ЭСБЕ/Нарежный, Василий Трофимович

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Нарежный, Василий Трофимович
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Наказный атаман — Неясыти. Источник: т. XXa (1897): Наказный атаман — Неясыти, с. 608—609 ( скан ) • Другие источники: МЭСБЕ : НЭС : РБС


Нарежный (Василий Трофимович, 1780—1826) — русский писатель, автор первого бытового русского романа, родоначальник реалистической школы, предшественник Гоголя. Происходил из мелкой шляхты Миргородской сотни, Гадячского повета; первоначальную школьную подготовку получил, по всей вероятности, в черниговской семинарии, которая дала ему ряд впечатлений, переданных потом в его романах. В 1792 г. Н. поступает в дворянскую гимназию при московском университете и по истечении 6 лет «производится», за отличные успехи в науках, в студенты. Пробыв около двух лет в университете, Н. определяется на службу чиновником при правителе Грузии, Коваленском; в Грузии он занимает различные должности до 1803 г., затем служит в Петербурге, сначала в министерстве внутренних дел, потом в горной экспедиции кабинета, наконец, после кратковременной отставки, в военном министерстве. Несмотря на значительный успех, которым он пользовался в современной ему литературе, Н. прожил всю жизнь в стороне от литературного мира, не участвуя в борьбе карамзинистов с Шишковым и его друзьями. Мелкий чиновник, не имевший доступа в высшие круги общества, где сосредоточивалась тогда главным образом литературная жизнь, Н. творил, не угождая современности, но невольно отражал наиболее характерные черты своей эпохи.

Еще студентом он помещает повести и поэмы, написанные под сильным влиянием Державина, в «Приятном и полезном препровождении времени» Подшивалова и Сохацкого (1798 г.) и в «Ипокрене» Сохацкого (1799—1800 гг.). Относящаяся к этому же приблизительно времени трагедия «Кровавая ночь, или Конечное падение дома Кадмова» не выделяется из ряда современных ей трагедий, но указывает на дарование автора. Жизнь в Тифлисе, служебные столкновения с новыми людьми дали Н. возможность многое увидеть и на многое негодовать: злоупотребления чиновников, бесправие, общее невежество, жадность к наживе — все это изображено им в сатирическом романе «Черный год, или Горские князья», наполненном, по образцу модных тогда romans d’aventures, массой самых невероятных приключений; но эти приключения служат лишь фоном, по которому автор рисует ряд типов кавказских администраторов. Это было причиной того, что роман появился в печати лишь в 1829 г., после смерти автора; в это время грузинские дела были забыты, а вкусы публики и критики настолько развились, что роман оказался устарелым. В 1804 г. Н. напечатал трагедию «Дмитрий Самозванец» — крайне неудачный сколок с «Разбойников» Шиллера. Открытие «Слова о Полку Игореве», переводы песен Оссиана и вообще оживление интереса к родной старине и народности отразилось и на Н.; он выпускает в свет первую часть «Славенских вечеров» (1809). Повести, вошедшие в ее состав, не выше многих других тогдашних повестей, но критика отнеслась к «Слав. вечерам» довольно благосклонно. В 1810 г. Н. печатает в журнале «Цветник» еще две повести, несколько более удобочитаемые.

В 1814 г. появились первые три части романа Н. «Российский Жильблаз, или Похождения князя Гаврилы Симоновича Чистякова». Здесь, на канве, взятой у Лесажа, Н. дал немало картин из русской жизни. Роман, разрешенный цензурой, был, однако, отобран и уничтожен по распоряжению министра народного просвещения графа Разумовского, за безнравственность и за «предосудительные и соблазнительные места». Настоящей причиной запрещения были обличения масонов, изображенных Н. в крайне непривлекательном, карикатурном виде (они в это время пользовались покровительством властей); был затронут им и вопрос о нормальности крепостного права, приведены примеры вопиющего злоупотребления помещичьей властью. Это — настоящий русский бытовой роман, отразивший наиболее выдающиеся черты русской литературы и общественной жизни той эпохи: славянофильство шишковистов, хищничество чиновников, скудость интересов высшего класса, бесхарактерность представителей русской интеллигенции. Все это, несмотря на длинноты, растрепанный стиль и неуклюжее построение романа, очерчено живо, характерно и выпукло. Гораздо слабее повесть Н.: «Аристион, или Перевоспитание» (1822), принадлежащая к разряду нравоучительных повестей, которыми так богат XVIII век. Талантливо начертан только тип скупца — пана Тараха, — предшественника гоголевского Плюшкина. В 1824 г. Н. издал «Новые повести», частью в сентиментальном роде («Мария»), частью в восточном, поучительном («Турецкий суд»), главным же образом — в том направлении, которому он следовал в «Жильблазе». Повести «Богатый бедняк», «Запорожец», «Заморский принц» являются чисто реальными, нравоописательными; последняя представляет собой скорее комедию и имеет некоторое сходство с «Ревизором».

Наиболее известное и до сих пор читаемое произведение Н., «Бурсак», вышло в свет в 1824 г. Оно вполне самостоятельно, как в сюжете, так и в деталях. Типы, не шаржированные, а нарисованные прямо с натуры, отличаются замечательной жизненностью. Герой, Неон, проходящий многотрудную стезю бурсацкого воспитания, является совершенно живым лицом, приключения его вполне возможны и вытекают одно из другого; характер героя обусловлен внешней обстановкой его жизни. Лишь в конце романа заметны неправдоподобие в действии и уступки требованиям сентиментальной школы. Повесть «Два Ивана или страсть к тяжбам» (1825) вышла через две недели после смерти автора. Здесь изображено сутяжничество малороссов: два соседа заводят тяжбу, которая разоряет их обоих (сюжет, позже послуживший Гоголю для его «Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем»).

Тогдашняя критика не раз упрекала Н. за отсутствие «образованного вкуса», за необработанность языка, за стремление изображать отрицательные, грязные стороны жизни, пьянство, пошлость и грязь серого обыденного быта. Современники называли Н. «Теньером русской литературы», но признавали за ним и достоинства, например уменье сохранить в рассказе характер «местности и народности». По мнению князя П. А. Вяземского, Н. «одному и первому» из современных ему писателей удалось победить величайшую трудность — охватить подробности русской жизни для составления русского романа. Историческое значение Н. велико; он может быть назван предшественником Гоголя. Он первый дал образцы русского романа, свободного от подражательности сентиментальным, нравоучительно-отвлеченным переводным романам, которыми зачитывалась русская публика конца прошлого и начала нынешнего века.

См. Н. А. Белозерская, «Василий Трофимович Н.» (изд. 2-е, 1896, ч. II и прил.); акад. К. Н. Бестужев-Рюмин в «отчете о 35-м присуждении наград графа Уварова» (1895). Романы и повести Н. изданы Смирдиным в 1835—1836 гг.; позже отдельно издан А. Сувориным «Бурсак».

В. П.