Ѣду я изъ поля въ поле, поле въ поле, и луга,
Дологъ путь, и нѣтъ мнѣ друга, всюду чувствую врага.
По вечернимъ ѣду зорямъ, и по утренней зарѣ,
Умываюся росою въ раноутренней порѣ.
5 Утираюсь яснымъ солнцемъ, облекаюсь въ облака,
Опоясался звѣздами, и свѣтла моя тоска.
О, свѣтла тоска, какъ слезы, звѣзднымъ трепетомъ жива,
ѣду полемъ, въ чистомъ полѣ Одолень ростетъ трава.
Одолень-траву сорвалъ я, ей на сердцѣ быть, цвѣти,
10 Сдѣлай легкой путь-дорогу, будь подмогой мнѣ въ пути.
Одолѣй высоки горы, долы, топи, берега,
Темны чащи, темны думы, тайну темнаго врага.
Чтобъ рука не поднималась, замышляющая зло,
Чтобы въ совѣсти вспѣненной стало тихо и свѣтло,
15 Чтобы зеркаломъ холоднымъ въ даль душа могла взглянуть,
Чтобъ съ цвѣткомъ, съ цвѣткомъ у сердца, равномѣрно мѣрить путь.
Примѣчанія
[править]- ↑ Константин Дмитриевич Бальмонт. Жар-Птица. — Москва: Скорпіонъ, 1907