БЭАН/Война, войско

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Война, войско
Иллюстрированная полная популярная Библейская Энциклопедия
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: А! — Еффей. Источник: вып. I: А — Е, с. 126—128 ( РГБ · репринт · индекс ) • Другие источники: ВЭ : ВЭ : ВЭ : ЕЭБЕ : МЭСБЕ : РСКД : РСКД : ЭСБЕ : ЭСБЕ : RE : RE


Война, войско. — О войне, вооружении и воинах впервые упоминается в книге Бытия (Быт. XIV, 14, 15). Авраам, услышав, что Лот, сродник его, взят в плен, вооружил рабов своих, рожденных в доме его, триста восемнадцать и преследовал неприятелей до Дана. «И разделившись напал на них ночью … и поразил их», так гласит книга Бытия. Из сего явствует, что Авраам имел в своем распоряжении отряд мужей, приспособленных к военному делу, и что сам он в означенном деле выказал сколько мужество, столько же и военную практику. У евреев каждый мужчина свыше 20 лет делался воином (Числ. I, 3). Во II кн. Паралипоменон (XIII, 3, XI, 1, XVII, 14–18 и др.) мы читаем о громадной численности войск, содержавшихся в пределах Палестины во времена царей. Принимая во внимание качество боевых орудий и нравы древних, можно без преувеличения сказать, что войны евреев были поистине жестоки и убийственны. Число убитых в сражениях часто простиралось до громадной цифры, иногда до 500,000 человек (II Пар. XIII, 17), причем павшие герои и полководцы оплакивались всем войском и торжественно погребались (II Цар. III, 31). Навстречу возвращающемуся победителю обычно выходил народ и особенно женщины с пением, хороводной пляской и игрой на музыкальных инструментах (Суд. XI, 34, I Цар. XVIII, 6). Хотя военное искусство у евреев было сравнительно просто, но, несмотря на то, ими придумывались и практиковались различные остроумные воинские хитрости и приспособления. В то время, как по большей части и в настоящее время, врагов поражали и устрашали неожиданным разъединением сил, засадами и фальшивыми отступлениями (Быт. XIV, 15, Нав. VIII, 12, Суд. XX, 36–39, IV Цар. VII, 12). До изобретения огнестрельных орудий находили необходимым прибегать к помощи различных легких и тяжелых стенобитных орудий, из которых бросали большие камни и другие разрушительные снаряды. В конце IX или в начале VIII столетия до Р. Х. Озия придумал в Иерусалиме особые машины, которые ставились на башнях и углах для метания стрел и больших камней (II Пар. XXVI, 15). Они, очевидно, походили на стенобитные машины, которыми впоследствии пользовались греки и римляне. В числе оных первое место занимал так называемый таран. Он был не что иное, как длинное бревно из твердого дерева, обыкновенно дубового, и служил для пролома стен; конец его, которым наносился стенобитный удар, был обложен толстым куском железа или меди, сделанным наподобие бараньей головы; иногда на самом конце тараны сильно заострялись. Эти громадные стенобитные орудия воины сначала носили на своих плечах и затем ударяли ими в стены; впоследствии их стали возить на колесницах и, наконец, их прикрепляли к тяжелым железным цепям, так что для удара не требовалось много усилий со стороны нападающих. Воины, управляющие тараном, находились под прикрытием, сделанным в виде кровли из сырого и твердого материала, для защиты от огня и орудий со стороны осаждаемых. Нередко также употреблялась на войне стенобитная машина, которая приводилась в действие посредством веревок. Нужно думать, что Хусий указывает именно на подобную машину, когда сказал Авессалому: А если он (т. е. Давид) войдет в какой-либо город, то весь Израиль принесет к тому городу веревки и мы стащим его в реку, так что не останется ни одного камешка (II Цар. XVII, 13). Впрочем, подобное осадное орудие только тогда могло быть страшно, когда городские стены оказывались плохими и ветхими и их слабо защищали и тем давали осаждающим возможность посредством стенобитных орудий открыть в стене брешь, нужный для них пролом или проход в осажденный город и разрушить окончательно испорченные проломом стены. Но страшнее таранов во время войн были воинские железные колесницы (Исх. XIV, 7, Втор. XX, 1, Нав. XVII, 16, Суд. IV, 3). Их обычно употребляли во время войны всюду, где только находились лошади и всадники — кавалерия (II Цар. X, 18, I Пар. XVIII, 4; II Пар. XII, 3XIV, 9). При укреплениях прежде всего обращалось внимание на стены и башни, которые охранялись так называемыми охранными войсками (II Цар. VIII, 6). Во время осад еврейскому войску воспрещалось портить или уничтожать плодовые деревья, кроме не приносящих ничего в пищу, что, конечно, могло развивать дух хищничества и деморализацию в войске (Втор. XX, 19). Что касается воинских приготовлений пред вступлением в битву, то, к сожалению, мы имеем мало точных сведений относительно их, хотя в кн. пр. Иеремии и содержится несколько общих указаний по сему предмету (Иер. XLVI, 3, 4). У всех древних народов было в обычае пред вступлением в сражение подкреплять себя пищей для того, чтобы придать себе бодрость и силу. Воины, и особенно начальники, выстраивались в ряды в лучших своих воинских доспехах, за исключением тех случаев, когда оказывалось нужным переодевание (III Цар. XXII, 30). Из многих мест Свящ. Писания видно, что разделение войск на отряды считалось обычным, как в настоящее время (Быт. XIV, 15, Суд. VII, 16; I Цар. XI, 11). Наиболее употребительное разделение войск было на пятидесятки, сотни и тысячи, и каждый из сих отделов имел своего особого предводителя (Суд. XX, 10, I Цар. VIII, 12; IV Цар. XI, 4). Пред началом битвы робкий и боязливый воин отсылался домой, дабы он не сделал робкими сердца братьев своих (Втор. XX, 8). Этот древний обычай доселе еще сохраняется неприкосновенным в Персии. У евреев отряды войска имели некоторое отношение к известным поколениям и находились под командой глав поколений в качестве офицеров (II Пар. XXV, 5, XXVI, 12). Тысяченачальники и сотники допускались к участию в военных советах (I Пар. XIII, 1). При войсках, кроме военачальников и других военных чинов, находились также писцы, дееписатели и составители переписи (III Цар. IV, 4, I Пар. XVIII, 15, 16). В словах пр. Исаии: где осматривающий башни? (Ис. XXXIII, 18) не без основания можно видеть указание на то, что в еврейском войске состояли также начальники, обыкновенно называемые у нас военными инженерами. При Давиде войско в 288,000 человек разделялось на 12 дивизий, из которых в каждой находилось по 24,000 воинов, и каждый корпус имел своего военачальника (I Пар. XXVII, 14–19). При Иосафате это деление было несколько изменено и оставалось только 5 неравных корпусов при таковом же числе военачальников (II Пар. XVII, 14–19). В когорте находилось 500 или 600 человек, а в легионе 10 когорт. Легкие войска снабжались легким оружием: луком и стрелами, которыми они пользовались на некотором расстоянии от неприятеля, а тяжеловооруженные имели при себе щит и копье (I Пар. XII, 24). Легкие войска набирались преимущественно из колена Вениаминова (II Пар. XIV, 8). Цари и военачальники имели своих оруженосцев, выбираемых из храбрейших воинов или же из лиц приближенных, которые не только носили их оружие, но и стояли за ними во время сражений, исполняя и передавая их приказания (I Цар. XXXI, 4). Войска возбуждались к храбрости и мужеству напутственными словами священников, на которых лежала обязанность обращаться к ним с речью перед началом битвы. Такова была заповедь Моисея: «когда же приступаешь к битве, тогда пусть подойдет священник и говорит народу» (Втор. XX, 2). В позднейшие времена сами цари имели обыкновение обращаться к войскам с напутственной речью, как, напр., царь Авия (II Пар. XIII, 4). Наконец, быть может по принесении жертв, трубили тревогу из священных серебряных труб (Числ. X, 9, 10, II Пар. XIII, 12–14). У греков в позднейшее время было в обычае, когда они находились на близком расстоянии от неприятеля, затягивать воинскую песнь, что было, вероятно, прежде в употреблении и у евреев, только они пели не воинскую песнь, а славословие Господу. Поставленные Иосафатом певцы, выступая впереди вооруженных в благолепии святыни, пред началом сражения славословили и говорили: Славьте Господа, ибо во век милость Его (II Пар. XX, 21), затем следовали воинские крики, которые у римлян сопровождались сильным бряцанием копий и щитов, ударяемых одно о другое. Один громогласный воинский крик, несомненно, хорошо известен всем читателям Библии, именно следующий: меч Господа и Гедеона (Суд. VII, 18). Воинские крики пред вступлением в бой были общими на Востоке, что видим, напр., у турок даже и в настоящее время. На означенную воинскую тревогу или воинские крики неоднократно указывается в Свящ. Писании (I Цар. XVII;52, II Пар. XIII, 15, Иов. XXXIX, 25; Иер. IV, 19). Частые образные указания в Свящ. Писании на воинское искусство и оружие ясны для каждого и без пояснения.