москве, наприм., умирало бы еженедельно 80 т. чел.). Специальные суды по делам о государственной измене к концу 1918 г. вынесли 379 смертн. приговоров, присудили 25 т. чел. к долгосрочному заключению от 3 до 15 лет, 37 т. — условно (что равносильно было „волчьему паспорту“) и оправдали 6800. Специальный верховный суд в апелляционном порядке рассмотрел к середине 1919 г. 27 т. дел, подтвердил 215 см. приговоров, 621 чел. приговорил к пожизненному заключению, 26 т. — к заключению от 3 до 15 лет и оправдал 88 человек.

Борьба за форму правления. Независимой Ф. с первых же шагов пришлось натолкнуться на огромные трудности. Страна была разорена, продовольствия не было, союзники с момента германской оккупации отказали в доставке хлеба, закупленного еще Токоем. Независимость Ф. была призрачной, фактически она находилась под едва прикрытым германским протекторатом. Немецкие войска занимали страну, вся информация извне шла через германские руки, истинным хозяином Ф. был командующий германским экспедиционным корпусом, генерал Гольц. Маннергейм вышел в отставку тотчас же после вступления в Гельсингфорс, и Свинхувуд, вождь реакционных германофилов, занял пост главы государства до решения вопроса о форме правления. В сейме, собравшемся в мае 1918 г. (из всей с.-д. фракции явилось 2 депутата, остальные или бежали, или погибли, или были арестованы), тон задавали монархисты-реакционеры. На ряду с разрухой в стране, поднял голову и подогреваемый немцами финский империализм, мечтавший о захвате Вост. Карелии и о „великой Ф.“, т.-е. фактически о расширении германского влияния до Белого моря. Мирные переговоры с Сов. Россией, начатые по инициативе Германии в Берлине, кончились ничем. В октябре специальная сессия сейма избрала королем Ф. гессенского принца Фридриха-Карла, но единственным практическим результатом этого шага было то, что Франция взяла обратно свое признание, и отношения с Антантой за несколько недель до ее победы были испорчены. Разгром Германии и революция произвели в Ф. потрясающее впечатление. Германофилы были совершенно скомпрометированы, Свинхувуд ушел в отставку, и главой государства сделался Маннергейм, вполне приемлемая для Антанты политическая фигура с репутацией германофоба и „победителя большевиков“. Ф. из немецких рук непосредственно переходит в англо-французские и хотя не принимает прямого участия (подобно Эстонии) в походе на Петроград, но вошла в систему кордона вокруг Сов. России и служила англо-французской базой при интервенции (официально признанные русские эмигрантские организации, формирование армии Юденича на Ф-кой территории, английская эскадра в Финском заливе, набег на Вост. Карелию). Гельсингфорс стал одним из признанных центров международной контр-разведки и подлинной фабрикой лживых измышлений по адресу Сов. России. Маннергейму удалось наладить подвоз продовольствия и урегулировать вопрос о признании. В марте 1919 г. состоялись выборы в сейм, при чем с.-д. обнаружили замечательную живучесть, проведя через год после гражданской войны и в обстановке свирепого белого террора 80 депутатов. Вместе с аграриями (42 деп.) и группами либеральной буржуазии (прогрессистами) c.-д., пронесшие в неприкосновенности через все испытания свои старые парламентские методы борьбы, образовали республиканское большинство, угодное Антанте.

Республика. Конституция 17/VI провозгласила Ф. республикой, а 25/VII риксдаг избрал Стольберга президентом голосами аграриев, прогрессистов и с.-д. (отказались от своего кандидата Маннера). Кандидатура Маннергейма собрала 50 голосов против 135 гол. поданных за Стольберга. Под влиянием сильнейшего экономического кризиса и промышленного застоя, а также провала интервенции, среди деловых кругов, несмотря на ненависть к „наследственному врагу“, начали раздаваться голоса в пользу мира с Сов. Россией, и в течение 1920 г. борьба между крайним патриотизмом и коммерческим расчетом была в полном разгаре. С другой стороны, продолжались поиски внешней опоры. Союз со Швецией был невозможен из-за разногласий по Аландскому вопросу, а попытка прибалтийского союза на конференции в Бильдерингсгофе (лето 1920) с представителями лимитрофов практически ничем не кончилась. К концу года сторонники мирных отношений с РСФСР взяли верх, и 14/X был заключен мирный договор в Юрьеве, при чем Ф. получила Печенгу с выходом на Мурманское побережие Ледовитого океана и обязалась очистить в Восточн. Карелии волости Поросозоро и Реппола, захваченные финскими белогвардейцами и эксплоатируемые лесной компанией Гутцейта. Однако, официальный мир мало в чем изменил отношения к РСФСР, и русские белогвардейские организации продолжали в Ф. свои политические интриги совершенно открыто. В декабре 1920 г. Ф. вступила в Лигу Наций. Внутри страны правое м-во Эриха продолжало политику фактического бойкота Сов. России и борьбу с рабочим движением, заметно оживившимся под влиянием коммунистов. В стране царил разгул реакции, охранки и шюдскоров, представлявших поистине государство в государстве и мало считавшихся с мнением более умеренных кругов. Промышленность страдала от затяжного кризиса, безработица и дороговизна тяжело отражались на широких массах. В риксдаге шла борьба за амнистию участников гр. войны. Закон о частичной амнистии прошел в январе, предложение с.-д. о полной амнистии было погребено в комиссии, и в декабре с.-д. прибегли к парламентской обструкции. Амнистировано было, однако, всего несколько десятков человек. В марте 1921 г. м-во Эриха пало по жгучему вопросу о прибавках госслужащим на дороговизну, и на его место стало м-во аграриев и прогрессистов с Венноля во главе и с Хольсти в качестве мин. иностр. дел. Это открывало возможности упорядочения отношений с РСФСР. 24/VI Лига Наций решила Аландский вопрос в пользу Ф.: острова с их чисто шведским населением были признаны нейтральными под суверенитетом Ф. Вопрос о прибалтийском союзе ставился в плоскости не пятерного соглашения с Польшей, но тройственного союза Ф., Эстонии и Латвии, а на экономической конференции в Риге представители Ф., Сов. России, Эстонии и Латвии наметили разрешение ряда вопросов транспортных, финансовых и торговых. Однако, вопрос о прибалтийском союзе стал для Ф. более актуальным, когда в конце 1921 г. отношения с Сов. Россией вновь обострились из-за карельской авантюры. Правые элементы (активисты) упорно работали при поддержке крупных финляндских лесных компаний, заинтересованных в лесных богатствах Вост. Карелии, с фирмой Гутцейта во главе. С Гутцейтом связаны были и выдающиеся лидеры Ф-кой агрессивной буржуазии, как, напр., Свинхувуд. Зимой 1921 г. в Вост. Карелии было инсценировано восстание при активном участии финских добровольцев, явившихся на защиту „угнетенных братьев“. Одновременно в европейской и американской печати поднялась ожесточенная травля Сов. России и пропаганда отделения Вост. Карелии. Когда финские банды в январе 1922 г. были изгнаны Красной армией из пределов Вост. Карелии, так наз. „карельское правительство“ нашло убежище в Ф., где широкие буржуазные круги подняли вокруг карельских событий невероятную шумиху. Правительство вело себя двойственно: с одной стороны, боялось выступить против шумной агитации активистов, увлекшей не только прогрессистов, но и отчасти с.-д., с другой, не хотело портить отношения с Москвой, принимало вялые полумеры против прохода через границу добровольцев и допускало пропаганду „карельского правительства“ на финляндской территории. Мин. внутрен. дел кабинета Венноля, Ритавуори, был убит активистом Тандефельдом весной 1922 г. за „предательство финских интересов“. Ф. правительство обратилось за разрешением карельского вопроса к Лиге Наций, против чего сов. правительство решительно протестовало. Лига Наций 23/VII признала себя некомпетентной в конфликте, и карельская авантюра провалилась (вопрос был исчерпан дипломатической перепиской с сов. правительством к середине сентября 1923 г.). Однако, задолго до этого пало м-во Венноля. Последнее под влиянием карельских событий решило форсировать идею прибалтийского союза с участием Польши, и Хольсти на варшавской конференции заключил соглашение о таком союзе, в котором Польша должна была играть руководящую роль. Это вызвало целую бурю в политических кругах Ф. Германофилы и шведы указывали на то, что Хольсти обязался поддерживать Польшу против Германии и закрывал путь к возможной ориентации на Скандинавию, с.-д. и аграрии опасались вовлечения в авантюристическую политику Польши. М-во Венноля вышло в отставку в мае 1922 г., и было образовано деловое министерство Каяндера. Выборы 1922 г. были весьма знаменательны. С.-д. потеряли до 30% мест в пользу коммунистов, правые и аграрии разгромили прогрессистов. В риксдаг прошло 53 с.-д., 27 коммунистов, 45 аграриев, 35 коалиционеров (вместо 28), 15 прогрессистов (вместо 25—26) и 25 шведов. Затянувшийся на 5 месяцев министерский кризис разрешился в октябре, когда, после ожесточенной борьбы, риксдаг, голосами с.-д., коммунистов, аграриев и прогрессистов, принял аграрный закон Каллио (см. XLVI, 583), и было составлено правительство центра из аграриев и прогрессистов при поддержке с.-д. (кабинет Каллио). В течение 1923 г. успехи финской компартии, которая, несмотря на тяжелые условия полулегального существования, с чрезвычайной быстротой завоевывала доверие широких масс рабочих и трудового крестьянства, вызвали ожесточенные репрессии со стороны буржуазной реакции. Начались массовые аресты, вся комфракция очутилась в тюрьме. С.-д. на этот раз выступили в защиту депутатской неприкосновенности, потребовали новых выборов и начали парламентскую обструкцию. Риксдаг был распущен, но кабинет Каллио, лишенный поддержки c.-д., пал под ударами правых, обвинявших его в уступчивости с.-д. 18/I 1924 г. образовалось деловое министерство Каяндера. Выборы 1924 г. (апрель) без участия компартии в общем не изменили распределения буржуазных сил. С.-д. выиграли несколько мест (60 деп.), союз рабочих и мелких землевладельцев провел 18 депут. В мае был образован кабинет Ингмана, опирающийся на буржуазный блок. Компартия была распущена по приговору верховного суда, как противоправительственная.

1 марта 1925 г. президентом Ф. избран Реландер.