РБС/ВТ/Берг, Федор Федорович

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Берг, Федор Федорович
Русский биографический словарь А. А. Половцова
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Алексинский — Бестужев-Рюмин. Источник: т. 2 (1900): Алексинский — Бестужев-Рюмин, с. 724—728 ( скан · индекс ) • Другие источники: ВЭ : ЕЭБЕ : МЭСБЕ : НЭС : ЭСБЕРБС/ВТ/Берг, Федор Федорович в дореформенной орфографии


Берг, граф Федор Федорович (Фридрих Вильгельм Ремберт), генерал-фельдмаршал, род. в 1793 г. в м. Шлосс-Загнице, Лифляндской губ., ум. в С.-Петербурге, 6 января 1874 г., похоронен в имении Катенгоф, Лифляндской губ. По происхождению Берг принадлежал к небогатому лифляндскому дворянскому роду; он сначала не готовился к военной службе и для окончания образования поступил в дерптский университет. Но события 1812 г. оказали значительное влияние на последующую судьбу Берга. Частью поддавшись общему увлечению, частью желая применить к делу свои природные способности, Берг 19 лет зачислился юнкером в либавский пехотный полк, входивший в состав рижского корпуса, который был предназначен для охраны северо-западных пределов России от вторжения неприятеля. Уже с самых первых шагов своей служебной карьеры Берг выступает, главным образом, не как строевой, а как штабной офицер: благодаря своему образованию, он вскоре был прикомандирован к квартирмейстерской части. В то же время, однако, он отличился не раз и в строю и участвовал в нескольких сражениях. В деле при Даненкирхене, находясь в отряде генерал-лейтенанта Левиза, Берг выдвинулся, совершив смелый переход с войском в брод через Вислу. Командированный с донесением об этом деле к Императору Александру I, Берг лично от него получил чин поручика и в то же время был переведен в штаб (свиту Е. И. В. по квартирмейстерской части). При переходе русских войск через границу Берг находился в партизанских отрядах Гистенборна и Кутузова, действовавших в северной Пруссии, участвовал в занятии Кенигсберга и Берлина и здесь снова имел несколько раз случай проявить свои способности, выполняя трудные поручения дипломатического характера: из Кенигсберга он был послан на о. Гельголанд для закупки у англичан 10,000 ружей для гор. Гамбурга, при чем, надо заметить, что эта поездка по условиям военного времени была не из легких; позднее Берг был командирован в Копенгаген для переговоров о союзе. Он принимал также участие в походах 1813 и 1814 гг., сражался под Лейпцигом и во время преследования Наполеона дошел до Рейна. В 1814 г. Берг был переведен в генеральный штаб, а после заключения мира совершил большое путешествие по Швейцарии, Италии и Балканскому полуострову. Путешествие это, как кажется, точно так же помогло Бергу впоследствии выдвинуться. В 1820 г. Берг временно покинул военную службу и в чине коллежского советника перешел в гражданскую; он служил по дипломатической части, при наших посольствах в Мюнхене, Риме и Неаполе и здесь дослужился до чина действительного статского советника и получил придворное звание камергера.

Военно-статистическое описание Турции, составленное Бергом во время его заграничного путешествия, обратило внимание Государя, и в 1822 г. Берг получил довольно крупное и ответственное поручение. В это время Закаспийский край был еще чрезвычайно мало обследован, среди туземного населения киргиз-кайсацкой степи возникали постоянные замешательства, появились многочисленные разбойничьи шайки, наносившие ущерб нашей азиатской торговле; караванное сообщение с востоком было почти совершенно прервано. Собрать более подробные и точные сведения о Закаспийском крае и содействовать упорядочению тамошних дел и было поручено Бергу. С этою целью он получил три командировки и совершил в 1823 и 1825 гг. две экспедиции в степь. Экспедиции эти, помимо многих отдельных сведений экономического и географического характера, доставили довольно ценный научный материал: было составлено военно-топографическое описание пространства между Каспийским и Аральским морями (Усть-Урт) и от Астрахани до Гурьева, и впервые было произведено барометрическое определение высоты Аральского моря. С 1826 г. Берг служил в посольстве в Константинополе и здесь продолжал свои занятия по топографии; война 1828—29 гг. вернула Берга к военной службе: он был назначен генерал-квартирмейстером второй армии. Благодаря своим знаниям местных условий, Берг был очень полезен на театре военных действий. Он содействовал, между прочим, своими указаниями успешному переходу наших войск через Дунай у Сатунова, принимал участие в осаде Силистрии, вместе с Горчаковым вел переговоры о сдаче этого города и участвовал во взятии Адрианополя. Топографические работы Берга во время войны не прерывались: в 1828 г. им была произведена съемка северо-восточной части Болгарии, послужившая основою для военной карты; в следующем году он работал в Румынии и дополнил свои работы по съемке Болгарии. По окончании военных действий, Берг отправился во вторичный отпуск за границу, но, узнав о вспыхнувшем польском восстании 1831 г., сам просил о зачислении его в действующую армию. Участвуя в этой войне, Берг отличился в сражениях при Нуре и Остроленке и взял штурмом часть варшавского предместья Воли. — В это же время он снова имел случай выказать свои дипломатические способности. Во время взятия Воли он склонил к сдаче г. Варшавы и армии польских военачальников Круговецкого и Малаховского. Когда, несколько времени спустя, перемирие ими было нарушено, и в Закрачиме было организовано новое революционное правительство, Берг снова был послан для переговоров. После польской войны Берг продолжал военную службу; он особенно выдвигается с 1843 г., когда был произведен в чин генерала от инфантерии и назначен генерал-квартирмейстером главного штаба. — Главным штабом Берг управлял в продолжение 20 лет, т. е. вплоть до того времени, когда был призван для умиротворения Царства Польского в 1863 г. Заслуги Берга во время его управления штабом в деле топографии и геодезии несомненны. По предложению его в 1849 г. был образован комитет (под его председательством) для улучшения тригонометрических работ. Этим комитетом было постановлено принять для вычисления сети карт способ Гаусса, а для топографических съемок — Мюфлинга. Одновременно с этим 200-саженный масштаб при съемках был заменен верстовым; это ускоряло работы без увеличения расходов и дало возможность составить трехверстную карту России. Уже во время управления Берга штабом таким способом было снято более 1.000,000 кв. верст. Бергу принадлежит также честь ходатайства о продаже казенных топографических карт, державшихся до того времени в секрете; оно было удовлетворено в 1857 г. При нем же было положено начало применения фотографии к топографическим работам, применение, получившее особенное развитие при преемнике Берга, Ливене. Для изучения этого дела один из офицеров генерального штаба был командирован в Вену. Помощником Берга был назначенный при нем директором топографического депо П. А. Тучков (позднее московский генерал-губернатор); при означенном депо было учреждено геодезическое отделение. Продолжались при Берге и начатые ранее при генеральном штабе статистические работы по описанию отдельных губерний. Помимо своей деятельности в главном штабе, Берг принимал участие и в работах Географического общества; он был в числе его членов-учредителей, а с 1870 г. — почетным членом этого общества. Деятельность Берга по расширению и усовершенствованию топографических работ штаба прерывалась на короткий срок в 1848—49 гг., когда на него было возложено дипломатическое поручение к дворам Пруссии и Австрии относительно дел польских, и когда, во время Венгерской кампании, ему пришлось играть роль посредника между русским главнокомандующим гр. Паскевичем и австрийским ген. Гейсенау. Об этой последней миссии Берга в печати существует лишь несколько отрывочных известий, на основании которых нельзя составить о ней полного и точного представления. Несомненно лишь недовольство Бергом Паскевича и обратно, и обвинение первого в недостаточном внимании к русским интересам. В начале Восточной войны, после нарушения союза с морскими державами в 1853 г., Берг был назначен командующим войсками в Эстляндию, а потом в Финляндию (а вскоре за тем финляндским генерал-губернатором). В первой он укрепил Ревель, что спасло его от английского адмирала Непира; во второй защитил Свеаборг от Дундаса. За эти заслуги Берг был возведен в графское достоинство великого княжества Финляндии. В 1863 г. он был призван на ответственный пост наместника Царства Польского. Вступая в управление Царством, Берг имел за плечами уже довольно долговременную военную практику. Однако, на военной службе он выказал более всего дипломатические способности и познания военно-топографического характера; он был дипломат, географ, и лишь после этого боевой офицер. С другой стороны Берг, хотя и состоял временно на гражданской службе, однако, лишь в незначительной степени имел случай ознакомиться на практике с гражданской административной деятельностью. Когда ему приходилось выступать, как администратору (как, например, во время его закаспийских командировок), он был поставлен лицом к лицу с теми исключительными условиями, когда административная власть принимает военный оттенок. Лишь с 1863 г. Берг впервые выступает как администратор и при том на очень ответственном посту.

Отзывы об этом периоде деятельности Берга очень разноречивы. Он прибыл в Варшаву в то время, когда мятеж уже распространился по всей стране, и политика примирения маркиза Велепольского потерпела полную неудачу. Назначенный, одновременно с назначением в Вильну Муравьева, в помощники к великому князю Константину Николаевичу на место генерал-адъютанта Рамзая, Берг заменил великого князя в должности наместника 4 июля 1863 г., когда маркиз Велепольский покинул Царство и уехал в заграничный отпуск. Первые мероприятия Берга не отличались строгостью и в общем были, как кажется, продолжением предыдущей политики. Не отличались они, однако, и выдержанностью и определенностью. Строгие репрессивные меры были приняты им лишь после произведенного на него 19 сентября 1863 г. покушения из окон дворца гр. Замойского. После этого события Берг принимает почти целиком виленскую программу Муравьева. В этих последних мероприятиях Берг исходил из того положения, что Варшава является зеркалом Польши, отражающим на себе рельефнее всего общественное настроение, вследствие чего к Варшаве были применены более строгие меры, чем к остальному Царству: так, жители Варшавы были обложены 8%-ною контрибуциею; жители Царства 3%-ною. Помимо общего более строгого надзора над полицией и администрацией вообще (главным образом, железнодорожного и таможенного ведомств), Бергом был принят ряд мер усиленной строгости. Таковы: сосредоточение в руках военно-уездных начальников военной и гражданской власти, увеличение случаев применения военного полевого суда, введение публичной смертной казни, размещение на постой войска в частных домах, обезоружение жителей. В мероприятиях Берга заметно стремление расширить число лиц, ответственных за каждое отдельное преступление. Так, в селениях была введена круговая порука жителей за их отсутствующих односельчан; домовладельцы были признаны ответственными за своих квартирантов, мастеровые на фабриках судились по военным законам за выделку вещей, признанных военною контрабандою; домохозяева и квартиранты отвечали за убийства и покушения, совершенные в их помещениях. Особенными строгостями отличались меры Берга по отношению к рабочим без определенных занятий и к католическому духовенству; последнее было обложено усиленною 12%-ною контрибуциею. Некоторые мероприятия обусловливались особенностями самого характера мятежа. Таково устройство широких просек в лесах и запрещение ввоза из-за границы кос, серпов и дешевой теплой одежды. Таков общий характер репрессивных мер, принятых Бергом. Сам он, по-видимому, смотрел на них, как на временные, обусловленные военным положением края. После замирения им было обращено внимание на развитие местной промышленности, и при Берге же развилась в Западном крае железнодорожная сеть, получившая несколько соединений с границею. Иные признавали его политику в Царстве Польском «либеральною». Но если Берг и придерживался либерального направления, то он все же не сходился с теми деятелями, которые принимали либеральную программу на национальной основе и желали руководствоваться «государственными интересами России и пользою большинства населения Польши». Он относился неприязненно к Черкасскому, Ю. Самарину, Соловьеву и Кошелеву и из их партий питал личную симпатию к одному H. A. Милютину, расходясь и с ним в своих взглядах. Так, когда в 1864 г., в связи с общими государственными реформами, предпринятыми в то время, был возбужден вопрос о реорганизации комиссии, которой был поручен пересмотр законов, действовавших в Польше, Н. А. Милютин рекомендовал составить эту комиссию из русских юристов (ученых и практиков), тогда как Берг хотел ввести в нее польских юристов: Губе, Дутковского, Лонцкого и др. Предложение Милютина восторжествовало. Такое положение, занятое Бергом среди различных направлений и взглядов того времени по польскому вопросу, создавало сдержанное отношение к его программе со стороны самых противоположных партий, чему способствовала и некоторая неустойчивость и непоследовательность этой программы.

В 1865 г. Берг получил звание генерал-фельдмаршала, а в 1866 г. оставил пост наместника в Царстве Польском и с тех пор состоял членом Государственного Совета. Кроме того Берг был почетным членом Николаевской академии генерального штаба и шефом полков: л.-гв. литовского, астраханского гренадерского, новоингермандландского и прусского пехотного № 52.

Н. В. Берг, «Записки о польских заговорах и восстаниях» (1873 г.) и дополнения и объяснения к ним в «Русской Старине» с 1875 по 1884 гг., а также Теобальд «Апология гр. Берга» («Рус. Арх.» 1885 г., кн. III). — «Отчет Русского Географического Общества за 1874 г.». — Романович-Словатинский, «Жизнь и труды Иванишева» («Древняя и новая Россия» за 1874 г.). — Некрологи Берга, помещенные в различных повременных изданиях за 1874 г. и более подробная статья о нем в «Русском Инвалиде» за 1874 г., № 18. — Словарь Ефрона.