ЭСБЕ/Отрицание

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Отрицание — логический акт, противоположный утверждению. Цель мыслительной деятельности — познание истины — заключается, в образовании таких утвердительных суждений, в которых отражалась бы связь и строение реальности; но достижение этой цели возможно только благодаря участию в мышлении О. Отрицание так тесно связано с утверждением, что всякое О. заключает в себе неопределенное утверждение, а во всяком утверждении заключен целый ряд О. Путем О. можно достигнуть совершенно точно определенного утвердительного суждения в том случае, ежели все возможные решения какого-либо вопроса известны, и относительно всех их, за исключением одного, может быть показано, что они не соответствуют действительности; в таком случае получится вполне доказанное утверждение, что остающееся решение и есть истинное. Закон исключенного третьего гласит, что из двух противоречащих суждений, т. е. двух суждений различных по качеству и количеству, но одинаковых по содержанию, одно непременно должно быть истинным, а другое ложным; таким образом, между утвердительным и отрицательным суждением одинакового содержания, но различного количества и качества, полагается полное различие, полная непримиримость. Однако, не должно думать, что между утверждением и О. нет посредствующих звеньев, по крайней в сфере психологической. Целый ряд психических состояний, занимающих посредствующее положение между уверенностью в существовании или отсутствии какого-либо факта, выражается соответственными суждениями, различной логической ценности: напр. состояния неполной уверенности, различной степени вероятности, сомнения, допущения возможности нескольких решений известного вопроса находят себе выражение в суждениях условных и разделительных, отличающихся от категорических тем, что в них можно указать некоторый элемент О. По существу всякое О. есть ничто иное, как утверждение небытия, отсутствия чего бы то ни было; поэтому оно должно выражаться в суждении, а так как нерв суждения заключается в связке (есть, не-есть), то О. должно заключаться в связке или глагольной форме (сказуемом), заменяющей связку. Однако, есть суждения, в которых О., по-видимому, находится в подлежащем (определяемом) или же в дополнении (напр. не он зовет меня; он зовет не меня) — но в этих случаях мы имеем дело с суждениями, имеющими лишь форму отрицательных, а по существу представляющие утвердительные суждения неопределенного содержания; эти суждения могут быть, без ущерба для выраженной в них мысли, преобразованы в утвердительные суждения. Подобно тому, как некоторые суждения только по форме отрицательные, в действительности же выражают собой лишь утверждение неопределенного вида, так и некоторые понятия, несмотря на отрицательную форму, указывающую на историю возникновения понятия, имеют положительное содержание. Напр. в понятии неорганического мыслится не только отсутствие жизни, но и положительное содержание. Форма этого понятия указывает лишь на то, что оно возникло путем сравнения с организмом, благодаря которому найден признак, отсутствующий в неорганическом мире. Часто, однако, действительно отрицательное понятие замещает собой положительное; им пользуются как принципом объяснения реальных явлений, забывая его отрицательный характер, и таким образом впадают в ошибки. Напр. в понятии бессознательного мыслится только отсутствие сознания; тем не менее, некоторые психологи пользуются бессознательным, как принципом объяснения явлений, а Гартман сделал это понятие даже основой своей философской системы. В некоторых случаях отсутствие какого-либо условия принимают за действующую причину (напр. отсутствие ухода за больным считают причиной его смерти и т. д.); такая ошибка легко устранима. Понятия однородного содержания, но представляющие как бы два противоположных полюса, часто выражаются одно — утвердительным, другое — соответственным отрицательным, причем второе иногда и считается отрицательным, тогда как в действительности оно обозначает столь же реальное явление (например, счастье и несчастье, добро и зло и т. д.). Насколько произвольно это обозначение, видно из того, что Шопенгауэр старался в сфере нравственных явлений придать положительному понятию значение отрицательного, и наоборот: он полагал, что наслаждение есть только отсутствие страданий и обозначает собой, таким образом, отрицательное понятие (психологически это, несомненно, ошибочно). О. в философских системах играло весьма разнообразную роль. Гераклит, напр., видел в О., в борьбе сущность бытия; такое же важное значение имеет О. и в диалектическом развитии понятий, ибо благодаря ему одно понятие переходит в ему противоположное (бытие — в небытие). Самый процесс О., будучи объективирован, дает понятие небытия, роль и значение которого в философских системах чрезвычайно разнообразны. Демокрит, напр., считает небытие столь же реальным, как и бытие, подразумевая под небытием пустое пространство, нереальность которого была впоследствии показана Декартом. Платон называет не существующим (ούκόν) мир явлений, в отличие от реально существующих идей. В этом случае понятие небытия обозначает собой лишь низшую степень реальности — видимость, имеющую свое местопребывание лишь в сознании человека, а не в объективном мире. Для Канта, наоборот, мир действительного бытия, мир предметов самих по себе, представляет собой как бы небытие или низшую степень бытия, ибо о нем мы можем сказать только, что он существует, но знать о нем ничего более не можем.

Э. Р.