ЭСБЕ/Аугсбургское исповедание

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Аугсбургское исповедание
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Араго — Аутка. Источник: т. II (1890): Араго — Аутка, с. 453—456 ( скан · индекс ) • Другие источники: МЭСБЕ
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные


Аугсбургское исповедание (Confessio Augustana) — важнейший символ веры лютер. церкви. Когда Карл V, стремясь к мирному улажению церковного раскола, возникшего в Германии в 1517, решился, в качестве защитника и оплота церкви, созвать на 8 апр. 1530 г. в Аугсбурге сейм, то он предписал, чтобы обе партии, и католики, и протестанты, представили на латинском и немецком языках письменное изложение своих воззрений на наступивший раскол. Ввиду этого Иоанн, курфюрст Саксонский, поручил 14 марта своим виттенбергским богословам — Лютеру, Ионасу, Бугенгагену и Меланхтону — приготовить записку о спорных пунктах, касающихся как вопросов веры, так и внешних обрядов церкви, и записку эту представить ему в Торгау к 20 марта. Соответственно своему содержанию записка эта должна была состоять из двух частей. В основание первой части, трактующей о вере, были положены так наз. 15 марбургских и 17 швабахских правил. На религиозном диспуте в Марбурге (с 1 по 3 окт. 1529) между Цвингли и Эколампадиусом с одной, Лютером и Меланхтоном с другой стороны были выработаны 15 правил, которые объединили учения реформатской и лютеранской партий по всем пунктам, за исключением вопроса о св. Причащении. Вскоре правила эти, переработанные Лютером и доведенные до числа 17, были им представлены на соборе в Швабахе (16 окт. 1529 г.), от которого они получили свое название. Если первые правила выдвигают на первый план пункты, общие обеим партиям, то в последних учение самого Лютера во всех спорных вопросах выступает во всей своей резкости. Такой редакцией Лютер надеялся укрепить союз лютеранских князей с верхненем. городами. Эти-то последние правила и послужили основой для первой части исповедания. Для второй же части, обнимающей учение о внешних обрядах церкви, вышеупомянутые богословы общими силами выработали совершенно самостоятельный трактат, который они представили курфюрсту в Торгау, почему он и известен под именем Торгауского правила. Окончательный текст записки, предназначенной для императора, должен был быть составлен Меланхтоном, который обязан был руководствоваться этими предварительными работами. Труд этот был начат им по пути в Аугсбург и окончен, переработан и усовершенствован на месте, чему благоприятствовали продолжительное пребывание в Аугсбурге императора (по 20 июня) и обнародование Иоанном Эком 404 пунктов, извлеченных из сочинений тех богословов, «которые нарушают мир церкви». Вскоре труд этот получил значение необычайное, так как он, первоначально написанный по поручению и от имени курфюрста, был признан всеми государственными чинами как общее исповедание и в качестве такового был представлен императору. С тех пор он перестал называться «апологией», «саксонским предложением», «саксонским правилом» или «саксонским совещанием», и ему было присвоено общепризнанное название «Исповедания». Ввиду такого его значения в окончательной редакции текста приняли участие и другие евангелические государственные чины; так, напр., формальное вступление и заключение принадлежат перу канцлера Брюка; наконец текст был отправлен к Лютеру, которого императорская опала удерживала в Кобурге. Исповедание было написано одновременно на лат. и нем. языках; над улучшением лат. текста неустанно трудился Меланхтон, вплоть до самой передачи его императору. Сообразно с обстоятельствами времени и ясно выраженному желанию курфюрста исповедание не носит характера символа церкви, уже окончательно обособившейся, не является теолог. выражением раскола, ставшего уже совершившимся фактом; скорее это предложение мира, направленное к противникам, формулировка начал, на основе которых евангелическая партия усматривала возможность примирения. Вот почему положения, признаваемые обеими партиями, выступают с особенной силой, пункты же спорные по возможности отодвинуты на задний план и касаются только того, в чем уступка казалась абсолютно невозможной, да и здесь они выражены крайне мягко и осторожно. Первая часть Исповедания содержит следующие 21 статью, обнимающие вопросы веры и учения: 1) о Боге, 2) о первородном грехе, 3) о Сыне Божием, 4) об оправдании, 5) о должности проповедника, 6) о новом послушании, 7) о церкви, 8) чем должна стать церковь, 9) о св. крещении, 10) о св. причащении, 11) об исповеди, 12) о покаянии, 13) о таинствах и их совершении, 14) о церковном управлении, 15) о церковном устройстве, 16) о благочинии и управлении светском, 17) о Страшном Суде, 18) о свободе воли, 19) об источниках греха, 20) о вере и благих делах, 21) о почитании святых. Все эти статьи (за исключением двух последних, которые были написаны заново и присоединены к швабахским правилам) изложены весьма кратко; зато вторая часть Исповедания, захватывающая вопросы более практического свойства, разработана тщательно и с большими подробностями. Она состоит из семи статей, посвященных вопросам, «по которым возникло разногласие, и излагающих злоупотребления, делающие реформы необходимыми». Это следующие статьи: 22) о причащении под двумя видами, 23) о браке лиц духовных, 24) о церковной службе, 25) об исповеди, 26) о разграничении в пище, 27) об обетах монашества и 28) о власти епископов.

А. исповедание было подписано Иоанном, курфюрстом саксонским, Георгом, маркграфом бранденбургским, Эрнстом, герцогом люнебургским, Филиппом, ландграфом гессенским, Вольфгангом, князем ангальтским, представителями имперских городов, Нюрнберга и Рейтлингена и, вероятно, еще Иоанном-Фридрихом, курпринцем саксонским, и Францем, герцогом люнебургским. В субботу 25 июня 1530 г. в 4 часа пополудни, после вступительной речи, произнесенной на латинском языке саксонским канцлером Брюком, был прочтен саксонским же канцлером Байером немецкий текст Исповедания, причем голос канцлера звучал так внятно и сильно, что теснившаяся на дворе толпа не пропустила ни одного слова. По окончании чтения император принял по экземпляру каждого текста и объявил, что решение его по зрелом размышлении будет обнародовано. Католики же вопреки первоначальному приказу императора были освобождены от обязанности представить свой символ веры ввиду того, что они оставались верны прежнему строю и учению церкви. Еще во время пребывания сейма в Аугсбурге Исповедание, вопреки запрещению императора и помимо ведома евангелических государственных чинов, было отпечатано и еще в том же 1530 г. выдержало 7 изданий (шесть немецких и одно латинское). Тогда во избежание погрешностей и искажений текста Меланхтон сам принялся за издание своего труда и в том же 1530 г. выпустил в Виттенберге так назыв. «Editio princeps» с текстами немец. и латинск. (это не оригинал и перевод, а две совершенно самостоятельные редакции). В следующие за тем годы он выпускал одно издание за другим и в каждое из них вносил какие-нибудь изменения; важнейшие из них содержатся в латинском издании 1540 г. («Confessio variata»), особенно много изменений внесено в ст. 4, 5, 6, 18, 20 и 21, но, главным образом, в ст. 10 о св. Причащении, ибо здесь Меланхтон стремился выработать формулу, которая примирила бы враждующие воззрения Лютера и Кальвина. Это «изъясненное, кое-чем дополненное» Исповедание удостоилось молчаливого одобрения Лютера, а евангелические богословы и государств. чины признали его точным изложением Исповедания 1530 г.; затем, несмотря на то, что Иоанн Эк уже в 1541 г. на религиозном диспуте в Вормсе указывал на различия между редакцией старой и новой, последняя была торжественно принята и освящена авторитетом церкви на коллоквиях 1546 г. в Регенсбурге, 1557 г. в Вормсе и на съезде князей 1561 г. в Наумбурге. Лишь в 1560 г., когда на религиозном диспуте в Веймаре фанатик Флациус заклеймил эти изменения наравне со многими другими искажениями чистого учения Лютера, возгорелась борьба лютеранской ортодоксии с этим «видоизмененным» Аугсбургским Исповеданием (variata), борьба, которая отличалась необузданными нападками на Меланхтона и прекратилась только в половине XVIII столетия. Дословное восстановление первоначального текста А. Исповедания является вообще делом невозможным, так как оба экземпляра, врученные императору в Аугсбурге, как латинский, так и немецкий, затерялись. Латинский экземпляр император сначала оставил у себя, а впоследствии он был передан в имперский архив в Брюсселе, где он находился еще в 1568 г., но с той поры нет достоверных о нем сведений; существует предположение, что герцог Альба увез его в Испанию. Немецкий же экземпляр перешел в имперский архив в Майнц, оттуда он, кажется, был отправлен на Тридентский собор и по пути затерялся, но возможно и то, что он еще раньше пропал. Что же касается текстов, ныне употребляемых, то текст, принятый в сборниках символических книг, наиболее близко подходит к латинскому подлиннику; немецкий же текст, сверенный с оригинальными изданиями Меланхтона и потому считающийся почти тождественным с немецким подлинником, напечатан Титманом (Дрезд., 1830).

Лютеранская церковь всегда придерживалась первоначальной редакции А. Исповедания, и на основе этого именно исповедания она в 1555 г., по религиозному миру, заключенному с последователями нового вероучения, получила государственное признание. Тем не менее лютеранская церковь не отвергает возможности изъяснить Исповедание 1530 г. «по мысли и намерению его автора», т. е. по изданию 1540 г. В противоположность отношения реформатской церкви к А. Исповеданию никогда не имели характера устойчивости. Реформаты сами присоединились к А. Исповеданию и именно к его первоначальной редакции, как это имело место при заключении конкордии в Виттенберге (1536, равным образом в Швейцарии в 1583), присоединились бесповоротно, но опять-таки не без исключений. Так, Кальвин в 1541 г. на религиозном диспуте в Регенсбурге подписал «изъясненное» А. Исповедание; то же сделали Фарель и Беца на коллоквиуме в Вормсе. С другой стороны, Фридрих III, курфюрст пфальцский, перешедший к реформатам, подписал в 1561 г. А. Исповедание в его первоначальной редакции, и, несмотря на переход свой к реформатам, он в качестве последователя А. Исповедания был на Аутсбургском сейме 1566 г. принят евангелическими государственными чинами под свою защиту против императора Максимилиана II. Наконец, Иоанн-Сигизмунд, курфюрст бранденбургский, перешедший в реформатскую церковь в 1614 г., явственно высказался за А. Исповедание без всякого разграничения между видоизмененной и невидоизмененной редакцией его; то же сделали в 1645 г. на религиозном диспуте в Торне и реформаты в Польше. На основании этих прецедентов великий курфюрст Фридрих-Вильгельм, несмотря на всевозможные противодействия, настоял при заключении Вестфальского мира (1648) на том, чтобы реформаты явственно и официально причислены были к последователям А. Исповедания. Но богословы ортодоксального лютеранства упорно оспаривали правильность такого объединения, выставляя на вид различия между учениями реформатской и лютеранской церквей по вопросам: о предопределении, о первородном грехе, о св. причащении, о действии Святых Тайн, о communicatio idiomatum. И в XIX веке они вновь выставили положение о том, что одно лишь первоначальное А. Исповедание (invariata) является действительным выразителем Лютерова учения. С другой стороны, умеренная партия ортодоксального лютеранства делала неоднократные попытки к тому, чтобы поднять А. Исповедание на степень всеобщего символа всей евангелической церкви (так, напр., на церковном сейме 1853 г. в Берлине), но все старания ее разбивались о протесты ортодоксальных теологов. Несомненно, однако, одно: что из всех символических книг А. Исповедание скорее всего может быть признано «Символом веры» евангелической церкви. Элемент теологический в узком смысле отступает на задний план в сравнении с основной великой идеей Реформации, как бы явственно ни выступали догматические воззрения XVI стол. Ср. Вебер, «Historié der Augsburger Konfession» (2 т., Франкф., 1783); Ферстерман, «Urkundenbuch zu der Geschichte des Reichstags zu Augsburg» (т. I, Галле, 1833); Плитт, «Einleitung in die Augustana» (2 т., Эрланген, 1867—68); Цёклер, «Die Augsburger Konfession als symbolische Lehrgrundlage der deutschen Reformations Kirche» (Франкф., 1870); Ширмахер, «Briefe und Akten zu der Geschichte des Religionsgespräch zu Marburg 1529 und des Reichstags zu Augsburg 1530» (Гота, 1876); Цёклер, «Die A. K. historisch und exegetisch untersucht» (Франкфурт, 1870).

«Repetitio confessionis augustanae saxonica» образует новую символическую книгу, переработанную Меланхтоном в 1551 г. для представления на Тридентский собор, которая была принята и подписана почти во всех немецких государствах. О признании А. Исповедания Восточной церковью хлопотал уже Меланхтон, пославший в 1559 г. греческий перевод его константинопольскому патриарху Иоасафу II, причем он писал патриарху, что «евангелики остались верны догматическим определениям соборов и учению отцев церкви и что они отреклись только от суеверия и невежества латинских монахов». Еще раньше, в 1552 г., датский король Христиан III, отправляя в Россию по просьбе Иоанна Грозного художников и книгопечатников, между прочими книгами прислал и А. Исповедание и просил Грозного поручить Гансу Миссенгейму (один из книгопечатников) перевести его на русский язык и напечатать. Ответ Грозного неизвестен, но книга переведена в Москве не была. А. Исповедание в славянском переводе было напечатано в 1562 г. Примусом Трубером в книге «Артикулы правой веры» (вместе с Саксонским и Вюртембергским вероисповеданиями). Экземпляр этой книги хранится в Имп. публичной библиотеке в С.-Петербурге. Еще раньше появились переводы А. Исповедания в Польше, где оно было известно под именем немецкого в отличие от исповедания евангелической церкви, называвшегося польским. Первое польское издание И. Секлуцияна относится к 1540 г. Затем последовали издания Станислава Лутомирского (1556), И. Радомского (1561) и др. См. Апология А. Исповедания (т. I А., стр. 909).