Страница:Элиза Брайтвин. Дружба с природой. В русском изложении Дм. Кайгородова, 1897.djvu/43

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Эта страница выверена
43
Дружба с природой

продолжительное время. Въ первые дни этого нѣжнаго сближенія окно нужно оставлять открытымъ, чтобы птичка могла въ каждую минуту свободно вылететь; потомъ же, когда маленькая пернатая гостья вполнѣ освоится съ нашими четырьмя стѣнами, можно смѣло окно и закрыть.

Какъ при всякомъ прирученіи животныхъ, такъ и здѣсь, необходимо только достаточно терпѣнія и выдержки.

Нѣсколько лѣтъ тому назадъ мы проводили лѣто въ одномъ старинномъ дѣдовскомъ помѣстьѣ. Царившая тамъ полная тишина представила прекрасный случай къ изученію, безъ всякой помѣхи, различныхъ птицъ — ихъ привычекъ и характеровъ. Передъ балкономъ дома раскидывался большой старомодный, немного даже задичалый садъ, обиловавшій обросшими мохомъ яблонями, лужайками, покрытыми роскошною травой, цвѣточными кустами и всевозможными огородными овощами. Это былъ вполнѣ идеальный пріютъ для птицъ. Ни одной кошки на нѣсколько верстъ вокругъ! Можно было смѣло предположить, что большая часть пернатаго населения этого сада вывела среди этихъ яблонь несчетное число молодыхъ поколѣній, и что жизнь ихъ протекала здѣсь съ ничѣмъ невозмутимымъ счастьемъ.

Вскорѣ нашла я себѣ здѣсь друга среди малиновокъ. Эта птичка нерѣдко появлялась на балконѣ въ то время, когда я сидѣла на немъ за работой. Сначала она выказывала большую робость и при малѣйшемъ движеніи съ моей стороны поспѣшно улетала. Но, убѣдившись въ хорошемъ вкусѣ разбросанныхъ на балконѣ крошекъ и слыша постоянно дружественный голосъ, ободрявшій ее, въ то время, когда она подбирала эти крошки, птичка стала довѣрчивѣе и ручнѣе. Спустя немного времени, она слѣдовала уже за мною въ мою комнату и съ любопытствомъ осматривала находившіеся въ ней предметы, украшенія на мебели и статуэтки на каминѣ. Къ большой моей радости, она начала даже напѣвать свои пѣсни: сначала потихоньку, вполголоса, а затѣмъ все громче и смѣлѣе. Какая прелесть было смотрѣть, когда она усядется, бывало, среди цвѣтовъ большой вазы и начнетъ распѣвать оттуда свои свѣтлыя переливчатыя пѣсни, не сводя въ то же время съ меня своихъ большихъ черныхъ глазъ, какъ бы желая убѣдиться, проникаютъ ли ея пѣсни въ мое сердце! Однажды, среди пѣнія, она вдругъ замолкла, стала пристально всматриваться въ одинъ изъ угловъ потолка и, быстро вспорхнувъ, возвратилась на прежнее мѣсто, держа въ клювѣ паука. Эти насѣкомоядныя птички являются прилежными пособницами садовника, уничтожая множество гусеницъ и червячковъ, причиняющихъ столько вреда садовымъ растеніямъ.

Моя малиновка продолжала все лѣто свои посѣщенія. Часами оставалась она у меня, всегда бодрая и довольная, забавлялась летаніемъпо комнатамъ, чистила свои перышки, пѣла и переливала свои серебристыя трельки и кушала разныя лакомства, нарочно для нея припасенныя въ одномъ изъ ящиковъ буфета. Вскорѣ она получила столь безграничное ко мнѣ довѣріе, что смѣло садилась на книгу, которую я читала, и прыгала на моихъ колѣняхъ, подбирая насыпанныя для нея крошки. И она вела себя такимъ образомъ даже и тогда, когда въ комнатѣ находилось много постороннихъ людей.

Въ другой разъ я подружилась съ одною совсѣмъ еще юною малиновкой, носившею еще свое первое, пестрокоричневое платьице, въ которомъ она выпорхнула изъ гнѣзда. Эта птичка часто показывалась у окна, у котораго я обыкновенно работала. Я заманила ее соблазнительными мучными червнми въ комнату, гдѣ она въ скоромъ времени совершенно и освоилась. Немного времени спустя, у нея начали показываться на груди уже и красныя перышки. Однако погода сдѣлалась уже слишкомъ холодною для того, чтобы держать окно


Тот же текст в современной орфографии

продолжительное время. В первые дни этого нежного сближения окно нужно оставлять открытым, чтобы птичка могла в каждую минуту свободно вылететь; потом же, когда маленькая пернатая гостья вполне освоится с нашими четырьмя стенами, можно смело окно и закрыть.

Как при всяком приручении животных, так и здесь, необходимо только достаточно терпения и выдержки.

Несколько лет тому назад мы проводили лето в одном старинном дедовском поместье. Царившая там полная тишина представила прекрасный случай к изучению, без всякой помехи, различных птиц — их привычек и характеров. Перед балконом дома раскидывался большой старомодный, немного даже задичалый сад, обиловавший обросшими мохом яблонями, лужайками, покрытыми роскошною травой, цветочными кустами и всевозможными огородными овощами. Это был вполне идеальный приют для птиц. Ни одной кошки на несколько вёрст вокруг! Можно было смело предположить, что большая часть пернатого населения этого сада вывела среди этих яблонь несчётное число молодых поколений, и что жизнь их протекала здесь с ничем невозмутимым счастьем.

Вскоре нашла я себе здесь друга среди малиновок. Эта птичка нередко появлялась на балконе в то время, когда я сидела на нём за работой. Сначала она выказывала большую робость и при малейшем движении с моей стороны поспешно улетала. Но, убедившись в хорошем вкусе разбросанных на балконе крошек и слыша постоянно дружественный голос, ободрявший её, в то время, когда она подбирала эти крошки, птичка стала доверчивее и ручнее. Спустя немного времени, она следовала уже за мною в мою комнату и с любопытством осматривала находившиеся в ней предметы, украшения на мебели и статуэтки на камине. К большой моей радости, она начала даже напевать свои песни: сначала потихоньку, вполголоса, а затем всё громче и смелее. Какая прелесть было смотреть, когда она усядется, бывало, среди цветов большой вазы и начнёт распевать оттуда свои светлые переливчатые песни, не сводя в то же время с меня своих больших чёрных глаз, как бы желая убедиться, проникают ли её песни в моё сердце! Однажды, среди пения, она вдруг замолкла, стала пристально всматриваться в один из углов потолка и, быстро вспорхнув, возвратилась на прежнее место, держа в клюве паука. Эти насекомоядные птички являются прилежными пособницами садовника, уничтожая множество гусениц и червячков, причиняющих столько вреда садовым растениям.

Моя малиновка продолжала всё лето свои посещения. Часами оставалась она у меня, всегда бодрая и довольная, забавлялась летанием по комнатам, чистила свои пёрышки, пела и переливала свои серебристые трельки и кушала разные лакомства, нарочно для неё припасенные в одном из ящиков буфета. Вскоре она получила столь безграничное ко мне доверие, что смело садилась на книгу, которую я читала, и прыгала на моих коленях, подбирая насыпанные для неё крошки. И она вела себя таким образом даже и тогда, когда в комнате находилось много посторонних людей.

В другой раз я подружилась с одною совсем ещё юною малиновкой, носившею ещё своё первое, пёстро-коричневое платьице, в котором она выпорхнула из гнезда. Эта птичка часто показывалась у окна, у которого я обыкновенно работала. Я заманила её соблазнительными мучными червями в комнату, где она в скором времени совершенно и освоилась. Немного времени спустя, у неё начали показываться на груди уже и красные пёрышки. Однако погода сделалась уже слишком холодною для того, чтобы держать окно