Сто шедевров искусства (Булгаков)/1903 (ВТ)/Грёз

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Сто шедевров искусства
автор Фёдор Ильич Булгаков (1852—1908)
См. Оглавление. Опубл.: 1903. Источник: Commons-logo.svg Булгаков Ф. И. Сто шедевров искусства. — С.-Петербург: изд. ред. "Нового журнала иностранной литературы", 1903. — С. 23—25.

Редакции


[23]

Жан Батист Грёз

Немного найдется художников, умевших, подобно Грёзу передать прелесть молодых лиц, а также нежность и красоту детства. Грёз был по преимуществу художником юности, и популярность, какою столько лет пользовались его работы, доказывает, насколько правильна была его наблюдательность и насколько верно он передавал избранные им сюжеты. Кроме того, во всём, что он создавал, была известная изящная непосредственность, которая удерживала его от излишней искусственности и не давала формализму того времени, в какое он жил, нарушать свежесть его концепций и изящество его взгляда на природу. Грёз родился 21-го Августа 1725 г., в Турнусе, близ Макона и был учеником Грудона; позднее он дополнил свое художественное образование в Италии. Вскоре он стал известен как художник, изображавший бытовые сцены из жизни среднего класса. Нежность, с какою он трактовал маленькие сантиментальные мотивы, эффект которых зависел скорее от их спокойной естественности, чем от драматической силы, доставила ему очень широкую известность. Он скопил значительное состояние, которого лишился во время революции, а так как затем, когда вкус публики изменился в сторону школы Давида и его [24]последователей, Грёз вышель из моды, то на склоне леть онь дошель до крайней бедности. Грёз умер в Париже 21-го Марта 1805 г. Суд потомства вернул ему полную меру его былой славы; его произведения ныне высоко ценятся и коллекционеры жадно разыскивают их.

Грёз особенно прославился, как изобразитель сантиментальных сцен из жизни буржуазии, головками детей и девушек, в которых детская, иногда слащавая невинность сочеталась с томлением чувственности. Картины его имеются в различных европейских геллереяхь: 15 в Лувре, в том числе „Деревенская невеста“, „Отцовское проклятие“ и „Разбитый кувшин“, очень много в музее в Монпелье, 4 в Петербургском Эрмитаже, в галереях Лондона (Национальный), Будапеште, в венской Академии, в Берлинском музее, в Мюнхенской Пинакотеке, не мало произведений Грёза в частных коллекциях в Париже и еще больше их в Англий.

Необыкновенная популярность Грёза основана не на превосходстве его работы, а главным образом на хорошеньких личиках, которые он изображал: публика менее всего любит его лучшие картины, а между любимыми ею есть самые неискренние и самые аффектированные. Но его лучшие произведения относятся к области портретной живописи.

В воспроизведенном здесь портрете Софьи Арну (см. № XXVI), „M-lle Sophie Arnould“ — (из коллекции Уоллеса), есть, без сомнения, намек на некоторую позировку, — аффектацию хорошенькой женщины, которая, при всём своем уме и самообладаний, не могла вполне отделаться от самомнения, когда стояла перед мольбертом художника. Грёз изобразил ее такою, какова она была в действительности. Изящно надетая шляпка, спокойная самоуверенность, грация полу-заученная, полу-естественная, отсутствие того, что дает безупречная грация хорошо-воспитанной женщины, всё это атрибуты актрисы, которая попала в ослепительный блеск веселого света Франции XVIII-го века.

Никто не станет отрицать, что Софи Арну была великою артисткою Сам Гаррик щедро осыпал ее похвалами, а между тем она стяжала всемирную известность, не только как актриса, но (и притом главным образом) как оперная певица. Она была необычайно одарена от природы: грациозная в манерах, с превосходной фигурой, восхитительная, и как актриса и как певица, она господствовала в артистическом мире много лет и Карлэйль утверждает, что она была величайшею лирическою и драматическою актрисою своего времени, т. е. в течений двадцати лет, начиная с 1757 года. В десятках ролей Софи из года в год восхищала весь Париж; Дора воспел ее в своей поэме „La Déclanmation“ и она победоносно торжествовала в свете, на сцене и при дворе.

За воздаваемые ей почести Софи Арну не отплачивала публике очень высоким уважением. Она мало верила в её вкус и здравый смысл. Она знала, что публику влечет в театр не любовь к искусству, но мода, и ядовито заметила: „Лучший способ, поддержать оперу — это удлинить балеты и укоротить юбки“. Она отличалась находчивым остроумием и умела говорить колкие вещи, никого не оскорбляя. И надо удивляться тому, что хорошенькая женщина, актриса, „кумир посетителей оперы“ и королева подмостков, — остроумная, циничная, даже язвительная не имеела врагов. Целый хор восхвалений и сожалений сопровождал, её удаление со сцены, и в этом хоре не слышно было ни одной фальшивой ноты. [25]

Некоторые из её тонких, остроумных экспромтов и по сие время попадаются в парижской печати.

Такова была женщина, которую изобразил Грёз, и, как художник, онь постарался сделать возможно лучшим не очень красивое лицо, ибо современники критикуют её большой рот, её плохие зубы, её смуглую кожу. Софи Арну посчастливилось в биографах: — Гонкуры и Дуглас; но более всего ей посчастливилось в портретисте — Грёзе, картина которого на веки сохранить память о её привлекательной личности.

[xxvii]
Ж. Б. ГРЁЗ