ЭСБЕ/Археологические общества в России

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Археологические общества в России
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Араго — Аутка. Источник: т. II (1890): Араго — Аутка, с. 230—243 ( скан · индекс )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Археологические общества в России

1) Самым первым по времени основания археологическим обществом в России было Московское общество истории и древностей, открытое в 1804 году. До 14 декабря 1810 г., когда последовало его закрытие, Общество успело обнаружить свою научную деятельность только в издании 80 страниц (листов) летописей и то трудами одного Калайдовича. Вновь возродилось оно в 1811 г. с целью критического разбора летописей, их издания, собирания древностей, медалей, монет и других памятников, "служащих к объяснению разных происшествий в русской истории" (§ 3 устава); другими словами, в занятия нового О. должны были входить две области: прежде всего историческая и затем археологическая, как имеющая вспомогательное, служебное значение для первой, принимая здесь разыскания археологические в тесном смысле - разработки древностей путем археологического метода. И действительно, следя за деятельностию О., за время его существования (до 1890 г.) можно легко убедиться, что оно, главным образом, обращало внимание на издание летописей и вообще исторических письменных памятников и на составление исторических исследований, разыскания же археологические носили характер случайный и затрагивали только некоторые части археологии. Более всего археологии уделено было внимания О. в 20-х и 30-х годах (около этого времени, собственно, и началась деятельность нового Общества, едва успевшего оправиться после войны 1812 года, только к 1823 году - времени первых после пожара заседаний), когда производились раскопки на юге России и найдена была де-Брюксом Кулебская ваза (1831 г.), возбудившая сильный интерес к археологическим разысканиям. В это время были найдены древности Киева, Владимира, села Грузина, предприняты археологические путешествия, подвергнуты исследованию нумизматические клады, причем особенно посчастливилось так называемой Черниговской гривне и сребру и злату Владимира и Ярослава. Все эти работы придали на некоторое время занятиям О. археологический характер, которого не лишен даже "Русский исторический сборник" Погодина (1837-46), так как многие статьи его были задуманы и обработаны по мыслям, господствовавшим в 20-х и начале 30-х гг. Исследованиями Ходаковского и полемикою его с Калайдовичем положено основание исследованиям о древних городищах относительно их первобытного, еще языческого значения. В то же время О. приступило к раскопкам еще по следующему поводу. В начале 1836 г. дрезденский библиотекарь Клемм препроводил в О. программу, приглашая всех любителей древности доставлять ему сведения о могильных холмах, где-либо находящихся. На другой год он доставил обществу обстоятельные вопросы о курганах и могилах и других остатках древности в России. В ответ на его вопросы появилась статья (1837) В. Пассека - "О городищах и курганах Южной России", где он, между прочим, предлагает О. обозреть курганы от Дуная до Забайкалья. Общество приняло это предложение, но ввиду ограниченности своих средств выдало ему пособие для исследования курганов и городищ только в уездах Вальковском, Харьковском и Изюмском. Продолжение этих разысканий в других местностях, производимых Пассеком по поручению О., было вызвано предложением вашингтонского национального института в 1841 году о представлении в него предметов русских древностей, как имеющих отношение к американским древностям. После этого упоминания о древностях в трудах О. становятся все реже и реже: в первых книгах "Чтений", начавших выходить с 1846 г., мы еще встречаем известия и о разрытии курганов, и о древних предметах, и статейки нумизматические, но в позднейшее время, начиная с 1859 г., подобные статьи составляют большую редкость (см. Исторические общества).

Вторым археологическим обществом, имеющим на это название уже гораздо больше прав, было

2) Императорское одесское общество истории и древностей. - О. основано 23 апреля 1839 г. Главнейшими задачами его были, по уставу: 1) собирание, описание и хранение всех остатков древностей, открывающихся в Южной России или имеющих к ней отношение, и 2) приготовление материалов для будущей истории края собиранием верных сведений о настоящем его состоянии в отношении к географии и статистике. Выполняя первую цель, вполне указывающую на археологический характер деятельности О., оно на 3-й же год существования, несмотря на ограниченность своих материальных средств (а все средства его состояли, главным образом, из членских взносов и отпускаемых ежегодно из государственного казначейства 5 т. р.), приступило к раскопкам на небольшом острове Левки, теперь Фидониси, которые продолжались с небольшими перерывами до 1859 г. Находки этих раскопок состояли преимущественно из монет античного мира. В 1845 г. были произведены раскопки в местности, где лежала Ольвия, но вскоре же по незначительности результатов были прекращены; в 1852 и 53 гг. - в эски-Крыме и около Феодосии. В 1876 г. было ассигновано О. 1000 рубл. ежегодно для археологических исследований в местности, принадлежащей Херсонисскому монастырю. Раскопки начались в следующем году и привели к открытию фундамента круглой крестообразной церкви с остатками фресок. Раскопки 1877 и 1878 гг. не привели почти ни к каким результатам, зато в 1879 г. была найдена плита с надписью от подножия бронзовой статуи Диофанта, полководца Мидритата VI; надпись эта как по историческому значению, так и филологическому представляет важнейший памятник греческой эпиграфики. Затем раскопки продолжались до 1884 г., когда были прекращены, так как все их результаты сводились к отысканию мелких вещей и монет. Вновь они начаты в 1888 году с.-петербургскою археологическою комиссиею при участии О. Занимаясь разысканиями древностей еще неизвестных, Общество в то же время принимало меры к поддержанию и сохранению тех памятников, которые приходили в разрушение. Так, в предохранение херсонесских древностей по случаю производившихся там построек в 1845 году О. предлагает их собрание, заботится о сохранении гробниц в керченских курганах: "Золотом" и "Царском" (1841-60), принимает надзор за находящимся к Феодосии музеем древностей (1850) как по его устройству, так и приращению, приобретает (1865) участок земли с развалинами генуэзской крепости в Судаке, предназначенный к продаже (крепость заключала много надписей XV в., снятых впоследствии Юргевичем; там же находилась и замечательная капелла, возобновленная в 1887 г. по указаниям О. судакскими армянами-католиками); стараниями О. возобновляется в 1871 г. чесменская гробница, открытая в 1858 г., и в 1877 г. надгробные памятники в Херсоне над убитыми в Очаковском штурме и т. д.

К археологической же деятельности Общества относится и образование при нем музея в 1846 г., который теперь по богатству предметов, относящихся к эллино-скифскому периоду, принадлежит к числу богатейших собраний Европы. В 1889 г. в нем числилось разных предметов древностей - 2541 (из них эллинских - 2106), монет местных и разноплеменных - 13284 (130 зол., 2705 сер. и 10449 медных), медалей и жетонов - 18, знаков отличия - 42. Музей имеет 6 разных описаний, из которых некоторые были переиздаваемы по нескольку раз. В издаваемых О. "Записках", которых до 1890 года вышло 15 томов, довольно много и крупных статей и исследований, как о древностях, так и более всего о монетах, преимущественно мира античного (см. Исторические общества).

Вскоре после возникновения Одесского общества истории и древностей, посвящавшего свою деятельность, как и Московское, кроме археологических исследований, еще историческим трудам, образовывается общество, имевшее целью разработку одной только археологии, за которым открывается много других подобных обществ, исследующих или археологию вообще, или какую-либо ее часть. Таким обществом является

3) Императорское русское археологическое общество в С.-Петербурге, начало которому положено в 1846 году. К этому времени, как известно, археология на Западе уже занимала довольно видное место в ряду научных дисциплин. Труды Петерсена, Миллена, К. Миллера и др. навсегда упрочили за археологией положение самостоятельной науки. У нас же, благодаря более или менее счастливым находкам, какие давали раскопки, производимые на юге России в начале столетия, только начинал возбуждаться интерес к археологии и дальнейшим археологическим разысканиям. Многие из отраслей археологических знаний, как это видно из предыдущего очерка деятельности первых обществ, в особенности по части исследования памятников вещественных, оставались еще совершенно нетронутыми. Дабы развить любовь к археологии и содействовать распространению археологических знаний в России, несколько просвещенных лиц (22), вполне убежденных в пользе и необходимости этих знаний, решают, по примеру западноевропейских ученых, образовать из своей среды археологическое общество в СПб., "посредством которого бы, - как сказано в первом отчете за 1846 г., - любители археологии и нумизматики могли бы находиться в постоянных сношениях и, сообщая взаимно плоды разысканий и трудов своих, принести некоторую пользу наукам в отечестве, распространяя в оном и вне пределов Империи полезные сведения о фактах археологии и нумизматики". И при содействии и поддержке высокообразованного тогдашнего президента Академии художеств, герцога Лейхтенбергского, им удается 15 мая 1846 г. исходатайствовать высочайшее разрешение на утверждение "Статутов Археологическо-нумизматического общества". Новое общество поставило себе целью (по 1-му § статутов) "не только изучение классической археологии в собственном ее смысле, но и в особенности археологии и нумизматики новейших времен, стран Западных и Восточных. Оно будет иметь в виду также ознакомление с существованием монет, медалей и изящных произведений древности, еще неизвестных в ученом мире, которые бы могли быть открыты в России". В первое время О. строго держалось устанавливаемых этим § рамок и круг своих занятий ограничивало исключительно археологиею классическою и нумизматикою новейших времен, преимущественно стран западных. Нельзя, кажется, не видеть влияния здесь следующих обстоятельств: во-первых, что еще мало было известно предметов древностей чисто русских, во-вторых, что все почти тогдашние находки относились к миру античному и, в-третьих, что перевес научных сил в то время, по крайней мере в среде членов-основателей О., был на стороне иностранцев. В состав должностных лиц Общества (звание президента принял на себя его высочество герцог Лейхтенбергский): - двух вице-президентов, двух секретарей, одного для русской корреспонденции, а другого для иностранной, и казначея - вошли исключительно иностранцы. Вице-президентами были: Рейхель и Жиль, секретарями: доктор Кене (для иностр.) и штабс-капитан лейб-гвардии егерского полка Бартоломей (для русской) и казначеем - Демезон. Хотя в § 9 "статутов" мы и читаем, что "Общество издает статьи о своих трудах на русском, французском и немецком яз. и что оно обязано заботиться, дабы те из них, которые касаются собственно до России, были всегда писаны или переводимы на природный язык", тем не менее, русский язык из русского ученого общества тщательно изгонялся до 1849 года. Все даже русские сочлены должны были представлять статьи в О., написанные на французском или немецком языках; периодическое издание О., первый том которого вышел в 1847 году, носило следующее название "Mémoires de la société arché ologique et de numismatique de St.-Petersburg". Все статьи и рефераты, напечатанные в "Mémoires", были написаны на яз. французском и немецком и даже одна статья, кажется Григорьева, на английском языке и касались преимущественно нумизматики западной и восточной. В 1849 г. 26 октября был высочайше утвержден новый устав О., переименованного в "Императорское археологическое Общество". По смыслу этого нового устава круг действий Общества по-прежнему должен был оставаться тот же самый, ограниченный областью археологии классической и нумизматики западной и восточной. "Предметом своим, - сказано в 1 § устава, - Общество имеет изучение археологии классической, преимущественно же памятников средних веков, и нумизматики новейшей, как восточной, так и западной, обращая в особенности внимание на монеты, медали и другие предметы древнего искусства, находящиеся или открываемые в России". Но как ни казалось твердо упроченным за обществом статутами 1846 г., уставом 1849 г. и, наконец, иностранными записками тесное направление его деятельности в смысле преимущественно западноевропейском, однако же потребности времени, положение науки в России и вообще стремления русской части членов Общества мало-помалу и даже в весьма скором времени изменили совершенно его характер. Почти при самом же начале существования Общества трудами русских членов стало подготовляться особое издание на русском языке, в виде отчетов, с прибавлением статей, относящихся к русским древностям. Член-основатель общества П. С. Савельев особою запискою, читанною в первом заседании 1847 г., обратил внимание Общества на древности Востока, особенно мусульманского, находившегося с глубокой древности в постоянных сношениях с нашим отечеством. Уступая этому течению, вносящему в круг занятий О. древности русские и восточные, находящиеся в связи с первыми, Общество решило, наконец, независимо от "Mémoires" и одновременно с ними издавать "Записки" на русском языке, первый том которых вышел в 1849 г., под редакцией П. С. Савельева. В этом же году на место Бартоломея секретарем для ведения корреспонденции на русском яз. был выбран П. С. Савельев. К означенному году относится и еще одно мероприятие Общества в пользу русской археологии; а именно с 1849 г. Общество, по мысли гр. А. С. Уварова, для привлечения лиц, подготовленных к занятию археологией, стало прибегать к назначению премий, сначала в 300 р., а затем и более, за оригинальные сочинения на русском яз. по "Русской нумизматике или из круга древностей русских". И ответом на заданные обществом темы вскоре же поступили такие капитальные исследования, как иссл. И. Е. Забелина "О металлическом производстве в России", Ровинского "История русского иконописания", Тизенгаузена "О саманидских монетах" и др., в высокой степени обогатившие русскую археологию. Таким образом, с этого времени на ежемесячных заседаниях (по статутам, обыкновенных и годовых, к которым устав 1849 г. прибавляет еще чрезвычайные, созываемые председателем по особым домашним делам Общества), предметом занятий Общества становятся, наряду с древностями классическими и западными, - древности русские, славянские и восточные. Ввиду столь разнообразной деятельности Общества, расширяющейся с каждым днем все более и более, Е. И. В. герцог Лейхтенбергский в февральском заседании 1851 г. предлагает: "для большего успеха в ученых работах гг. членов разделить труды Общества на след. три отдела: 1) отделение русской и славянской археологии, 2) отделение восточной археологии и 3) отделение древнеклассической, византийской и западноевропейской археологии - каждое со своим управлением, состоящим из управляющего и секретаря". Предложение это было принято единогласно и вскоре же приведено в исполнение. Основание трех отделений окончательно выдвинуло Общество на новый путь - путь разработки преимущественно отечественной археологии и тесно связанной с нею славянской и восточной. В том же году на место Рейхеля и Жиля помощником председателя Общества был избран гр. Блудов (до 1864 г.), человек весьма просвещенный и русский по имени и сердцу. В 1852 г. скончался герцог Лейхтенбергский. Председателем Общества государю императору благоугодно было утвердить изъявившего на то согласие Е. И. В. великого князя Константина Николаевича, который состоит председателем Общества и по настоящее время (1890 г.). Теперь уже Общество неуклонно держится изучения древностей преимущественн. русских или тесно связанных с Россиею. Печатание "Mémoires" прекращено. Кроме издававшихся "Записок Императорского археологического общества", в 1851 г. вышел 1-й т. "Записок отделения русской и славянской археологии". А вскоре ввиду постоянно возрастающего числа работ и статей, поступавших в Общество от членов и посторонних ученых, к этим изданиям необходимо было прибавить новые: "Труды Восточного отделения Импер. арх. общества" (1-й т. вышел в 1856 г.) и "Известия Императорского археологического общества" (1-й т. вышел в 1859 г.). Последние предполагалось выпускать одновременно с "Записками Имп. арх. общества", что и продолжалось около 10 лет, и цель их заключалась в своевременном печатании протоколов заседаний Общества, также в помещении переписки его с разными лицами и учреждениями и мелких статей, которые по содержанию своему или объему не могли бы быть напечатаны в "Записках".

В первых же томах названных органов Общества были помещены мелкие статьи, касающиеся разных сторон археологической науки, подробные топографии о древностях русских и восточных и подлинные тексты более замечательных древних памятников и даже исследования исторические, словом - в них уже с самого начала стала входить археология, понимая ее в самом обширном смысла. Такое направление деятельности Общества, принявшее впоследствии более широкие размеры, получило в 1866 г. окончательное утверждение. В этом же году вышел новый устав, узаконяющий все перемены, происшедшие с 1 8 49 г. во внутреннем распорядке Общества, цель которого, согласно его занятиям, определена в 1 § так: "Общество имеет предметом своих занятий исследование по памятникам древности и старины, преимущественно отечественной, и распространение в России археологических знаний вообще". При этом Обществу присвоено наименование "Императорского русского археологического общества" и даровано право за особо примечательные археологические труды присуждать медали. Кроме того, устав 1866 года обеспечил существование Общества, утвердив за ним постоянное ежегодное денежное пособие из сумм государственного казначейства в размере 3000 р. Пособие это отпускалось и раньше, но только в виде временных выдач на шесть лет, по истечении которых нужно было входить с новой просьбой. В 1 871 г. исполнилось 25 лет со времени основания Общества. Празднование этого юбилея было ознаменовано созванием в С.-Петербурге 2-го археологического съезда (1-й в Москве, 1869 г.). При этом в воздаяние за услуги, оказанные Обществом отечественной науке, и для большего его преуспеяния была увеличена казенная ежегодная субсидия до 5000 р. В 1887 году вышел новый устав Общества, но он вводит только небольшие изменения в домашнем быту Общества, учредив совет Общества, во-первых, ведающего все хозяйственные и распорядительные дела Общества, во-вторых, распределяющего по соответствующим отделениям поступающие в Общество сообщения и, в-третьих, представляющего годовому собранию отчет о своих действиях в истекшем году; затем по образованию редакционного комитета, имеющего целью "наблюдение за своевременным выходом в свет изданий Общества, а также определение, какие труды подлежат печатанию, и вообще редактирование изданий", и, наконец, по введению некоторых дополнительных положений относительно членов Общества.

Всех членов Общества по 8 января 1890 г. насчитывается до 260, из них почетных членов - 18, действительных членов - 115, членов-сотрудников русских - 73 и иностранных - 51, и, наконец, членов-сотрудников, избранных в прежние годы на основании устава 1849 г. - 8.

Что касается научной деятельности О. после 1866 г., то указанный выше характер ее до этого года остался тот же самый и до настоящего времени (1890), получив только большее развитие в некоторых своих частях, особенно по разработке отечественных древностей, благодаря трудам Срезневского, Куника, Савваитова, Прозоровского и др. Для помещения научных статей и рефератов членов, а также и протоколов заседаний Императ. археолог. общества вместо прекратившихся (в 1870 г.) "Записок" и "Известий" (1884) О. стало издавать с 1886 г. (1-й том) вновь "Записки Имп. рус. арх. об." (2-я серия); в 1890 г. вышел четвертый и посланий выпуск 4 тома. Кроме кабинетной деятельности, Общество, начиная с 1860-х гг., обратило прежде всего свои занятия на исследование памятников старины на местах их нахождения (первая экспедиция была снаряжена Обществом в 1864 г. в Западный край под руководством И. И. Срезневского) и на произведение раскопок (особенно богаты по своим результатам раскопки Ивановского в С.-Петербургской и Новгородской губ., Бранденбурга - в С.-Петербургской и Виноградова - в Новгородской, Тверской и Ярославской); затем О. принимало меры и заботы по поводу сохранения и восстановления древних памятников и, наконец, участвовало в трудах и занятиях археологических съездов: Антверпенского, который устроили Французское археологическое общество и Бельгийская археологическая академия в 1866, и восьми - бывших в России с 1869 по 1890 г. включительно.

Отделения. Из отделений наибольшую деятельность обнаружило "Отделение восточной археологии". Заседания его происходили беспрерывно с первого года основания до настоящего времени (1890) и чаще, чем в других отделениях. Первый орган его, "Труды Вост. отд.", изобилует капитальными исследованиями и статьями по археологии и истории Востока. Имена его главных деятелей - П. С. Савельева, Григорьева, Березина, Васильева, Тизенгаузена и бар. Розена - произносятся с глубоким чувством уважения всеми знатоками и любителями археологии, не только восточной, но и вообще русской, так как деятельность, напр., Савельева оставила глубокие следы и в последней. Не меньшим интересом и научным значением отличаются статьи и рефераты, помещенные в другом издании отделения, "Записках Восточного отделения Имп. рус. археол. общ.", начавших выходить с 1886 года, одновременно с "Трудами". Как на более выдающиеся из них, следует указать на статьи бар. Розена, редактора "Записок", Позднева, Цагарели, Гаркави и др. Такая плодотворная деятельность отделения, конечно, не может быть объяснена одною энергиею ее просвещенных членов; немалую долю влияния и значения в этом имеет и то обстоятельство, что восточное отделение было и есть единственное правильно организованное учреждение по занятиям древностями и историей Востока. Его только трудами могли руководствоваться все наши ориенталисты, и в него только присылали они свои находки и исследования. Исследователи русских и славянских древностей могли сообщаться, помимо отделения русской славянской археологии, с историческими обществами и другими подобными им учреждениями, отчего и наблюдаются колебания в состоянии этого отделения, зависевшие по преимуществу от личного состава его руководителей и членов. Пока в нем действовали Сахаров, Срезневский и Уваров, оно не только беспрерывно собиралось для особых заседаний, но и издало два тома "Записок отделения русской и славянской археологии", наполненных статьями как названных ученых, так и других знаменитых наших исследователей русской старины; архимандрита Макария, Савваитова, Тихонравова и др. Так успешно продолжало свою деятельность отделение до 1868 года; с этого же года до 1874 в его занятиях происходит перерыв. В 1874 г. управляющим отделения выбирают А. Ф. Бычкова, и с этого времени деятельность отделения уже не прекращалась до наших дней. Благодаря неутомимой энергии А. Ф. Бычкова выходит в свет 3-й том "Записок отделения"; трудами его членов, вызванных к деятельности тем же А. Ф. Бычковым, наполняется почти весь IX том "Известий" Общества и продолжаются отдельные издания по русским древностям. Что же касается "Отделения классической, византийской и западноевропейской археологии", то оно отчасти за отсутствием материала, отчасти по недостатку научных сил сравнительно с прочими отделениями и отчасти вследствие того, что древности классические, византийские и зап.-европейские возбуждали относительно меньший интерес, довольно рано прекратило свою деятельность. Заседания его, которых обыкновенно бывало не более 2-3 в год, прекращаются на третий же год существования отделения. Существуя, можно сказать, только номинально, оно изредка собиралось для обсуждения каких-либо частных вопросов, касавшихся археологии древней и западной. Так, после 1854 г. оно впервые собирается для заседания в 1866 г., главным образом, по поводу находок и открытий, совершенных экспедицией Арх. общества в Западном крае. Следующее его заседание было в 1874 г. Не много чаще собиралось отделение и в последующее время. Специального органа Общество не имело, хотя в общем заседании 17 марта 1867 года, согласно просьбе его членов, и было разрешено особое издание под названием "Труды отделения древнеклассической, византийской и западноевропейской археологии". Поэтому труды по археологии классической и византийской, которых в последнее десятилетие существования Общества стало появляться все более и более, докладывались на общих собраниях Общества и печатались в "Известиях" и "Записках общества".

Издания Общества.

I. Периодические : 1) "Mémoires de la société archéologique et de numismatique de St. Pé tersbourg" (6 томов, 1847-52 г.). 2) "Записки Археологическо-нумизматического общества" (2 тома, 1-й в 1849, II-й 1850 г.), в которых заключаются протоколы заседаний О. до 1849 г., рефераты и статьи преимущ. нумизматического характера и, между прочим, два письма Снегирева к гр. Уварову "О значении иконописи", Черткова "Описание древностей, найденных в Звенигородском уезде" при разрытии им четырех курганов в 1838 и 1845 г. и "Отчеты" Терещенко о его поисках в 1843-49 гг. в развалинах Сарая. Начиная с 3-го тома они переименовываются в "Записки Императорского археологического общества", которых вышло - 12 т., заключающих в себе особенно ценные труды по археологии русской и восточной, каковы, напр., исследования Забелина "О металлическом производстве в России" и "Историческое обозрение финифтяного и ценинного дела в России", Тизенгаузена "О саманидских монетах", Ровинского "История русского иконописания до конца XVII в.", архим. Макария "Памятники древности в Пермской губ.", Савваитова "Описание старинных царских утварей, одежд, оружия, ратных доспехов и конского прибора" (извлечено из рукописей московской оружейной палаты, с прибавлением объяснительного указателя слов), Прозоровского "Монета и вес в России до конца XVII века", П. С. Савельева "Монеты джучидские, джагатайские и другие, обращавшиеся в Золотой Орде в эпоху Тохтамыша", Березина "История монголов" (пер.). Введение: "О турецких и монгольских племенах" персидского историка Рашид Эддина и др. 3) "Известия Императорского арх. общ." (10 т., 1859-84), заключающих по преимуществу мелкие статьи и заметки. Наилучшие из них принадлежат Срезневскому, Кунику, Савваитову, Прозоровскому и др. 4) "Записки Императорского русского археологического общества" (2-я серия, 4 тома, 1886-1890). 5) "Труды восточного отделения Импер. арх. общ." - 17 томов. 6) "Записки Восточного отделения" - 2 тома. 7) "Записки русской и славянской археологии" (4 тома, 1852-1887). 8) "Труды комиссии по производству химико-технических анализов древнейших бронз" - 2 т., под ред. Бранденбурга и Ивановского.

II. Отдельные издания : 1) "Древности российского государства. Киевский Софийский собор" (рисунки с фресок) - 4 выпуска, последний вышел в 1887 г. 2) "Сказания о св. Борисе и Глебе", facsimile с Сильвестровского списка XVI в., с предисловием И. И. Срезневского. 3) Архим. Макария, "Памятники церковных древностей в Нижегородской губ.". 4) "Описание новгородского Софийского собора", сост. прот. Соловьевым, с указателем Савваитова. 5) Вельяминова-Зернова, "Исследование о касимовских царях и царевичах" (3 части); 6) его же, "Словарь джагатайско-турецкий". 7) Кене, "Описание европейских монет X, XI, и XII вв., найденных в России"; 8) его же, "Исследования об истории и древностях Херсонеса Таврического". 9) Григорьева, "Жизнь и труды П. С. Савельева", 10) Прозоровского, "Каталог русским медалям и монетам, хранящимся в музее Имп. археол. общ." (2 издания - в 1864 и 1868 г.). 11) Архим. Антонина, "О древних христианских надписях в Афинах"; 12) его же, "Поездка в Румелию"; 13) его же, "Из Румелии". 14) "Труды 2-го арх. съезда". 15) "Рукопись Констанцского собора". 16) "Археологические труды Оленина" - 2 тома. 17) "Очерк жизни и деятельности Поленова-Хрущева". 18) Прозоровского, "Опись древних рукописей, хранящихся в музее Имп. арх. общ."; 19) его же, "Мера и вес в России"; 20) его же, "Опись предметов, хранящихся в музее Имп. арх. общ."; 2 1) Прахова, "Критические наблюдения над формами изящных искусств. а) Зодчество древнего Египта"; 22) "Рязанские древности"; 23) Стефани, "Собрание древних памятников в Павловске"; 24) Тизенгаузена, "Монеты восточного халифата"; 25) Хвольсона. "Сборник еврейских надписей"; 26) H. И. Веселовский, "Григорьев по его письмам и трудам"; 27) Поленова, "Библиографическое обозрение трудов Имп. русс. арх. общества до 1871 г."; 28) Вас. Вас. Латышева, "Inscriptiones antiquae orae Septentrionalis Ponti Euxini graecae e t latinae" (т. I, 1885; II, 1890).

Музей и библиотека общества. В первые же годы деятельности Общества образовался при нем музей, которому было положено основание тогдашним министром внутренних дел гр. Перовским, передавшим Обществу 147 разных монет великого князя Ивана Васильевича Грозного, найденных в Калужской губернии. Почти одновременно с музеем возникала и библиотека. Как своим возникновением, так и дальнейшим ростом они обязаны почти исключительно пожертвованиям любителей археологии и разных обществ. Описания предметов в музее и библиотеке не восходят далее 1868 года; о последующих поступлениях, более важных и ценных, сведения даются в протоколах заседаний.

Средства общества состоят, кроме ежегодной казенной субсидии (с 1871 г. в 5000 руб., а до того в 3000 р.), из ежегодных и единовременных членских взносов, из пожертвований любителей археологии и денег, вырученных от продажи изданий. Вначале расход Общества был около 2-3 т. р., а с 52 года около 5-6 т. р., а затем и более - до 7, 8 и даже 9½ т. р., как, напр., в 1882 г.; в 1888 г. всего расходу по Обществу было 5742 р. 94 к., а доходу по общему и специальным (отделений) капиталам - 7452 руб. 39 к.

4. Императорская археологическая комиссия основана в 1859 году и состоит, как сказано в 1 § "Положений об Импер. археол. комиссии", отдельным учреждением в министерстве Императорского двора (все прочие археологические общества находятся в ведомстве министерства народного просвещения) и имеет целью: 1) "разыскание предметов древности, преимущественно относящихся к отечественной истории и жизни народов, обитавших некогда на пространстве, занимаемом ныне Россиею; 2) собрание сведений о находящихся в государстве как народных, так и других памятниках древности и 3) ученую разработку и оценку открываемых древностей ". Для выполнения этих задач комиссии (§ 5, 6 и 8 положений) предоставляется право производить земляные раскопки на всех местностях, "или замечательных в историческом отношении, или дающих повод рассчитывать на открытие древностей", и следить: 1) за всеми делающимися в государстве открытиями предметов древности, о которых ее извещают местные начальства, а если не представляется затруднений, то и пересылают и самые находимые древности на ее рассмотрение, и 2) за земляными работами, производимыми в больших размерах, как, напр., при проведении железных дорог, шоссе и т. п.

В ее заведование по § 3 поступают Керченский музей древностей и Римская комиссия археологических разысканий. Состав ее был определен назначением предстателя, трех штатных членов: одного старшего и двух младших, и затем штатных чиновников (для внутреннего распорядка комиссии) в должностях секретаря, казначея, смотрителя музея, делопроизводителя, художника и др. Кроме того, она имела право привлекать в число своих почетных членов и членов-корреспондентов лиц, приносивших ей пользу доставкою археологического материала, научным его описанием или другими способами. Ежегодная правительственная субсидия в первое время выражалась цифрою 17764 р., из которых 10000 р. назначались на раскопки, а остальные 7764 р. на жалованье членов и служащих в комиссии и Керченском музее. Впоследствии эта субсидия была увеличена до 30-35 т. р. и в настоящее время (1890 г.) до 45 т., из которых на одни раскопки назначено до 20 т. р.

Таковы основные положения Императорской археологической комиссии, утвержденные государем императором 2 февраля 1859 г. и не потерпевшие никаких изменений до настоящего времени, кроме увеличения штата чиновников и высочайшего повеления, состоявшегося 11 марта 1889 г., по которому: 1) "исключительное право производства и разрешения, с археологическою целью, раскопок в империи на землях казенных и общественных предоставить Императорской археологической комиссии. Все учреждения и лица, предполагающие производить подобные раскопки, обязаны, независимо от сношения с начальством, в ведении которого состоят упомянутые земли, входить в предварительное соглашение с Императорскою археологическою комиссиею. Открываемые при раскопках ценные и особо важные в научном отношении предметы должны быть присылаемы в Императорскую археологическую комиссию, для представления на Высочайшее воззрение". 2) "Реставрацию монументальных памятников древности производить по предварительному соглашению с Императорскою археологическою комиссиею и по сношению ее с Императорскою академиею художеств". Это высочайшее повеление придало археологической комиссии характер учреждения центрального, стоящего во главе всех археологических работ, производимых в России, и значительно расширило, так сказать, ее административную деятельность.

Обращаясь теперь к занятиям комиссии до 1889-90 г., мы прежде всего должны заметить, что комиссия отступила от тех широких рамок, какие ей были указаны 1 § положений, ограничившись раскопками на юге России и научным описанием предметов, находимых при них, а равно и других художественных предметов эллинской цивилизации, поступающих в Императорский Эрмитаж и подобные ему учреждения. В данном случае она являлась только продолжательницею тех работ, которые производились на юге России, особенно в Крыму, еще в начале нынешнего столетия и которые своим богатством в научном отношении рано обратили внимание правительства, не раз снаряжавшего туда экспедиции (Перовского, Леонтьева и др.). Там начал свою археологическую деятельность и граф Сергей Григорьевич Строганов, по инициативе которого возникла археологическая комиссия и который был ее первым председателем до конца своей жизни (1882 г.). В год основания комиссии начались и ее раскопки в окрестностях г. Керчи и на Таманском полуострове; в Керчи и около нее они производились ежегодно. Тамань же, как менее богатая древностями (раскопки производились на месте древней Фанагории), некоторые годы оставалась без исследования. В последующие годы, кроме этих местностей, комиссия обратила внимание на приднепровские курганы (Екатеринославской губ.), на Феодосию с ее окрестностями, Землю Войска Донского, преимущественно курганы придонские (по поводу случайных богатых находок в 1864 г. близ Новочеркасска), и Кубанскую область (в 1875 г.). Раскопки в Керчи и отчасти на Тамани и в Феодосии производил директор Керченского музея Люценко, вышедший в отставку в 1878 г., а с этого года его преемник Веребрюсов, в Приднепровье - старший член И. Е. Забелин; на Тамани, около Новочеркасска и в Кубанской области - Тизенгаузен и Кондаков. Кроме того, следует еще упомянуть о раскопках Радлова, производимых по поручению комиссии в Сибири, и об археологическом путешествии Лерха, члена комиссии, для расследования придонских курганов, и городищ и курганов губерний: Олонецкой, Вологодской, Вятской и долины Сырдарьи (1867).

Все почти раскопки в Южной России имели результатом открытие гробниц, но так как последние большею частию попадались уже ограбленные, то нередки были годы, когда все находки заключались в мелких, преимущественно бронзовых вещах, греческих и римских монетах. Самым счастливым и удачным годом по обилию, оригинальности и научному значению древностей, добытых Арх. комиссиею при произведенных ею раскопках, - был 1879 г., когда г. Тизенгаузену удалось найти на Таманском полуострове несколько богатых, совершенно еще нетронутых царских гробниц. Добываемые при раскопках предметы помещаются частью в Керченском музее, частью в музее Арх. комиссии и частью в Императорском Эрмитаже, где VII зала, называемая залой древностей Босфора Киммерийского, заключает в себе наиболее ценные вещи античного мира. Богатый вклад доставляют в указанные хранилища и случайные археологические находки, совершаемые в разных местах России и состоящие, главным образом, из монет римских, русских и др. Печатным органом комиссии служат ее "Отчеты"; издавались они на русском и французском языках томами in 4°, дающими сведения о занятиях комиссии за один год, а иногда и за два, с альбомом рисунков. Отчет Имп. арх. комиссии за 1881 г. был ее последним печатным отчетом; за последующие годы до сих пор не было отпечатано ни одного. Каждый том имел два отдела: 1) Отчет комиссии о действиях за истекший год и 2) Приложения, содержания изображения или только объяснения предметов, найденных при раскопках в предшествующем году или еще и объяснение некоторых художественных предметов, находящихся в Императорском Эрмитаже и др. подобных учреждениях. Все эти научные объяснения принадлежат почти исключительно одному академику Л. Э. Стефани. Из отдельных изданий комиссией предприняты: 1) "Материалы по археологии России" (1 и 2 вып. "Древности Геродотовой Скифии", 1866; 3 и 4 - 1873 г.); 2) "Материалы по археологии России. Сибирские древности", Ц. Радлова (т. I, вып. 1, 1888 г.) и 3) "Древности Сев.-Западн. края" (т. I, вып. 2, 1890 г.), заключ. статью Авенариуса "Дрогинич Надбужский и его древности" и "Описание некоторых древностей, найденных в Витебской губернии".

5. Московское Императорское археологическое общество. Устав московского археологического общества утвержден министром народного просвещения 19 сентября 1864 г., но днем основания его в кружке учредителей было постановлено считать 17 февраля, когда состоялось первое заседание в квартире и под председательством основателя Общества, покойного графа А. С. Уварова. Общество имеет целью, как гласит 1 § устава 1864 г., исследование археологии вообще и преимущественно русской. Состоит оно из действительных членов, членов-корреспондентов и почетных членов. В год основания общества их было всего 61, через два года число это возрастает до 123, а через 20 лет их насчитывается уже более 300. Из действительных членов были выбраны и лица, кроме председателя, входящие в состав управления Общества: секретарь и казначей, к которым устав 1877 г. прибавил еще товарища председателя, библиотекаря и хранителя музея. Заседания общества: обыкновенные - не менее одного в месяц (кроме каникулярного времени с мая по сентябрь), чрезвычайные - без определенного срока и назначаемые по особым домашним делам Общества и годичное - 17 февр. Обыкновенные заседания Московское общество первое сделало доступными посторонним посетителям, заблаговременно объявляя о них в газетах с обозначением тех сообщений, которые будут сделаны в заседании.

Денежные средства Общества, по уставу 1877, состоят из: 1) ежегодных и единовременных членских взносов, 2) пожертвований от любителей археологии, 3) денег, выручаемых от продажи изданий Общества, и 4) платы, получаемой за изготовление дипломов. В первые годы существования Общества, конечно, все суммы его состояли из членских взносов и пожертвований, которые были, в свою очередь, довольно еще скудны; увеличились они только впоследствии, с увеличением числа членов и с постепенным возбуждением интереса к археологии в среде русского общества. До 1868 г. члены Общества за неимением помещения и средств к найму его собирались в квартире председателя, где помещались и возрождавшиеся музей и библиотека Общества. В этом году (1868) государем императором был пожалован Обществу курьерский дом на Барсеневке, с тем условием, чтобы оно на свои средства восстановило и содержало это здание, сохраняя характер и архитектуру этой древней постройки. В 1872 г. государем императором всемилостивейше была пожалована ежегодная денежная субсидия Обществу в размере 3000 р., а в 1881 г. - в размере 5000 р. Ровно через 5 лет Общество получает в дар от государя императора 15000 р. для археологического исследования Кавказа и северо-восточных губерний России, а в 1888 г. еще 10000 - для продолжения этих работ. Таким образом, в 1888 г. приход Общества выразился цифрою 26744 р., а расход - 14597 р. В 1881 г. последовало высочайшее соизволение на присвоение Московскому археологическому О. наименования "Императорского". В 1889 г. исполнилось 25 лет со времени основания Общества; официальное празднование этого юбилея было ознаменовано археологическим съездом, состоявшимся в Москве в первых числах января 1890 г.

Деятельность Общества выразилась прежде всего и более всего в заседаниях, затем в производстве членами Общества раскопок и исследований предметов старины на местах их нахождения по поручению и иногда на средства Общества, в составлении специальных комиссий, устройстве археологических съездов и, наконец, в издании ученых трудов гг. членов. На заседаниях, которых в год средним числом бывало более 10, кроме текущих дел, значительная часть времени посвящалась чтению научных рефератов гг. членов, или полностью, или же одних главных положений, которые потом, по большей части, печатались в журнале Общества "Труды Московского археологического общества". Содержанием рефератов, согласно выраженной в 1 § устава Общества цели, и даже, пожалуй, более, особенно в последнее время, служат по преимуществу отечественные древности. И здесь на первый план выступают древности курганного периода в сообщениях гр. Уварова, Анучина, Самоквасова, Сизова и др., затем древности исторические, над исследованием которых трудились гр. Уваров, Иловайский, Румянцев, Барсов и др. Наряду с разработкою отечественных древностей шли исследования по археологии и истории Востока, возбуждавшие все больший и больший интерес в среде членов и вызвавшие, наконец, образование особой Восточной комиссии (в 1887), уже заявившей о своей деятельности выпуском тома, носящего заглавие: "Древности Восточные. Труды Восточной комиссии Импер. москов. арх. общ.". Из археологии же всеобщей более останавливали внимание гг. членов - древности классические (Усов, Михайловский и др.), затем - западные (Усов). Кроме того, ряд докладов, знакомящих с состоянием археологической науки на Западе по отчетам заграничных археолог. обществ, по последним археологическим сочинениям западноевропейских ученых и по описаниям произведенных ими новых раскопок (гр. Уваров, Герц, Попов). Некоторые из членов занимались еще составлением археологической карты России и собиранием материалов для словаря русских древностей.

Раскопки. Хотя отечественные древности курганного периода, как уже выше сказано, и составляли главное содержание во все время существования Общества сообщений и статей членов его, тем не менее, в раскапывании курганов и их исследовании можно усмотреть два периода: первый до 80 года, а второй с этого года до настоящего (1890). До 1880 в отчетах общества упоминается всего лишь о четырех раскопках, наиболее богатых своими результатами: Кусницкого (Смоленской губ,), Самоквасова (Черниговской, Киевской и Полтавской), Андиона (Ярославской) и Лишина (Херсонской). В последнее же 10-летие члены производили раскопки и исследования в губ.: Московской, Смоленской, Херсонской, Могилевской, Псковской, Вятской, Пермской и на Кавказе и Закавказских областях, куда, согласно высочайшей воле, начиная с 1886 г. снаряжались даже целые научные экспедиции.

Комиссии. Из комиссий, состоявших при Моск. арх. общ., наибольшего внимания заслуживает комиссия по сохранению древних памятников, особенно церквей, образовавшаяся в 1876 г. В обязанности ее членов входили: осмотр старинных предметов, снятие с них рисунков и заботы о возобновлении и восстановлении приходивших в упадок. О всех своих действиях комиссия докладывала сначала в обыкновенных собраниях Общества, а затем, с расширением ее деятельности, в особых заседаниях.

Съезды. Деятельность общества по поводу археол. съездов, как известно, своим возникновением в России обязанных мысли и трудам основателя Московского археол. общ., заключалась в подготовительных работах к ним по составлению научных вопросов и чисто внутреннему устройству. Из всех съездов Московское общество наибольшую деятельность обнаружило на первом и восьмом, бывших в Москве в 1869 г. и в 1890 г., затем на 3-м - в Киеве, на Тифлисском (5-м) и на Ярославском (7-м).

Издания Общества. На другой же год по основании Общества вышел первый выпуск его периодического издания, носящего название "Древности. Труды Московск. археологического общества" с следующей программой: 1) исследования, 2) материалы (здесь особенную ценность имеет археологический словарь, в составлении или, лучше сказать, в собирании материалов для которого среди многих ученых более других принимали участие: гр. Уваров, Забелин, Котляревский, Шеппинг в Др.), 3) библиографический отдел, где уделено значительное место иностранной библиографии по археологии, 4) археологические известия и 5) протоколы Общества. Всех томов "Трудов" (по два выпуска в каждом) до 1890 г. вышло 13. Особенно ценны статьи в отделе исследований - Герца, Жизневского, Румянцева и Веневитинова. С 1867 стало выходить особое издание Общества под заглавием "Археологический вестник", под редакциею члена Котляревского, выпускался в объеме 5-6 листов, через каждые два месяца. Тут были и небольшие исследования, исключительно по отечественной археологии, библиографический отдел и археологические известия. В следующем году это издание прекратилось за смертью его редактора. Из других изданий Московским обществом были предприняты: Закревского, "Описание Киева" (2 т.); "Труды 1-го москов. археолог. съезда" (2 т., 1 8 71); "Труды 5-го тифлисского археолог. съезда" (т. 1, 1887); "Историческая записка о деятельности Имп. моск. археолог. общества по поводу его 25-я" (1890) и много друг.

6. Общество любителей кавказской археологии. Общество утверждено 23 марта 1873 года, и в этом же году принял его под свое покровительство великий князь Михаил Николаевич. В занятия Общества должны были входить: 1) поддержание и охранение от разорения и расхищения замечательных сооружений на Кавказе; 2) исследование памятников древности и старины и 3) приобретение археологических древностей. Выполнение всех этих задач возлагалось, главным образом, на комитет Общества, состоящий из председателя, его помощника, 8-ми членов, секретаря и казначея; участие же в трудах Общества местных его членов было слишком незначительно, что весьма невыгодно отразилось на успехах его деятельности. За более чем пятнадцатилетний период существования результатом занятий служат следующие издания: 1) "Записки Общ. любителей кавказской археологии" (т. I, 1875), составленные из статей: Берже, "Кавказ в археологическом отношении", и Бакрадзе, "Кавказ в древних памятниках христианства", со включением официального отдела (где помещен устав Общества и годовой отчет) и приложений (три надписи); 2) "Известия Общества любителей кавказской археологии" (два вып., первый вышел в 1877 г., заключающий два реферата и годовой отчет), и 3) особое издание - "Предметы древности в хранилище Общества" (I вып., Тифлис, 1877 г.). Как видно из отчетов, Общество предпринимало раскопки (особенно замечательны из них те, которые производил Байерн и затем Бакрадзе), исследовало местные древности и составляло их описания (Иосселиани), заботилось о сохранении предметов древностей, помещая их в своем музее, и способствовало разъяснению и разработке исторических данных Кавказа (Бакрадзе). Кроме того, Общество принимало деятельное участие в Пятом археологическом съезде, бывшем в Тифлисе.

7. Казанское общество археологии, истории и этнографии учреждено при Казанском университете в 1878 году. Мысль же о необходимости учреждения в г. Казани ученого общества для изучения местного края в его прошлом и настоящем, как вполне естественная, в видах огромного значения края в археологическом, историческом и этнографическом отношениях зародилась значительно раньше, не раз высказывалась, но не была приведена в исполнение до времени четвертого археологического съезда, бывшего в Казани в 1877 г. На съезде еще более была признана крайняя необходимость и своевременность учреждения Общества, и на нем же был выработан устав Общества, утвержденный г. министром народного просвещения 18 марта 1878 года. 1 § этого устава так определяет цель общества: "Оно имеет целью изучение прошедшего и настоящего русского и инородческого населения в территории бывших Булгарско-Хазарских и Казанско-Астраханских царств с прилежащими к ней местностями". Общество составляют члены действительные, почетные, члены-сотрудники и члены-соревнователи. При основании О. их было 40, к концу первого же года число их возросло до 64, а к 1 янв. 1889 г. их насчитывалось до 179. В среде, преимущественно действительных членов, для заведования внутренними делами Общества выбирается совет, состоящий из председателя, его товарища, пяти выборных членов, секретаря казначея и устраивающий свои особые заседания помимо общих собраний Общества. Собрания бывают: обыкновенные, на которые допускались и посторонние посетители и которые должны происходить ежемесячно, кроме каникулярного времени (с мая по сентябрь), чрезвычайные и годовые. Эти собрания, сказано в § 28 устава О., "посвящаются слушанию отчетов о действиях совета, о новых приобретениях и полученных извещениях, выборам в члены, утверждению расходов, по представлению совета, свыше ста рублей, чтению ученых статей, изустному сообщению известий и рассуждениям членов". Хотя Общество, по-видимому, и поставило себе равномерные задачи исследовать местный край в археологическом, историческом и этнографическом отношениях, тем не менее, уже с самых первых лет усматривается наибольшая деятельность О. в области первобытных древностей. Так, из 98 рефератов, сделанных в течение первых 8 лет существования Общества, - 62 относятся к области археологии. Такое же преимущество археологических работ замечается и в последующие годы: в 1887 г., напр., было сделано 5 археолог. сообщений, а исторических и этнографических лишь два; в 1888 г. - 9 археолог. из всех 14, и только в одном 1889 г. значительный перевес был на стороне этнографических сообщений благодаря работам Смирнова и Веске. Археологических рефератов было только 4 из всех 13. В своих археологических занятиях члены казанского Общества обратили особенное внимание на собирание и исследование древностей булгарских и билярских, составляющих особую коллекцию в музее Общества, которая имеет до 2000 разных предметов (между прочим, много вещей из янтаря, что прямо указывает на сношения с прибалтийским побережьем). Кроме того, Обществом благодаря отпускаемой с 1881 г. из средств государственного казначейства, по высочайшему разрешению, ежегодной денежной субсидии в размере 300 рублей предприняты ремонтные работы по восстановлению и сохранению остатков древнего города булгар. Так, в 1884 г. после предварительного осмотра и исследования особою комиссиею, снаряженною для этой цели Обществом, были ремонтированы: 1) черная палата, 2) малый минарет, 3) некоторые здания около него, 4) церковь св. Николая (не оконч.), всего на сумму 1038 р. Новые ремонтные работы были предприняты в 1888 и 1889 гг., и тогда был нанят сторож для постоянного наблюдения за целостью этого города. Далее, Общество много потрудилось над собиранием и изучением предметов бронзового и медного веков, найденных в Ананьинском могильнике (см. это сл.), и составлением коллекций предметов костяных, каменных и проч., попадающихся в городищах и костищах по pp. Каме и Вятке, раскапываемых и исследуемых преимущественно членами Кузнецовым, Спицыным и Первухиным.

Музей. С первого же года существования Общество задумало устроить музей, но, обратившись, за неимением средств, к местной городской думе, не встретило там никакой поддержки, и имеющиеся при нем коллекции были кое-как размещены в двух комнатах, уступленных советом Казанского университета, где они находятся и до сих пор. До 1888 г. музей не имел не только каталога, но даже и хранителя. Впервые приступлено было к его разбору в конце 1888 и 89 г. по поводу 8 Арх. съезда и научно-промышленной выставки в Казани. Впрочем, отчасти для ознакомления с более замечательными предметами своего музея, отчасти для увеличения средств Общество устроило две археолого-этнографических выставки на пасхальной неделе в залах Каз. университета, одну в 1882 г., давшую чистой прибыли более 250 р., и другую в 1889 г. - увеличившую средства Общества на 187 рублей.

Денежные средства Общества, составляющиеся, во-первых, из ежегодных и единовременных членских взносов, во-вторых, пожертвований, делаемых ревнителями наук и, в-третьих, из сумм, выручаемых от продажи изданий Общества, были настолько скудны, что их едва хватало для исполнения самых крайних нужд общества. Все, напр., раскопки производились на средства самих членов или при самом незначительном вспомоществовании Общества. Отпускаемые ежегодно из государственного казначейства 300 рублей имели своим специальным назначением поддержание и охранение остатков древнего города булгар. В 1879 г. в кассе Общества было около 6 0 0 р. С 28 марта 1880 г. по 24 апр. 1882 г. в приход Общества поступило немного более 2000 р., каковая цифра значится в приходе и за 1889-90 г.

Издания. Органом Общества были "Известия Казанского общества археологии, истории и этнографии", их вышло 8 томов. Посланий том, в трех выпусках, вышел в 1890 г. и содержит два весьма ценных исследования: Веске - "Славяно-финские культурные отношения по данным языка" и Смирнова - "Вотяки". В 1886 году Обществом издан "Краткий очерк 8-летней деятельности Казанского общества археологии, истории и этнографии и его задачи".

8. Псковское археологическое общество, открытое 25 окт. 1880 года, возникло из Псковской археологической комиссии, образовавшейся в 1872 году при статистическом комитете и имевшей целью исключительно изучение исторических памятников псковской старины. Прежде всего, комиссия направила свою деятельность на приведение в порядок собранного в разное время комитетом исторического материала - рукописей и вещественных памятников, и на устройство для последних музея и исторической библиотеки. Затем, главным образом, ее занятия проявились в издании ряда исторических документов и описаний памятников псковской страны. В 8-летний промежуток времени комиссией были изданы под редакцией члена ее И. И. Васильева а) "Виды города Пскова и его окрестности" (30 фотографических снимков с древних зданий и предметов с пояснительным текстом для каждого рисунка), б) "Повесть преславна сказаема о пришествии пресвятыя Владычецы нашея Богородицы и Приснодевы Марии Печерския в Богоспасаемом граде Пскове в прохождении Литовского короля Стефана, с великим и гордым войском". Повесть эта составляет вариант повести "О прихождении Литовского короля Стефана на великий и славный град Псков", изданный О. М. Бодянским в 1847 г. Повесть издана с указанием всех вариантов между обоими изданиями, в) "Историко-статистический очерк г. Пскова", г) "Хронологический указатель исторических памятников г. Пскова" с указанием места их нахождения. Под редакцией Евлентьева изданы: а) "Археологическая записка о Поганкиных", б) "Книги Псковитина, посадского торгового человека Сергея Иванова, сына Поганкина" (памятник старинной письменности XVII в., содержащий в себе подробное описание всего недвижимого имущества С. Поганкина), в) "Домашняя книга Псковитина, посадского торгового человека И. И. Ямского" (знакомящая с домашнею обстановкой старинного первостатейного псковича из торгового сословия, подобно тому, как книга Поганкина - с внешнею обстановкою). Кроме того, за этот промежуток времени (1872-1880 гг.) много статей археологических и исторических гг. членов комиссии было помещено в "Губ. ведом.". В 1878 г. 10 июля в Изборске и 11 июля в Выбутах были произведены раскопки при непосредственном участии их императорских высочеств великих князей Сергия и Павла Александровичей и Константина и Дмитрия Константиновичей под руководством гр. А. С. Уварова. Последний тут же предложил мысль об образовании в Пскове самостоятельного археологического общества. Эта мысль была одобрена его императорским высочеством Сергием Александровичем, впоследствии (в 1882 г.), с соизволения государя императора, принявшим общество под свое высочайшее покровительство. Вскоре по отбытии их императорских высочеств археологическая комиссия приступила к выработке устава Общества, который и был утвержден г. министром народного просвещения 1 июля 1880 года. Целью своею новое Общество поставило "исследование памятников древности и старины, по преимуществу в пределах Псковской губ."; но при этом было прибавлено, что О. "не исключает из своей задачи занятий историческими исследованиями, насколько они могут служить к увеличению памятников древности, и этнографическими - насколько они соприкасаются с археологическими и историческими изысканиями". В одном из первых заседаний Общества еще точнее были определены его задачи по части местных археологических и исторических исследований, долженствовавших заключаться первоначально в разработке древней географии Псковской губернии. Но за весь 10-летний период существования Общества (с 1880 по 1890) был предложен единственный реферат, характеризующий это первоначальное направление деятельности его, г. Кохомским, под заглавием: "Холмский уезд Псковской губернии по Новгородской писцовой книге 1495 года". Вообще же всех рефератов членами Общества сделано в течение 10 лет его существования не более 10. Большая часть времени на заседаниях, которых всего было с 1880 по август 1890 г. - 17, посвящалась домашним делам общества. Самым деятельным годом (на который приходится до 7 засед.) в жизни Общества был 1881-й, когда по его инициативе состоялось празднование трехсотлетнего юбилея осады Пскова польским королем Стефаном Баторием, вызвавшее 3 или 4 заседания. Из всех 10 рефератов на этот год приходится - 7: упомянутый уже реферат Кохомского, два по поводу празднования юбилея, два отчета о раскопках (о других раскопках Общества не упоминается до 1888 г.), произведенных Васильевым, сообщение Раевского "О трупосожигании у древних обитателей Псковской земли" и реферат епископа Павла "О владычных палатах". Если теперь еще остановиться на изданиях Общества, то деятельность его будет совершенно исчерпана, за исключением, впрочем, одного факта, когда в 1888 г. по инициативе Общества была построена каменная часовня в с. Выбутах - для ознаменования 1000-летия дня рождения св. Ольги. Издания общества следующие: 1) "Описание и изображение древностей Псковской губернии". Посмертное издание сочинения инженер-полковника Годовикова, рукопись которого была получена Обществом от своего августейшего покровителя великого князя Сергея Александровича, т. I; 2) "Дневник последнего похода Стефана Батория на Россию" (осада Пскова), перев. с польского Милевский; 3) "Воспоминание об осаде Пскова польским королем Стефаном Баторием"; 4) епископа Павла, "Летописное разъяснение о владычных палатах в Пскове, построенных архиепископом новгородским и псковским Макарием"; 5) "Памятники просветительной деятельности святой, благоверной великой княгини Ольги Российской в Псковской стране" (с фотогр. рис.); 6) "Погост Любятово-Лебедева" (реф., чит. в 1885 году); 7) Березского "Историко-археологический очерк Псковоградского со взвоза храма" (реферат, чит. в 1886 г.); 8) Токмакова "Святогорский монастырь" (библ. и материалы); 9) "Выписка из домашней летописной книги за время 1770 по 1793"; 10) "Хронологический указатель" к неофиц. части "Псковск. губернск. ведом." с 1875-1878 г."; 11) в 1889 г. было приступлено к изданию исторического альбома г. Пскова и губернии. Имеющиеся при Обществе музей и библиотека составлены преимущественно из пожертвований, впервые приведенные в порядок только в 1888 году. В 1880 году в кассе Общества было около 1000 р., а в 1886 - до 1500 р.

9. Московское общество древнерусского искусства. В 1861 году, как известно, состоялось окончательное перенесение из С.-Петербурга в Москву коллекций Румянцевского музея и учреждение Московского публичного музея. Эти богатейшие сокровищницы памятников науки и искусства, выполняя свое главное назначение сберегать находящиеся в них предметы и доставлять публике всевозможные удобства в пользовании ими, естественно, должны были вызвать к жизни при них еще такие учреждения, которые бы заботились и о возможно большем обнародовании и объяснении их богатств. И действительно, еще до окончательного устройства музеев в небольшом кружке ученых, преимущественно из Московского университета, Оружейной палаты и Московского публичного музея, при участии некоторых любителей и иконописцев, рождается мысль о необходимости основать в Москве Иконописное общество, в задачи которого входили бы как сохранение в целости старинных памятников и их ученое описание, так и развитие и расширение иконописного дела. Этой мысли суждено было осуществиться в 1864 г., только в несколько измененном, расширенном виде. 22 мая сего года (1864) был высочайше утвержден устав "Общества древнерусского искусства" при Московском публичном музее. По уставу целью Общества поставлено: "собирание и научная разработка памятников русской древности и древнерусского церковного в народного искусств во всех его отраслях, причем особое внимание Общество обращает на распространение научных и практических сведений о древнерусской иконописи и древнерусском пении вообще и на приведение в известность памятников обеих этих отраслей древнерусского искусства". Этой цели Общество оставалось верно до нынешнего времени и на своих заседаниях, и в трудах и исследованиях своих членов, помещенных в двух его изданиях: "Сборнике общества древнерусского искусства" (2 т. - II-й, 1866 г.; II-й, 1873 г.) и "Вестнике" (I т., 1876 г.). В ряду исследований на первом плане следует поставить по обстоятельности, законченности и богатству сведений исследование в. И. Буслаева "Общие понятия о русской иконописи" ("Сборник", 1866 г.); затем идут обширные статьи о том же предмете Филимонова: "О Софии, премудрости Божией", "Симон Ушаков и современная ему эпоха русской иконописи", "Очерки русской христианской иконографии" и др. ("Вестник"). Далее, для истории портретной живописи - его же исследования "Иконные портреты русских царей" и о древнерусском пении; статьи Разумовского: "Об основных началах богослужебного пения православной греко-российской церкви" ("Сборник", 1866) и "Государственные певчие-дьяки XVII века" ("Сборник", 1873). Кроме того, в состав "Сборника" и "Вестника" вошли еще довольно ценные описания древнейших памятников, каковы описания: Виноградского, "О древних мозаиках Либериевой базилики" ("Сборник", 1866), Жизневского, "Описание тверских древностей", архим. Леонида, "Звенигород и его соборный храм с фресками", и др. Все указанные статьи и описания вошли в отдел исследований; кроме того, "Сборник" заключает еще материалы, критику, библиографию и смесь (мелкие статьи и заметки). "Вестник" прибавил к ним официальный отдел и приложения. В отделе материалов помещены ценные письменные источники отечественной археологии, как то: 1) "Иконописный подлинник новгородской редакции" по Софийскому списку конца XVI в.; 2) "Переписная книга московского Благовещенского собора, по двум спискам"; 3) "Опись патриаршей ризницы 1631 года" и др. Некоторые материалы были отпечатаны и отдельными оттисками. Отдельным оттиском напечатано было и исследование Викторова "Обозрение старинных описей патриаршей разницы". В приложении напечатано краткое изложение содержания "Вестника" на фр. яз. и статьи Дюмушеля по иконографии.

10. Церковно-археологическое общество при Киевской духовной академии основано в 1872 г., но самая мысль об основании его возникла несколькими годами раньше, когда новым уставом духовных академий было разрешено преподавание церковной археологии как науки самостоятельной и предоставлено академиям право учреждать ученые общества для разработки и издания источников христианского вероучения, памятников и вообще материалов, относящихся к истории и современному состоянию церкви. К этому времени в библиотеке Киевской духовной академии скопилось довольно значительное количество предметов древностей, относящихся и к общей археологии, и, преимущ., к церковной. Обилие предметов церковной археологии возбудило мысль у некоторых профессоров академии образовать при ней особый музей церковной археологии, а для разработки и исследования его материалов составить из 32 членов археологическую комиссию. Святейший Синод, куда был представлен устав предполагавшегося музея и комиссии, согласно новому академическому уставу, разрешил учредить то и другое, причем значительно дополнил самый устав и переменил название комиссии на Общество, предоставив ему право существовать независимо от академии. Как при самом возникновении, так и во все последующее время Церковно-археологическое общество играло далеко не первостепенную роль; напротив, оно было вспомогательным служебным учреждением при музее, что отчасти можно усмотреть и из самого определения цели и задач музея и общества, сделанного в уставе. Музей основан в видах сохранения для науки церковных древностей, а также и таких, которые только состоят в связи с церковными и служат к уяснению религиозного быта древних. "Для приведения же в известность памятников церковной древности, - как гласит § 7 устава, - и обращения их по возможности в состав музея, а равно и для принятия мер к предупреждению утраты памятников для науки и приобретения их для музея - при академии учреждается Церков.-археол. общество". Находясь под главным ведением и покровительством киевского митрополита и председательством ректора академии, Общество состоит из почетных членов, действительных и членов-корреспондентов, которыми были преимущественно лица духовные: архиепископы, епископы, священники, преподаватели академии и семинарий (к 1873 г. всех членов было 70). На первых порах Общество занималось исключительно разработкою материала, поступившего из академической библиотеки в музей, и подготовительными работами по устройству внутренних, чисто домашних дел Общества. На заседаниях же, которые начались только по внутреннем устройстве О., главнейшим занятием членов было назначение комиссий и отдельных членов для разного рода археологических поручений, вроде осмотра старинных церквей и монастырей или указания производства работ к сохранению остатков древности, и слушание отчетов этих комиссий и членов. Что же касается рефератов, делаемых членами в заседаниях Общества, то, как сказано уже выше, они не были необходимою принадлежностью заседаний, и хотя в громадном большинстве их референты имели задачею содействовать распространению и толкованию церковных древностей, тем не менее, в некоторых из них затрагивались вопросы, относящиеся к общей археологии и, преимущественно, к истории. Таковы, прежде всего, сообщения секретаря этого общества - Петрова. Назову из них только некоторые: "К истории колонизации слободской Украйны"; "О бронзовой медали с греческою надписью"; "О найденной близ г. Батурина, Черниговской губернии, египетской статуэтке и о параллельных явлениях в древнеегипетской и народной русской литературе"; "О неизвестной доселе рукописной молдавской летописи на славянском языке с 135 9 г. по 1554 г.". Затем сообщение Суручана "Об Ольвийской псефизме I в. по Р. Х.", Голубева "О времени кончины кн. К. Острожского и первопечатника русского Ивана Федорова". Самыми частыми референтами Общества были: Дмитриевский, Лашкарев, Голубев, Малышевский и Завитневич. Исследуя по преимуществу предметы древности, уже открытые или находящиеся в музее, члены Общества иногда предпринимали и самостоятельные раскопки, по большей части на местах древних церквей или монастырей, а иногда даже раскапывали курганы. Так, напр., член общества Завитневич раскопал несколько курганов в 1886 году в Минской губернии и обогатил церковно-археологический музей множеством предметов по всеобщей археологии. Затем деятельность членов выразилась в участии в 6 последних археологических съездах и устройстве, главным образом, на них отделений церковных древностей.

Свои "Отчеты", "Известия" и рефераты Общество печатало в "Трудах Киевской духовной академии". Отчеты и известия выходили также отдельными тетрадками погодно. С 1880 в них появилась новая рубрика под заглавием "Занятия общества", где говорилось о рефератах, читанных в заседаниях Общества, и о действиях комиссий. В этом же году (1880 г.) музей и Общество были приняты под августейшее покровительство его императорского высочества великого князя Владимира Александровича и, расширив свою деятельность, выросли из рамок первоначального устава, потребовав изменений и дополнений в нем, которые и были утверждены указом Синода от 10 августа 1881 г. Эти изменения и дополнения касаются: 1) принятия Общества с музеем под августейшее покровительство; 2) усиления ученых занятий Общества ежемесячными собраниями, чтением рефератов и печатанием их; 3) увеличения числа должностных лиц учреждением на трехгодичный срок особых должностей: заведующего музеем и помощника секретаря, кроме прежних должностей: председателя, его помощника, секретаря и казначея; 4) исключения из списков Общества тех членов, которые в течение трех лет не заявят деятельности на пользу Общества и музея. С 1880 до 1890 года устав Общества не подвергался никаким изменениям, и деятельность его членов носит совершенно тот же характер, какой указан выше до 1880 года. Материальные средства Общество почерпало из "добровольных взносов членов и пожертвований лиц, сочувствующих его целям ". В 1873 г. в кассе Общества было только 138 рублей, в следующем году почти вдвое более - 250 р., а в 1881 г. около 1500 р., причем увеличился и расход: вместо прежних 100-150 р. Общество расходует теперь уже 1000 р. и более. Конечно, такие незначительные средства давали возможность Обществу удовлетворять только крайние нужды; командировок и экскурсий членов, требующих более значительных затрат, Общество вовсе не предпринимало. Даже для музея в течение всего времени своего существования Общество могло купить не более 20 предметов на сумму около 500 р. Главным же источником после академической библиотеки, из которой поступило до 1000 разных предметов, обогативших церковно-археологический музей и поставивших его в числе первых по богатству и скоплению предметов церковных древностей, были пожертвования частных лиц и некоторых ученых учреждений. Самое богатое пожертвование было сделано великим князем Владимиром Александровичем, подарившим обществу 466 предметов.

Что же касается пожертвований из библиотек и ризниц церковных и монастырских, на которые много рассчитывало Общество в самом начале своего существования, то из них в продолжение всего времени поступило не много более 20 предметов. Уже в 1880 г. музей имел каталог, и все предметы, в нем находящиеся, строго распределены по отделам. К 1 января 1889 г. всего числилось по музею: 1) памятников церковных, архитектуры, живописи, ваяния, скульптуры, разной утвари и т. п. - 2206 предметов; 2) памятников нецерковных - 11698; 3) фотографических снимков, гравюр и т. п. - 1155; 4) актов, грамот - 1400; 5) рукописей - 946; 6) старопечатных церковно-славянских книг - 589. По библиотеке музея: книг и брошюр - 1190, а всего по музею с библиотекой - 21184 предмета.

11. Императорское общество любителей древней письменности. Общество обязано своим возникновением инициативе князя П. П. Вяземского, большого любителя и знатока памятников древней письменности. Им же составлен и устав Общества, утвержденный министром народного просвещения 18-го мая 1877 года. По уставу главною целью Общества было "издание доселе ненапечатанных рукописей, писанных на церковно-славянском языке, со всеми его оттенками племенными и временными, по всем отраслям человеческого знания", а также переиздание неисправно напечатанных или составляющих библиографическую редкость древних произведений. На другой же год Обществом решено было печатать все издания в особом органе Общества "Памятники древней письменности", который с 1878 г. аккуратно выходит до настоящего времени по нескольку выпусков в год. В нем, кроме подлинных памятников древней письменности, помещались и разнообразные исследования: исторические, литературные, по истории искусств, протоколы и отчеты о деятельности Общества. Исследования по истории искусств, собственно говоря, только и сближают это общество с археологическими обществами, вообще же оно скорее может быть названо археографическим. Поэтому мы ограничимся только указанием исследований и докладов по истории искусства. В числе первых по времени исследований этого рода, помещенных в "Памятниках", было исследование Султанова "Образцы древнерусского зодчества в миниатюрных изображениях" (1881), затем Берга "Нечто о древности типа деревянных построек и резьбы в Волжском крае" (1882) и Стасова "Картины и композиции, скрытые в заглавных буквах древних русских рукописей" (1884). В числе постоянных докладчиков Общества были его члены Султанов, Покровский, Кондаков, затем сделали несколько сообщений по этому предмету: проф. Варшавского университета Кирпичников, Барсуков, Савваитов, Прахов и др. При обществе имеются музей и библиотека, которым начало положил основатель Общества кн. П. П. Вяземский. В музей вошли не только древние рукописи, но и памятники вещественные, напр. одежды, украшения и проч. С 1882 г. Обществу высочайше разрешено именоваться "Императорским"; существование же его обеспечивается более частными средствами, нежели казенною субсидиею, даже помещается оно в доме гр. Шереметева, почетного председателя Общества.

12. Московское нумизматическое общество, устав которого был утвержден г. министром народн. просвещ. 4 марта 1888, имеет целью: а) "исследования в области нумизматики вообще, в частности же и по преимуществу русской, а равно и распространение в России нумизматических знаний; б) доставление возможности более тесного общения, в интересах изучения нумизматики, как лицам, специально посвятившим себя этому изучению, так и любителям и в) ограждение неопытных собирателей монет, медалей и сочинений по нумизматике от эксплуатации их торговцами редкостей" (§ 1). Общество состоит из членов: почетных, действительных и корреспондентов (§ 3). Делами общества заведуют общее собрание и комитет. Последний состоит из председателя, его товарища, секретаря и его товарища, казначея, библиотекаря и хранителя коллекций; общие собрания бывают: годичные, обыкновенные (не менее одного в месяц, за исключением пяти месяцев - с мая по сентябрь включительно) и экстренные. Обществу, между прочим, предоставляется (по § 2) право снаряжать "комиссии и экспедиции для нумизматических исследований, а также и для обозрения и описания нумизматических коллекций, библиотек и памятников, и устраивать съезды нумизматов, как отечественных, так и заграничных.

13. Епархиальная церковно-археологическая комиссия под председательством преосвященного Агафодора, епископа Балахнинского, учреждена в Нижегородск. епархии 16 мая 1889 г. Комиссия имеет целью всестороннее изучение прошедшей жизни местной церкви, начиная от первого появления христианства в пределах Низовския земли и до последнего времени, во всех ее проявлениях, т. е. со стороны распространения христианства между инородческим населением края, со стороны образования приходов, устройства церквей и часовен, религиозно-нравственной жизни клира и мирян, ее роста и упадка, - уклонений в магометанство, язычество, раскол в сектантство, - распространения образования и проч. Комиссия пока занята устройством внутреннего распорядка.