ПБЭ/ВТ/Альтруизм

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

[569-570] АЛЬТРУИЗМ — слово, вошедшее в обращение по почину Огюста Конта (1798—1857 гг.) для обозначения отношений человека к окружающей его среде. Альтруизм (лат. Alter — другой) противоположен эгоизму (ego — я). Эгоизм (о нем см. подробнее под этим словом) — настроение и поведение человека, свидетельствующие об его любви только к самому себе. Это самолюбие он проявляет всюду, что бы ни делал. Даже в тех случаях, где он, по-видимому, делает что-либо в интересах своих ближних, в действительности преследует только свои личные интересы, свою личную выгоду. Сам он — единственный центр, около которого все у него сосредоточивается. Только он истинная цель. Все остальное и все остальные — только средства, ведущие его к той цели. Альтруизм, наоборот, это — такое направление жизнедеятельности человека, такое его настроение, когда он, движимый теми или иными побуждениями, в своем поведении заботится и о благе окружающих его людей, об их интересах, иногда даже в ущерб (прямой или косвенный) своим личным выгодам. Когда называют кого-либо альтруистом, то этим хотят сказать, что данный человек известен своею любовью к ближним, способен к самопожертвованию в интересах последних и проч. Однако, не следует смешивать альтруизма с христианскою любовью человека к ближним. Эта последняя (о ней см. подробнее — в соответствующем месте Энциклопедии), понимаемая в истинном смысле слова, возможна только в христианстве, так как ее мотивы и основания (отношение Бога к миру и человеку, отношение человека к Богу, творение человека, падение его, искупление и пр.) известны только в христианстве в их чистом и цельном виде [чит. об этом подробнее в статьях проф. А. Бронзова: „Христианская любовь, как единственно-истинный принцип человеческих взаимоотношений“ (Христ. Чт. 1899 г. март); „Сущность христианского учения об отношениях человека к ближним“ (Хр. Чт. 1897 г. ноябрь) и друг.]. Альтруизм же, как понятие более растяжимое, возможен и вне христианства, даже более: о нем можно говорить и в отношении к животному миру, в отношении к поведению представителей последнего в виду друг друга. Альтруизм не требует непременно, чтоб мы делали что-либо в интересах других, руководствуясь чистыми, лишенными корыстного момента, побуждениями, чтоб мы при этом совершенно забывали о себе, своем личном счастье и проч. Для альтруизма важно лишь самое содержание поступка, отношений одного субъекта к другому или другим. Основы же, [571-572] источники и пр. этого содержания, дающие ему в каждом отдельном случае своеобразную окраску и характер, для альтруизма не имеют существенного значения. Впрочем, следует отметить, что в современной литературе (не только популярной, но и научной) понятия христианской любви и альтруизма нередко смешиваются между собою, употребляются одно вместо другого без должного разграничения. Большой беды от этого, конечно, не происходит, следует только соблюдать здесь осторожность и не забывать истинного положения дела... Если о чем в настоящее время по данному вопросу приходится говорить, то это — о следующем: об истории альтруизма, о возникновении и развитии в человеке альтруистических чувств и стремлений. Самая модная ныне школа по части решения нравственных вопросов естественными лишь силами человека — это — так называемая эволюционистическая, в известных отношениях продолжающая дело утилитаризма. Одно из основных ее положений — то, что первоначально человеку не были присущи альтруистические чувства, что, напротив, первобытные люди были грубыми эгоистами и только ими,— а что альтруизм возник постепенно на почве эгоизма же и в интересах последнего, развиваясь и укрепляясь все более и более, и что конечным чаянием, какое может человечество только питать в себе, является укрепление альтруизма до такой степени, чтобы он проявлялся людьми механически, автоматически. Таким образом, учение эволюционистической этики прямо расходится с христианским, отрицательно относящимся к подобной истории возникновения альтруизма и, напротив, утверждающим первичность последнего (до грехопадения прародителей можно было только о нем и говорить) и вторичность эгоизма (впервые заявившего о себе лишь в факте прародительского грехопадения и затем все более и более развивавшегося и укреплявшегося). Подробнее см. под сл. „Эгоизм“. При уяснении предмета, очень полезна обстоятельная книга: „Естественный нравственный закон (психологические основы нравственности)“ — Ив. Попова. (Серг. Пос. 1897 г.).