Адам (Бальмонт)/2015 (СО)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Адам
автор Константин Дмитриевич Бальмонт (1867—1942)
См. Оглавление. Из сборника «Ясень». Дата создания: 1916, опубл.: 1916. Источник: Бальмонт, К. Д.. Ясень. Видение Древа / вступ. ст. Н. А. Молчановой, заключ. ст. Т. С. Петровой; коммент. Н. А. Молчановой, Т. С. Петровой, О. В. Епишевой — Иваново; М.: Издатель Епишева О. В., 2015. — С. 194—201. — ISBN 978-5-904004-49-1.

Редакции


  1. «Адам возник в Раю из красной глины…»
  2. «Когда кричит сова и мчит Война…»
  3. «Я знаю, что легенда нам дана…»
  4. «Как изъясненье красочной картины…»
  5. «Цветы — в снегах. Цветы — растут из тины…»
  6. «Цветы цветут, когда идёт весна…»
  7. «И в Осени нам власть цвести дана…»
  8. «И сказочный расцвет кристалла — льдины…»
  9. «Всем пламенем, которым я горю…»
  10. «Всем холодом, в котором замерзаю…»
  11. «Тоской, чьим снам ни меры нет, ни краю…»
  12. «Всей силой, что в мирах зажгла зарю…»
  13. «Клянусь опять найти дорогу к Раю…»
  14. «Мне Бог — закон, и боль — боготворю…»
  15. «Адам возник в Раю — из красной глины…»

Цикл на одной странице

Я бог Атуму, Сущий, я был один…
Атуму, бог Солнцеграда, сотворитель
людей и делатель богов… Атуму,
Солнце ночное…Египетская запись.

1.


Адам возник в Раю из красной глины,
И был он слеплен Божеской рукой.
Но в этом колдовал ещё Другой,
И все его стремленья не едины.

Так в мире всё, от пламени до льдины,
Меняется. У кошки резкий вой
Есть вскрик любви. И ветер круговой
Ломает лес, а в нём поют вершины.

Но, если бы одна была струна,
10 Не спеть бы ей Симфонии Девятой.
И потому я — нищий и богатый.

Мне Ева — белокурая жена.
Но есть Лилит. Есть час в ночи заклятый,
Когда кричит сова и мчит Война.




2.


Когда кричит сова и мчит Война
Потоки душ, одетых разным телом,
Я, призраком застывши онемелым,
Гляжу в колодец звёзд, не видя дна.

Зачем Пустыня Мира создана?
Зачем безгранный дух прильнул к пределам?
Зачем, — возникну ль жёлтым или белым, —
Но тень моя всегда везде черна?

Я пробегаю царственные свитки,
10 Я пролетаю сонмы всех планет,
Но Да, ища, всегда находит Нет.

Магические выдумав напитки,
Я вижу сны, — но в этих безднах Сна
Я знаю, что легенда нам дана.




3.


Я знаю, что легенда нам дана
Во всём, что возникает как явленье,
Что правда есть, но лишь как обрамленье,
Картина же — текучая волна.

В потоке все. Не медлит пелена.
Ни атома, ни мига промедленья.
Любви хочу, но есть одно влюбленье,
Влюблённость, хмель, создание звена.

Я, перед кем померкли исполины,
10 Я, таинства порвавший всех завес,
В Двенадцати искусный Геркулес, —

В одном и в двух — я слаб, как лист осины:
Не есмь! Лишь встал, — уж был, прошёл, исчез,
Как изъясненье красочной картины.




4.


Как изъясненье красочной картины,
Задуманной не мною, а другим,
Как всплеск, рождённый шорохом морским,
В Любви и Смерти я лишь миг лавины.

Ни орлий лёт, ни гром, ни голос львиный
Не чужды мне. В веках тоской томим,
Не раз мне Сатана был побратим,
И, как паук, сплетал я паутины.

Но лишь себя ловил я в тот узор.
10 И для кого свои меняю лики?
Я протянусь как змейка повилики, —

Я растекусь ключом по срывам гор.
Но лик мой — рознь. В себе — я не единый.
Цветы — в снегах. Цветы — растут из тины.




5.


Цветы — в снегах. Цветы — растут из тины.
Но что нежнее в безднах бытия, —
Купава ли болотная моя
Иль эдельвейс, взлюбивший гор вершины?

И камыши, — когда среди трясины
Они шуршат, — те шорохи струя,
Поют чуть слышно: — Слитны ты и я,
Когда умрёшь. Дойди до сердцевины.

Смерть в сердце поцелует. Смерть одна,
10 Верней Любви, объятьем необманным,
К тебе прильнёт, и будешь в счастье странном,

С низинами сольётся вышина. —
Но нет. Бегу Зимы, к восторгам жданным.
Цветы цветут, когда идёт весна.




6.


Цветы цветут, когда идёт весна,
Весною виден лад всемирной связи,
Лягушки скачут весело по грязи,
От жаворонков рдеет вышина.

Там сверху Кто-то смотрит из окна.
Что Солнцем называется в рассказе,
Тот взгляд внизу сверкает в каждом глазе,
Весною каждый хочет жить сполна.

Умри? Зачем искать я Смерти буду,
10 Когда весь умираю я в Любви.
Ищи Любовь. Следи. Гонись. Лови.

К смертельному здесь причастишься чуду.
Весна зовёт, вольна, хмельна, пьяна.
И в Осени нам власть цвести дана.




7.


И в Осени нам власть цвести дана,
Когда мы Смерть с Любовью обвенчаем.
Горит весь лес. За отдалённым краем
Его владений — чу! — гудит струна.

Какая в этом рденье глубина, —
Так краски не горят весёлым Маем.
И пусть печалью час утрат терзаем, —
Без Осени вся наша жизнь бедна.

Лишь Осенью, в канунный миг отлёта
10 Заморских птиц, мы слышим журавлей.
И любим мы. И с нами плачет Кто-то.

И любим мы. Больнее. Всё больней.
Цветут огнём — последние куртины.
И сказочный расцвет кристалла — льдины.




8.


И сказочный расцвет кристалла — льдины,
И сказочен немой расцвет снегов,
Когда мельканье белых мотыльков
Наложит власть молчанья на равнины.

Чьи кони мчатся? Белы эти спины
И гривы их. Чуть слышен звук подков
То тут, то там. Безумен свет зрачков
Тех конских глаз. Тот шабаш лошадиный.

Очей белесоватых — Ноябрю
10 Немой привет. Текучим водам — скрепы.
Вертлявой вьюги норы и вертепы.

И на себя я в зеркало смотрю.
Все вымыслы торжественны и лепы
Всем пламенем, которым я горю.




9.


Всем пламенем, которым я горю,
Всем внутренним негаснущим вулканом,
Я силу правды дам моим обманам
И приведу все тени к алтарю.

Умывшись снегом, боль в себе смирю,
Велю мечтам стать многоликим станом,
Над Золотой Ордою буду Ханом
И, приказав, приказ не повторю.

Есть власть в мечте. Я это слишком знаю,
10 Как льдяный вихрь, я целый мир скую,
Чтоб он молчаньем славу пел мою.

И вдруг — в избушке я, и, внемля лаю
Моих собак, я искрюсь и пою
Всем холодом, в котором замерзаю.




10.


Всем холодом, в котором замерзаю,
Всем ужасом безжалостной Зимы,
Преджизненными нежитями Тьмы,
Что вражескую в мир стремили стаю, —

Той пыткою, когда душой рыдаю,
Узнав, что нет исхода из тюрьмы,
Комком, во что склеилось наше Мы,
И гробом, где, как тлен, я пропадаю,

Не дам себя всем этим победить,
10 И в крайний миг, и в час мой самый жалкий
Моя душа — работница за прялкой, —

Я с пением кручу живую нить,
Хоть в пряже радость я перемежаю
Тоской, чьим снам ни меры нет, ни краю.




11.


Тоской, чьим снам ни меры нет, ни краю,
В безбрежных днях Земли я освящён.
Я голубым вспоил расцветом лён,
Он отцветёт, я в холст его свиваю.

Я в белизну всех милых одеваю,
Когда для милых путь Земли свершён,
В расплавленный металл влагаю звон
И в нём огнём по холоду играю.

Как верный раб, неся дары Царю,
10 Освобождаем мудрою десницей,
И труд раба вознаграждён сторицей, —

Я в золото все прахи претворю,
Да в Смерти буду встречен, бледнолицый,
Всей силой, что в мирах зажгла зарю.




12.


Всей силой, что в мирах зажгла зарю,
Над этим миром будней, топей, гатей,
Всем таинством бесчисленных зачатий
Жизнь шлёт призыв, и я с ней говорю.

Я к древнему склоняюсь янтарю
И чую дух смолистой благодати,
Врагов считаю вспыхнувшие рати,
Встаю в рядах и с братьями горю.

Что можно знать, — в себя взглянув, я знаю,
10 Во что возможно верить, — стерегу,
Чтоб на другом быть светлом берегу.

Творя огонь, иду к Святому Гаю,
И пусть себя, как факел, я дожгу,
Клянусь опять найти дорогу к Раю.




13.


Клянусь опять найти дорогу к Раю,
И в Отчий Дом возврат мне будет дан,
Когда сполна исчерпаю обман,
В котором зёрна правды я сбираю.

И к нищенскому если караваю
Касаюсь здесь, — к пределам новых стран
Я устремлю свой смелый караван,
Оазис — мой, мне зацветёт он, знаю,

Когда я сам себя переборю, —
10 Какой ещё возможен недруг властный.
За краем снов есть голос полногласный.

Идёт Тепло на смену Декабрю.
И пусть года терзаюсь в пытке страстной, —
Мне Бог — закон, и боль — боготворю.




14.


Мне Бог — закон, и боль — боготворю.
Не мне, не мне, пока иду я тенью,
Здесь предаваться только упоенью,
Но в рабстве я свободный выбор зрю.

Я был цветком, я знал свою зарю,
Стал птицей я, внимал громам как пенью,
Был днём в году, псалмом я был мгновенью,
К земному да причтусь календарю.

А если он окончился, — так что же?
10 Не лучше ли горенья краткий час,
Чем бездны Тьмы? Будь милостив мне, Боже.

Ты дал стада мне, — я их зорко пас.
Не для того ль, чтоб сжечь весь плен холстины,
Адам возник в Раю, из красной глины.




15.


Адам возник в Раю — из красной глины.
Когда кричит сова и мчит Война,
Я знаю, что легенда нам дана —
Как изъясненье красочной картины.

Цветы — в снегах, цветы растут — из тины,
Цветы цветут, — когда идёт Весна,
И в Осени — нам власть цвести дана,
И сказочный расцвет кристалла — льдины.

Всем пламенем, которым я горю,
10 Всем холодом, в котором замерзаю,
Тоской, чьим снам ни меры нет, ни краю, —

Всей силой, что в мирах зажгла зарю,
Клянусь опять найти дорогу к Раю:
Мне Бог — закон, и боль — боготворю.



Примечания

  • Цикл из пятнадцати стихотворений.