ЭСБЕ/Сирийская литература

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Сирийская литература
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Сим — Слюзка. Источник: т. XXX (1900): Сим — Слюзка, с. 67—73 ( скан )
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия


Сирийская литература. — На центрально-арамейском (эдесском) наречии (см. С. язык) существовала обширная литература исключительно христианского направления, в создании которой деятельное участие принимали все арамейские христиане, хотя бы разговорным их языком было и не эдесское наречие; на наречии западно-арамейском написаны Таргумы, иерусалимский Талмуд, христианско-палестинский перевод Библии IV—V в., и др.; на восточно-арамейском — вавилонский Талмуд, мандеитские книги. Если принимать термин «С.» за синоним термина «арамейский», то к С. литературе следовало бы относить все памятники всех трех наречий; но исстари принято под сирийской литературой понимать только христианскую, и поэтому она оказывается представленною почти исключительно памятниками наречия эдесского, так как христианских произведений, писанных на двух других наречиях, очень мало. У этой литературы и алфавит особый — эстрангело. Что касается таких памятников, как Талмуды, то они, опять-таки на основании принципа религиозного, а не лингвистического, включаются в область литературы еврейской, а не сирийской, и письмена их — еврейские. Одним из наиболее ранних явлений С. письменности был перевод Ветхого и Нового Завета. Перевод, общепринятый теперь у С. христиан (т. е. еретиков — несториан, иаковитов и маронитов, потому что православных арамейцев не осталось и только в последнее время происходит воссоединение), называется пешиттâ [1], т. е. простой, или «вульгата» (см. III, 675); термин этот вошел в употребление в IX—X в. Пешиттâ создался в несколько периодов: это — произведение II в., церкви эдесской, исправляемое впоследствии согласно с переводом Семидесяти; но в Пятикнижии и книге Иова ясно чувствуется еще перевод с еврейского, тогда как в книгах Пророков рука христианских проверщиков произвела многочисленные совпадения с Семьюдесятью. 2-е и 3-е послание Иоанна, 2-е Петра, Иуды и Апокалипсис, отвергаемые ранней С. церковью, теперь имеются в Пешиттâ (издания Пешиттâ — библейского общества и американской миссии в Урумии). Кроме канонического текста Пешиттâ, до нас случайно дошли отрывки более архаичного вида; таков Синайский палимпсест (изд. в Кембридже 1894, с предисл. Льюиса), таково Τό διά τεσσάρων εύαγγέλιον Татиана и отрывки, изданные Кюретоном (1858). Этот архаичный текст был вытеснен каноническим, равно как вытеснены и более поздние переводы монофизитов, сделанные с греческого: Аксенâйâ, или Филоксена, еп. Маббôгского (485—519), Павла Телльского из-под Александрии (616—617) и его сотоварища Фомы Гераклейского, епископа, бежавшего в Египет из Маббога, и наконец сводный эклектический текст Иакова, еп. Эдесского (704—705). У несториан, которые вообще строго держались Пешиттâ, не имел успеха единственный опыт нового перевода (с греч.), произведенный католикосом Мар-Абою I (536—552). Только у мелькитов, т. е. православных, был в ходу вместо текста Пешиттâ свой особый перевод, сделанный в IV—V в. на зап.-арам. наречии, близком к речи иудаистических таргумов (Nöldeke, в «Z. D. M. G.» 1868, т. XXII, 443 и сл.); этот перевод издан по иерусалимской рукописи XI в. Минискальки Эриццо («Evangelium Hierosolymitanum», Верона, 1861— 64). Наряду с Библией, исстари начала распространяться в С. и апокрифическая литература, постепенно все более и более обогащавшаяся; к ней, сверх ветхозаветных и новозаветных апокрифов в общепринятом смысле, относят и такие произведения, как повесть о премудром Ахикаре (у славян — Акире). Для истории апокрифов С. тексты (или, в случае их утраты, сделанные с них арабские переводы) очень важны. См. издания и труды Ланда, Гофманна («Auszüge aus syr. Akten pers. Märtyrer»), Лагарда, Кюретона, Цингерле, Райта (Wright, особенно «Apocr. acts of the Apostles», 1871) и др. — Наконец, к начальным моментам сирийской литературы относятся переводы и обработки богослужебных книг, число которых с распадением С. на секты несториан, иаковитов (ветвь монофизитов), маронитов (ветвь монофелитов) и мелькитов (= православных) постепенно увеличивается до крайнего изобилия. О разных С. литургиях, богослужебных обрядах и т. д. — см. труды и издания Ассемани, Ренодо, Этериджа, Бадджера Говарда, Денцингера, Моринуса, Биккеля («Conspectus», гл. VII—X) и др.

Начальный период С. литературы (II—IV в.) — православный, но ряд отдельных С. писателей открывается еретиком Бар-Дайсаном (Бардесаном, 154—222; см. III, 55), гностиком; кроме гимнов, он написал «Историю Армении», которою пользовался Моисей Хоренский (см. XIX, 610). Св. Иакову, еп. Нисибисскому (ум. 350; см. XIII, 612), приписывались проповеди (есть арм., арабский и эфиоп. переводы); но теперь выяснено, что их автор — Афрахат (Иаков), персидский христианин; он, вероятно, был епископом в монастыре св. Матвея под Мосулом и писал в 337—345 гг., во время великого гонения на христиан при Сапоре II (изд. Райт; 8 проповедей перевел Биккель в Тальгоферовой «Bibl. d. Kirchenväter», 102 и 103; см. еще Зассе, 1878, Форгет, 1882, «Patrologia Syriaca», т. I, 1894). Младший современник Афрахата — знаменитейший из отцов С. церкви и плодовитейший писатель Ефрем Сирин (ум. 373; см. XI, 695). От Ефрема Сирина ведут эру расцвета С. литературы, но, собственно говоря, его школа не дала ни одного талантливого писателя. Гораздо более, чем ученики Ефрема, известны церковные поэты конца IV и нач. V в. — Балай и Кириллôнâ; одно из стихотворений последнего, говорящее о саранче и о вторжении гуннов 395 г., содержит в себе, таким образом, определенную дату (отрывки, сохранившиеся от Кириллôны, изд. Биккелем в «Z. D. M. G.», т. XXVII, 1873, и перев. в Тальгоферовой «Bibl. d. Kirchenv.», 41). Жития сирийских мучеников, пострадавших при Сапоре II (309—379), Ездигерде I (399—420) и Бехраме V (420—438), и вообще жития святых С. церкви, хранившиеся до того времени в виде отдельных мартирологов и биографий, были в V в. собраны в большой сборник: «Книгу мучеников» Мâрŷфою старшим, еп. Майперкатским (Мартиропольским), который два раза ездил послом от императора Феодосия II к персидск. царю Ездигерду I (изд. Ассемани в I т. «Acta sanctorum», 1748; нем. перевод Цингерле, 1886: «Echte Actend. h. Mart.d. Morg.»; русск. пер. в «Христианск. чтении», 1827—28).

Расцвет С. литературы (IV—VI в.) совпадает с первыми двумя веками разделения С. церкви на две враждебные еретические ветви: несторианскую (см. XX, 922) и монофизитскую (XIX, 786). Идеи Нестория широко распространились в Сирии и вызвали горячее преследование со стороны православных; особенно усердным гонителем и обличителем явился эдесский епископ (411—435) Раббула. Вражда против несторианства привела к другой крайности — к ереси монофизитской, которая в свою очередь подверглась гонению от православных и вызвала себе таких обличителей, каков Исаакий Великий (ум. ок. 460) из Антиохии, ученик одного из учеников Ефрема Сирина. Этот плодовитый писатель, кроме обличений на монофизитов и несториан и посланий к Симеону Столпнику, написал множество стихотворных проповедей; они изд. и перевод. Биккелем; одна из них — в 2137 стихов — посвящена попугаю, который провещал «Св. Боже» на стогнах Антиохии. Несмотря на преследования со стороны православного правительства и его С. приверженцев, обе ереси широко захватили народную массу, одна — на востоке арам. области, другая — на западе. Несторианским центром была Эдесса с ее прославленным училищем («персидской школой»). Епископом этого города сделался после Раббулы горячий несторианский полемист — Хиба (у греков Ίβας, Ива); он был осужден и низложен на Эфесском разбойничьем соборе (449), но восстановлен на Халкедонском (451). «Персидская школа» много переводила на С. язык с греческого — преимущественно сочинения богословского, догматического характера, особенно те, которые нравились несторианам: Павла Самосатского, Диодора Тарсийского, Феодора Мопсуэстского, Нестория, Феодорита Киррийского; но так как для понимания и истолкования их нужно было знать логику, то переводился и Аристотель. Аристотеля переводил Проб, вероятно, современник Ивы. Несторианин перс Ма’на переводил с греческого яз. на С. (напр. Феодора Мопсуэстского), а с С. язык — на пехлевийский; Ездигерд I в 420 г. поставил Ма’ну в католикосы Селевкии. Завидуя успехам несториан, враги всеми силами старались вытеснить их из Эдессы. В 449 г. был изгнан из Эдессы энергичный пропагандист Бар-Савмâ (прозванный монофизитами «дикий бык»). Он удалился на восток и сделался еп. Нисибиса, где также существовала знаменитая школа; католикосами селевкийскими тогда были Бâбôйе (ок. 457—483) и Акакий (484—496). Акакий, составитель поучений о посте и вере, о лживости монофизитства и т. п., известен еще тем, что перевел для царя Кавада (488—531) на персидский (пехлев.) язык рассуждение о вере Элиши, епископа Нисибисского, преемника Бар-Саумы. За Бар-Саумой последовал из Эдессы в Нисибис его друг Нарсай (иначе — Hapcê, ум. в нач. VI в.), прозванный у врагов «Прокаженным», а у несториан — «Арфой Св. Духа» за свои гимны (изд. и нем. перевод Фельдманна, Лпц., 1896); он же писал церковные службы, стихотворные проповеди, очень уважаемые толкования на Писание и т. д. В Нисибисе несториане настолько почувствовали себя свободно, что Мâри персиянин смело писал обличения против местных магов. В Эдессе тем временем по приказу имп. Зенона (488—489) была разрушена «персидская школа», и несториане массами принуждены были бежать на восток. Впрочем, и тут иногда грозила опасность со стороны Хосроев. Католикос Мар-Абâ I (536—552), чрезвычайно ученый человек (кроме перевода Св. Писания с греческого яз., он много писал по церковному праву и читал лекции в своей Селевкии), имел столкновения с Хосроем I Аноширваном и был сослан в Азербайджан, а несторианский храм в Селевкии разорен; католикос вздумал самовольно вернуться из ссылки, но был посажен в тюрьму, где и умер. Его современник, строгий аскет Авраам Кашкарский (Вâсытский), произвел ряд реформ в персидских монастырях. Авраам прекрасно знал и греч. философов. Другой знаток философии, истолкователь Аристотелевой «Диалектики» Феодор, поставленный Мар-Абою в епископы Мервские (около 540), пользовался известностью и у монофизитов-философов; напр. Сергий Расайнский посвящал ему свои труды. Его брат Гавриил, еп. Гормиздширский, опровергал манихеев и халдейских астрологов. Преемник Мар-Абы на селевкийском престоле, Иосиф (552), был искусным врачом, изучившим медицину у западных сирийцев, и в католикосы попал за то, что излечил Хосроя I (531—579) от болезни. Через три года его низложили за его деспотизм, но целых 12 лет, пока он не умер (567), никто не был назначен на его место. Иосиф составил 23 канона и список предшествовавших ему католикосов, причем особенное внимание посвятил тем, которые были свергнуты. При его преемнике Иезекииле (567—580), ученике Мар-Абы, Павел персиянин из Дêршахра, придворный Хосроя I Ануширвана, стремился занять место епископа Персиды, но, потерпев неудачу, перешел в зороастризм. Сочинения Павла посвящены защите знания перед верой; знание, по его словам, касается вещей точных, понятных уму, и потому ведет людей к единодушию, а вера касается вещей сомнительных и ведет к раздорам (Павлов перевод «Диалектики» Аристотеля издан и переведен на лат. язык Ландом в «Anecdota Syriaca», IV). Его современник Бôд, доезжавший по отдаленнейшим местам Персии до Индии, тоже писал рассуждения о вере, опровергал маркионистов и манихеев, составил книгу «Греческих (т. е. философских) вопросов» под непонятным заглавием «Алеф Мîûн»; все это не дошло до нас, но имя Бôда увековечилось его С. переводом (с пехлев.) инд. притчи «Килила и Димна» (см. III, 830). Чистоте несторианства в это время грозил раскол ханнанитов: глава нисибской школы, Ханнана Хедайабский, обнародовал новый устав своей школы и усвоил себе некоторые воззрения Златоуста, идущие вразрез с учением Феодора Мопсуэстского. При католикосах Ишô ябе I Арзонском (581—585) и Сабр-Ишô (596—604, любимце Хосроя II, авторе церковной истории; см. Гвиди в «Z. D. М. G.», т. XL) Ханнâнâ был осужден на соборах, но по смерти Сабр-Ишô при перс. дворе приобрел огромное влияние врач-монофизит Гавриил Синджарский, и ханнанитам удалось провести на патриарший престол своего кандидата Григория Кашкарского, не оправдавшего, впрочем, их надежд. После его смерти (607) патриарший престол оставался незанятым до 628 г., когда с участием знатных несториан был убит их притеснитель Хосрой II. Из богословских полемистов этого смутного периода отличился со стороны гонимых несториан архимандрит Бâбай Старший, опровергавший главного вождя ханнанитов — Иосифа Хаззайского. В то время, как несториане развивались на Востоке, монофизиты среди гонений развивались на Западе. Собор Халкидонский осудил за Евтихиеву ересь представителя С. м-рей на предыдущем соборе — архим. Бар-Саўму (ум. 458 г.), выдающегося монофизитского святого. В 518—521 г., при имп. Юстине, и с 535 г., при императоре Юстиниане, гонения на монофизитов приняли такой ожесточенный характер, что, казалось, ересь совсем исчезла. В это время отличились между монофизитами их главные писатели — Иаков Серугский, «флейта св. Духа и арфа верующей церкви», еп. Батнана (ум. 521; приписываемая ему литургия перев. у Ренадо в «Liturg. or collectio»; чин крещения издал Ассемани, проповеди, поучения и песнопения перевел Цингерле в «Z. D. М. G.», XII—XV, XX) и энергичный и пылкий полемист Филоксен Маббогский, уже упомянутый как переводчик Библии (речи его издал и перевел на английский яз. Budge, 1803—94; одно послание изд. Гвиди в Риме, 1886). В 519 г. Юстин изгнал Филоксена и 54 других С. епископов, отказавшихся принять постановления Халкидонского собора. Его современниками были: мистик-пантеист Стефан бар Судаилê (изд. Фротитама, Лейд., 1886); ранний С. историк — монофизист-столпник Иешуа, написавший в 507 г. историю виз.-перс. войны 502—506 г. между Анастасием и Кавадом (1 изд. абб. Мартина в 6-м т. «Abh. f. die K. d. Morg.», 2 изд. с англ. пер. Райта, 1882); Симеон из Бейт-Аршама (ум. ок. 548 г.) — один из немногих монофизитов, живших в Персии, ярый враг несториан, которых он, равно как и манихеев, опровергал, разъезжая по Персии и Вавилонии. Его сочин. о несторианине Бар-Сауме и о возникновении несторианства полно извращений; гораздо важнее его сочинение о преследовании аравийских (наджранских) христиан иеменским царем Зу-Новâсом (пис. в Хире, 524 г.; изд. и итал. пер. Гвиди, 1881). В Селевкии на Оронте в это время славилась школа греч. науки при м-ре св. Фомы; настоятель и глава школы, экзегетик и гимнолог Иоанн сын Афтонии (ум. 558 г.), бежал со всей братией от преследований Юстина на Евфрат и там основал новый монастырь и школу в Кен-Нешре, затмившие своей славой прежнюю обитель (оттуда вышли Фома Гераклейский; Иаков Эдесский и др. ученые). Между тем в Сирии начались счастливые времена для монофизитов, в 541 г. сев.-арабский гассанидский царь Харис-абн-Джабаля настоял, чтобы визант. правительство разрешило сосланному александр. патр. Феодосию рукоположить монофизита Феодора в еп. Бостры с духовной властью над Палестиной и Аравией, а в еп. Эдессы с духовной властью над Сирией и Азией — знаменитого Иакова бар-Феофила, прозванного Бурде’нâ (Baradaeus; см.), т. е. «облеченный в власяницу». Оба они с жаром принялись восстановлять монофиз. церковь. В 544 г. Иакову удалось провести избрание на антиох. престол своего друга, монофизита Сергия, а после его смерти — Павла (550). Ум. Иаков в 578 г.; при нем произошел раскол в монофиз. среде, и С. монофизиты с тех пор наз. иаковитами (см. Клейн, «Jacobus В., de Stichter der Synsche Monophysietische Kerk», Лейд., 1882). В числе монофиз. епископов, рукоположенных Иаковом, был Аху-д-эммê, митрополит Такритский (559) и глава монофизитов Персии, где он основал два моноф. монастыря и посвятил много священников. Хосрой Аноширван казнил Аху-д-эммê за крещение одного из членов царского дома (575). Соч. Аху-д-эммê — более философского, чем богословского характера: они трактуют о логике, свободе воли, душе в ее отношении к телу, человеке как микрокосме и т. п. или оспаривают мнения парсов и греч. философов. Сочинения философов незадолго перед тем были популяризованы среди монофизитов трудами Сергия — священника и главного врача в Рас-Айне (ум. 536 г.; переводил Аристотеля, Порфирия, Галена, Дионисия Ареопагита и др.). Павел, еп. Раккский (Каллиникский), прозв. «переводчиком», изгнанный в 519 г. из епархии, удалился в Эдессу и посвятил себя переводу Севера и других. Анонимный перевод (вероятно, какого-то монаха из Маббôга) «Гражд. законов имп. Константина, Феодосия и Льва», переведенный в свою очередь на яз. араб., арм., груз., лег в основу всего последующего законодательства вост. христиан по делам церковным, судебным, частным (см. Брунс и Захау, «Syrisch-Römisches Rechtsbuch», 1880). Какой-то монах из Эдессы сделал С. переделку, в трех частях, романа о Константине с его тремя сыновьями, о страданиях Евсевия папы римского при Юлиане-отступнике и об Иовиане (или Иовиниане); роман будто бы был составлен одним из придворных Иовиана, а переделка, по Нёльдеке, относится к 502—532 г. («Z. D. M. G.», XXVIII, 1874; перевод изд. Гофманном, Julianos der Abtrünnige, 1880). С литературной стороны роман интересен и хорошо обрисовывает нравы и мировоззрение сирийцев, но историч. значения он не имеет; однако арабские историки, начиная с Табари (см.), пользуются им как достоверным повествованием. Был еще и другой роман, тоже, вероятно, VI в., посвященный Юлиану; но он гораздо ниже по достоинству. Важное историческое значение имеет безымянная «Эдесская летопись» (т. наз. Chronicon Edessenum, изд. у Ассемани в I т. «Bibl. orient.», англ. пер. в «Journ. of Sacred Liter.», 1864, V, нов. сер.), доведенная до 540 г.; автор пользовался вышеупомянутым Иошуа Столпником и эдесскими архивами. Другое первостепенной важности произведение — обстоятельная и беспристрастная «Церковная истории» Иоанна, еп. Асийского (Эфесского), так наз. Просветителя язычников (изд. Кюретона, 1853; англ. пер. Payne Smith, 1860, нем. Шенфельдера, 1862); он же написал «Житие св. мужей и жен» (изд. Ланд, в «Anecdota Synaca»). Во время гонения 534 г. на монофизитов Иоанн бежал в Палестину; в 536 г. был поставлен в монофиз. епископы и пользовался доверием Юстиниана; при Юстине II в 571 г. был посажен в тюрьму и вообще много страдал; ум. ок. 585 г. (см. Ланд, «Joannes, der Bischof v. Ephesos, der erste Syrische Kirchenhistoriker», 1856). Язык его полон грецизмов и греч. слов. Греч. «Церковная истории» Захарии Ритора, еп. Митиленского (сост. ок. 518 г.), переведена на С. яз. после 569 г. неизвестным С. монахом, составившим сводную летопись (англ. перевод Гамильона и Брукса, 1899); этой летописью пользуются последующие С. историки. — Из писателей аскетического направления, которое вообще имело у С. успех, в период расцвета выделялись: Иоанн Сâбâ (ок. 550) и Исаак Ниневийский (в конце VI в.), которых несториане присваивают себе (их поучения и размышления перев. и на араб., и на эфиоп., а Исаака — даже на греч. язык; образцы у Цингерле в «Monumenta Syriaca» и у Шабо, «Is. vita et doctrina», Пар., 1892); Авраам Нефтарский (VI—VII в.), Моисей Ангел (подвизался в 550—570 гг., пер. Кирилла Александрийского), иаков. патр. Антиохии Петр Раккский (578—591), полемизировавший с александр. патр. Дамианом. Бедственная визант.-персидская война VII в. (с 611 г.) явилась эрой медленного упадка С. литературы, которая среди военного лихолетья перестала было процветать не только на востоке, но даже на крайнем западе. В Александрии трудились над новым пер. Библии Павел Телльский с Фомой Гераклейским; но, когда персы взяли Иерусалим и затем Александрию (614—615), ученым пришлось бежать. Переводчик Григория Назианского, «Октоиха» Севера, песнопения «Слава в вышних» и др., игумен Павел (ок. 624), работал на Кипре, куда бежал из Сирии. Плодотворной для иаковитов оказалась деятельность Мâрŷфы в конце визант.-перс. войны. Раккский (каллиникский) иеромонах, учившийся в Эдессе, он поселился в монастыре св. Матфея в Мосуле и, пользуясь покровительством придворного врача Гавриила (в нач. VII в.), поддерживал монофизитов (ханнанитов) в их борьбе с несторианами. По смерти Гавриила Мâрŷфа счел за лучшее удалиться в Акôлâ (Куфу); в 640 г. он был возведен в сан митрополита Такритского и явился первым действительным марфианом, т. е. главою иаковитской церкви на востоке, которую он же и организовал: при нем число иаковитов разрослось до того, что ему приходилось ставить епископов для отдаленнейших областей — Систана, Герата. Он умер в 649 г.; составленная им литургия и толкование на евангелие часто приписываются Мâрŷфе Старшему Майперкатскому (см.). Еще тяжелее, чем война с Персией, отозвалось на С. национальности и литературе мусульманское завоевание Сирии (633—636, 638). Одна часть С. населения добровольно обратилась в мусульманство и сразу же обарабилась; другая, оставаясь верной христианству, все-таки не могла устоять против ассимилирующего влияния родственного араб. языка и с каждым поколением все более и более забывала свой родной язык. В первые два века арабского господства (VII—IX) С. литература еще довольно богата. Духовная литература шла по пути, предначертанному Бâбаем Старшим, и состояла, главным образом, из сочинений поучительных, житий святых, догматики, полемики несториан с иаковитами и обратно. Иногда общественное мнение смущали такие люди, как, напр., уважаемый нестор. аскет, писатель Сâхдôна Халамунский, еп. Мâхозский, который (во 2-й четв. VII в.), задумав обратить в несторианство иаковитских монахов Апамейского монастыря, сам был обращен ими в монофизитство и занялся сочинением опровержений против своих прежних единоверцев (Goussen, «Sahdôna’s Leben u. Werke», Лпц., 1897). Соблазном являлись интриги кандидатов на патриаршие и митрополичьи престолы, когда конкуренты не стыдились обращаться к помощи халифов (которые С. христиан очень ценили), взводили клевету друг на друга и переносили свои личные счеты в литературу. Гордость монофизитов составлял Георгий из Бе’эльтâна, питомец ученой обители Кен-Нешре, церковн. писатель; в 758 г. он прямо из диаконов был избран на патриарший престол Антиохии (ум. 790 г.). У несториан в церковн. жизни (и все это отражалось в литературе) был ряд утешительных явлений: основывались многие новые монастыри, причем несториане двигались все далее на вост., в глубь Средней Азии. Устраивались особые школы для улучшения церковного пения; этому посвятил всю свою жизнь песнопевец Бâбай Младший из Нисибиса (Бар-Несибнâйê), действовавший в начале VIII в. Сбылось пророчество Бâбая относительно приведенного к нему искалеченного ребенка, что из него вырастет «отец отцов и вождь учителей» и что «его имя и учение прославятся по всему востоку»: этот ребенок был Авраам бар-Дâшандâд Хромой, знаменитый впоследствии преподаватель школы бâшушской в Сафсâфе. Из этой школы вышел католикос Тимофей I (780—823), при котором христианство распространилось среди тюрков и, как говорят, было принято даже их хаканом (см. Д. Хвольсон, «Syrische Grabinschriften aus Semirjetschje» в «Мемуарах Спб. акд. наук», т. XXXIV и сл., 1886, 1890, 1897); там же учился Тимофеев преемник Ишô бар-Нôн, возведенный в католикосы (828—828) халифом Мамуном, искусный громитель ереси монофизитской. При Мамуне (813—833) талантливую апологию христианства против ислама написал по-арабски Абдоль-Масих Кинди (англ. пер. Мьюра, 1882); к тому же времени относятся полемич. сочинения харранского епископа Феодора Абу-Корре. Хотя приведенные примеры свидетельствуют о том, что духовная С. литература VII—IX вв. далеко еще не дошла до падения, тем не менее несомненно, что в сравнении с дух. литературой предыдущего периода замечается сильное понижение. Зато С. литература VII—IX вв. отличилась в особом направлении, которое дает ей право на всемирную благодарность: она пособила арабам усвоить плоды греческой науки и философии, арабы сберегли это достояние в век европейского варварства и невежества (об этом см. Ренана, «De philos. peripatet. apud Syros», 1852, и Гофманна, «De hermeneuticis apud Syros Aristoteleis», 1873). Монофизитским ученым центром был упомянутый уже м-рь Кен-Нешрê: он служил убежищем греческой философии, математики, астрономии. При патриархе Афанасии Гаммâлâ (ум. 631 г.) и его преемнике Иоанне епископ этого монастыря, Сêбôхт Нисибский, переводил и толковал Аристотелевы «Аналитику» и «Περί Ερμηνείας». Его ученик в греч. языке, прославленный Иаков еп. Эдесский (род. ок. 640, ум. 708), писал и о греч. филос. терминологии (S. Schüler, «Die Uebers. d. Aristot. v. Jac.», 1897); главные его труды — церк. каноны (изд. и нем. пер. Кайзера, 1886), гомилии (против несториан; изд. с лат. пер. Уголино, 1888), перевод Библии (последний из монофизитских), филолог. работа (реформа правописания; см. С. яз.), история (см. Hjelt, «Et. sur l’hexaméron de J. d’Ed.», Гельсингф., 1892). Афанасий Баладский перевел в 645 г. «Είσαγωγή» Порфирия, снабдив ее комментарием по Аммонию; позже он занялся переводом греч. церк. сочинений — Севера, Григория Богослова и др. Георгий, еп. арабов-христиан (ум. 725), перевел «Органон», «Περί Ερμηνείας», часть «Аналитики»; он же писал схолии к проповедям Григория Богослова (см. Форгета, «De vita Aphraatis», 1882; ряд статей Ryssel’я, 1889—1892). Филологич. труды Иакова иногда приписывают марониту-астроному Феофилу бар-Фоме (ум. 785); он же перевел Илиаду и Одиссею. Из монофизитских филос. писателей IX в. выдается Роман Врач, избранный в Амиде на патриарший престол под именем Феодосия (887); он, сверх сочин. медицинских и богословских, составил собрание 112 правил и изречений Пифагора с объяснениями как по-сирски, так и по-арабски (изд. Цотенберг в «Journ. As.», серия VII); его современник Моисей бар-Кêфâ (863—903), епископ Мосульского окр., плодовитый переводчик греч. отцев и церковный историк, комментировал также Аристотелеву «Диалектику» (о нем исслед. Брауна, 1891). Главными насадителями греч. учености были в это время несториане. Католикос Хенâн Ишô I (686—701) комментировал «Аналитику» Аристотеля и составил рассуждение о двойном значении высших школ — для воспитания духовно-нравственного и для воспитания научного. Католикос Мар-Аба II Кашкарский (741—751), преданный науке и ссорившийся с подчиненным духовенством из-за постановки селевкийской школы (Gr. Chabot, «La lettre de M. aux membres de l’école patriarcale», П., 1899), комментировал и богословов (Григория Богослова), и «Диалектику» Аристотеля. Тимофей I католикос (780—823) написал трактат о звездах. Особенное оживление в С. переводческую деятельность было внесено сочувствием первых аббасидских халифов к греческой образованности: по их желанию несториане переводили греч. произведения сперва на свой язык, а затем на арабский, или пользовались прежними С. переводами. Ознакомление арабов с греч. философией началось еще при халифе Мансуре (753—774), но больше всех обнаружил к ней любви Мамун (813—833). Одним из ранних и талантливых араб. несториан-переводчиков был Хонейн ибн Исхан, умерший в 873 г. Его современник Гавриил Бахтишŷ (ум. 828), придворный врач Гарун-ар-Рашида (786—808), принадлежал к прославленной семье врачей Бахтишŷ, которая работала в особо устроенной коллегии гондишапурской. Ученик Хонейна — Иса бар-Алий (в конце IX в.); его современник — врач и философ Абу-Яхья (Иса) Мервский. Денхâ Ихиба (Ива) был и богословом, и комментатором «Диалектики» Аристотеля. Учеными нест. монахами начал тогда славиться еще монастырь Бêт-Абê. Переводчики составляли для себя сирийской грамматики и словари (см. Сирийский язык): это было тем необходимее, что С. язык делался для них мертвым. VII—IX вв. были также богаты историками, но мало что из их сочинений дошло до нас. Церковные нест. истории Илии, еп. Мервского (конца VII в.), Даниила бар-Марьяма (ок. 650), Давида Бêт-Раббанского (VII—VIII в.), Бар-Câxäê (2-й четв. VIII в.), Петиôна (765, 768), Симеона бар-Таббâхê Ишô Денаха, еп. Басрийского (ум. после 793; он же составил жития св., изд. и пер. Шабо, 1896) — известны по выпискам или цитатам. Фома, еп. Маргский (пол. IX в.), вышедший из монастыря Бêт-Абê, написал его патерик (обзор его истории — у Ассемани, III, 464—501; изд. и англ. пер. Беджа, Л., 1893). Очень важны иаковитские историки. Дионисий Телль-Махрийский довел историю до 818 г., когда его из иеродиаконов возвели в патриархи; интриги соискателей перед мус. властями и своеволие областных наместников заставили Дионисия предпринять несколько отдаленных деловых путешествий и таким образом познакомили его со многим на свете, и это отразилось в его объемистых «Летописях», доведенных до 837 г.; умер он в 845 г. См. изд. Тулльберга, «Dionysii Tellmaharensis chronici lib. I» (1850); Chabot, «Chronique de D. de Tell-Mahré» (т. IV, текст и перев.. 1895); Зигфрид и Гельцер, «Eusebii Canonum epitome ex D. T.» (1884; для старых времен Дионисий пользовался Евсевием); Гутшмид, «Untersuch. üb. die Syr. Epitome d. Eus. Can.» (1886); Гвиди, «Testi orient. sopra и sette Dormienti di Efeso» (1885; разбор неизд. частей — у Шабо, 1898; изд. полного текста предпринял Гвиди). К Х в. иаковиты настолько обарабились, что даже о своих церковных вопросах предпочитали писать на араб. языке (богослужение, однако, в противоположность православным они продолжали совершать по-сирски и до сих пор это делают), а философ. их труды, например Исы ибн-Исхака ибн-Зер’а (943—1008), Яхьи ибн-Ади (ум. 974), прямо относятся к араб. литературе. Да и несториане сильно обарабились, как видно из того обстоятельства, что ученый нисибский митрополит Илия бар-Шîнâйâ (1008—1048) снабжал свои С. проповеди араб. переводом. Этот бар-Шîнâйâ (род. 975 г.) — выдающийся С. писатель X—XI в.: ценны его «Летописи», сост. в 1018 г. (извлеч. у Бетгена, «Fragm. syr. et ar. hist.», 1884; Lamy, «Elie de Nisibe, sa chronologie», Брюсс., 1888) и разные грамматич. и лексикологич. труды (см. С. яз.). Вообще в это время появилось много важных грамматик и словарей умершего или (на вост.) умирающего языка. У иаковитов отчасти может сравниться с Шîнâйей мелитенский (малатийский) ученый монах Иоанн Мâрôна (ум. 1017 г.). Из других литературных явлений Х и XI в. выдаются: новый перевод, с арабского, басен Калилы и Димны (см. соотв. ст.; изд. Wright, 1884), сохранившийся в списке XIII в. и очень важный для критики текста; перевод с арабского Синдбадовой книги (см.); пер. с араб. Псевдокаллисфеновой Александрии (см. Перкинс, в «Journ. of the Amer. Orient. Soc.», IV, 359 сл.; изд. и англ. пер. Беджа, 1889; срв. статью Нельдеке, 1890). Между IX и XI в. переведены и басни Эзопа (Ландбергер, вообразив, что С. текст есть оригинал для греч., изд. их под заглавием: «Die Fabeln des Sophos. Syrisches Original d. griech. Fab. d. Syntipas», 1859; см. его же «Fabulae aliquot arameae», 1846; ср. Гейгер в «Z. D. M. G.», 1860, т. XIV, стр. 586 и сл.; общедоступное изд. в С. хрест. Редигера, 3-е изд. 1892). XII в. дал двух важных иаковитских писателей. Иоанн, глава вост. иаков. церкви, еп. Харранский и Мардинский (ум. 1165), страстный любитель книг и искусный механик, вызвал соблазн у своих пасомых, заявив по поводу взятия Эдессы Зенгием (1144), что подобные бедствия не относятся к разряду божьих кар и проявлений божественного Промысла и что, будь здесь крестоносцы, Зенги не овладел бы Эдессою. Против Иоанна выступил с обличением Дионисий бар-Салîбî из Малатии, еп. Мар’ашский и позже — Амидский (ум. 1171), звезда этого века: кроме разных антиеретич. сочинений, он составил историю, комментировал «Диалектику» Аристотеля, дал толкование на Ветхий и Новый Завет (см. Дедли Лофтус, «The exposition of Dion. Syrus on the ev. of Mark», Дублин, 1672; его же, «А clear explication of the hist. of the Saviour», Дубл., 1695; много извлечений у Ассемани). Патриарх Михаил I (1166—1199) старался восстановить в чистоте обряды иаковитской церкви, опровергал ересь коптов по поводу исповеди и написал «Летопись», довед. до 1196 г. (ее издает с 1899 г. Шабо, армянск. пер. был издан в извлечениях Дюлорье, «Journ. As.», 1848—1849; перев. с арм. Ланглуа, «Chronique de Michel le Grand», 1868). В XIII в., по выражению Райта, С. литература вспыхнула последний раз, словно гаснущая лампа. У иаковитов выделились: Давид бар-Павел (нач. XIII в.), образованный и талантливый богослов, аристотелик и грамматик; Иаков (Север) Шаккô, из ученого монастыря св. Матфея (ум. 1241 г.; см. Ruska, «Das Quadrivium aus Severus bar Sakkû’s Buch der Dialoge», Лпц.,1896; «Zeitschr. f. AssyrioL», XII, 8—41; F. Nau, «Notice sur le livre des trésors de Jacques de Bartela, évêque de Tagrit», «Journ. Asiat», серия IX, 1896, т. 7); плодовитый поэт и знаток как сирского, так и арабск. языка патриарх Аарон бар-Мадâнû (ум. 1263). Венец всех этих иаковитов и вообще светило всей сирийской литературы — Григорий Абуль-Фарадж бар-Гебрей (1226—1286 г.; см. изд. III, 53; Истории — П. Беджана, 1890; многочисленные его толкования на отдельные книги Св. Писания изданы в разных местах Германии Кербером, 1895, Краусом, 1894, Шлезингером, 1897, Моргенштерном, 1895, Гугенгеймером. 1894, Ури, 1898 и др.; стихи — в Риме, 1877, 80; «A synopsis of Greek philosophy», изд. Gottheil в «Hebraica», XII, и в акад. изд. Берд., 1890; «Ethicon seu moralia» — изд. P. Bedjan, Пар. 1898; «Laughablestories» с англ. пер., изд. Е. Budge, 1896; «Kitâbha, Dhiyaunâ seu liber columhae», Рим, 1899). Труды бар-Гебрея были популярно изложены по-арабски его младшим современником Даниилом бар-Хаттâбом. Несторианам ХШ в. дал многих составителей духовных гимнов, вошедших и в церковную службу (как у малороссов канты); особенно известен Георгий Bapäâ Арбильский (ум. после 1224 г.; изд. А. Дейч, 1895, Фолькман, 1896), по имени которого одна из богослужебных несторианских книг до сих пор наз. Вардою (Badger, «The Nestorians», II, 25). Его современником был ученый богослов, историк и космолог Соломон Басрийский (нем. пер. Шёнфельдера, 1866; «The book of the bee», с англ. пер. Беджа, 1886). Таким же энциклопед. писателем, как у иаковитов Бар-Гебрей, является у несториан их последний писатель Абд-Ишô (ум. 1318 г.), но по таланту и учености он стоит гораздо ниже («Ebediesu collectio canonum» — у Мая, в Script. vet. nova coll., т. X, «Catalogua scriptorum» — y Ассемани, т. III; Liber paradisi — Бейрут, 1889; «Carmina selecta ex libro Parad.», с латин. пер. Gismondi, Бейрут, 1888; сочинение это — подражание арабским макамам Харири). С тех пор С. литература не производила ничего интересного. В новейшее время стараниями европейских миссионеров зарождается литература на новоарамейском языке. О сирийской литературе, в общем очень богатой, принято повторять слова Ренана («De philosophia peripatetica apud syros», П., 1852, стр. 3), что отличительная черта сирийцев — посредственность: они не блистали ни на войне, ни в искусстве, ни в науке. Они были верными и прилежными хранителями греческой науки, но у них не появлялись такие блестящие типы, как у арабов аль-Фараби, ибн-Сина, ибн-Рушд и др. Тем не менее, заслуга Сирии как передаточного звена между Грецией и арабами остается огромной. В области церковной христианской литературы у сирийцев не появлялось таких славных отцов церкви, как Евсевий, Василий Великий, Григорий Богослов и Иоанн Златоуст; их Ефрем Сирин отличается пылкостью, а не тонкостью доказательств; но многие творения греческих отцов только потому и спаслись от гибели, что были своевременно переведены на С. язык. Самостоятельнее сирийцы в области истории или летописи; без Иоанна Ефесского, Дионисия из Телль-Maxpê и Бар-Гебрея мы имели бы существенные пробелы в сведениях не только по истории иаковистов и несториан, но и вообще по политической истории их времени. — См. W. Wright, «A short history of Syriac literature», Л., 1894; R. Duval, «La littérature Syriaque» (Пар., 1899, в «Bibl. de renseignement de l’hist. eccl.»). Для справок очень важны описания С. рукописей: Ассемани, «Bibl. orientalis vaticana» (т. I, 1719, правосл. писатели; т. П, 1721, моноф.; т. III, 1725—1728, нест.; дополн. 1758—59); каталог Британского музея — Розена, 1838, и Райта, 1870—72; бодлеевской библ. — Смита, 1864; франц. национ. — Цотенберга, 1874, и Шабо (Journ. Asiat. 1896, т. 8); берл. корол. — Захау, 1885; синайск. — Смит-Люиса, 1894; иерус. — Шабо («Journ. Asiat.», 1894, т. 3). Серии изданий: «Acta sanctorum martyrum», изд. Ассемани, П., 1748; «Acta mart. et sanct.» — Пар. и Лпц., 1890—97; «Patrologia syriaca», 1894. Библиография — в «Истории С. литературы», Райта, 1894, в С. грамм. Нестле, 1889, и Броккельманна, 1899, а ежегодно — в «Orient. Bibliographie» (изд. с 1887 г.).

Примечания[править]

  1. Везде в этой статье принято архаическое произношение долгих гласных â, ê, ô, которые по более позднему произношению читаются как о, и, у.