ЭСБЕ/Шеин, Павел Васильевич

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Шеин
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Чугуев — Шен. Источник: т. XXXIX (1903): Чугуев — Шен, с. 370—371 ( скан · индекс ) • Другие источники: ЕЭБЕ : МЭСБЕ
 Википроекты: Wikipedia-logo.png Википедия Wikidata-logo.svg Данные


Шеин (Павел Васильевич) — этнограф-самоучка и лингвист, собиратель великорусских и белорусских песен, знаток быта и говоров Северо-западного края, продолжатель работ Афанасьева, Бессонова, Гильфердинга, Даля, Киреевского, Рыбникова, Якушкина. Род. в 1826 г. в семье могилевского купца-еврея. Слабый от рождения, перенесший в раннем детстве несколько серьезных болезней, вследствие которых он остался калекой на всю жизнь, мальчик не мог окончить даже еврейской школы и учился почти самостоятельно, пользуясь советами учителя-еврея, дававшего уроки его младшему брату. Под влиянием учителя «берлинера» («либерала»), будущий этнограф заинтересовался древнееврейским языком и литературой и познакомился с его грамматикой. Вследствие изданного в то время закона, ограничившего черту еврейской оседлости, отец Ш. не мог подолгу оставаться в Москве, с которой у него были торговые сношения. В 1843 г. он поместил сына в одну из городских больниц города Москвы (Ново-Екатерининскую); а так как больничные правила разрешали больным инородцам не пользоваться общим столом, то отец оставался при сыне для приготовления ему «кошерной» пищи. Здесь Ш. провел три года. Один еврей из кантонистов выучил мальчика говорить и читать по-русски, доставал ему от студентов произведения русских писателей; ординаторы-немцы обучили его немецкому языку, и вскоре он познакомился с лучшими немецкими поэтами. К этому времени относятся первые писательские опыты Ш. В подражание немецким поэтам он сочинял стихи на еврейском языке, проводя взгляды, примиряющие еврейство с христианством. Последствием этого знакомства был вполне сознательный переход Ш. в лютеранство, оторвавший его навеки от семьи и среды. Поступив в сиротское отделение лютеранской церкви св. Михаила, он оказал такие успехи, что по окончании школы сам мог преподавать русский язык в подготовительном отделении. Сближение его с Ф. Б. Миллером (см.) дало толчок культурным стремлением Ш.; он вступил в кружок живших в Москве писателей и художников (Ф. Глинка, М. Дмитриев, Раич, Рамазанов, Авдеев и др.), затем познакомился с Шевыревым, Аксаковыми и Хомяковым, научившими его понимать и ценить произведения народного творчества. Сношения с писателями прерывались поездками Ш. по средней России; здесь он давал уроки в семьях помещиков, знакомился с русским крестьянином и, поддавшись всеобщему увлечению народной литературой, сам стал собирать песни, сначала в Симбирской губернии. Бодянский предложил ему опубликовать этот материал, и к 1859 г. относится первый печатный труд Ш.: «Русские народные былины и песни» («Чтения в Обществе Истории и Древностей», кн. III, 121—170). Дальнейшая жизнь Ш. полна скитаний, материальных невзгод и семейных неудач; он преподавал в воскресной школе в Москве, затем в Яснополянской школе Л. Толстого, в уездных училищах в Туле и Епифани, наконец, получил место в витебской гимназии, затем в Шуе, Зарайске, Калуге и т. д. Одновременно с этим шло собирание этнографических материалов. Ш. работал почти один, поддерживаемый незначительными субсидиями академии наук, а впоследствии пенсией от министерства финансов. Умер 12 августа 1900 г. в рижской городской больнице. Лучшая биография Ш. написана Всеволодом Миллером («Этнографическое Обозрение», кн. XLVI, с портретом и списком трудов, составленным А. Грузинским; «Русский Филологический Вестник», 1900, №№ 3—4; «Филологические Записки», 1900, кн. VI, 1—5). При недостатке филологического образования, благодаря энергии и любви к делу, Ш. мог издать при жизни семь больших книг материалов, обнимающих всю духовную жизнь русского крестьянина, от колыбели до могилы. Сам собиратель называл себя только «чернорабочим» в науке, а свои труды — «крохоборными», что объясняется скорее его скромностью. Кроме упомянутого раньше труда, появившегося в 1859 г., записи Ш. послужили материалом для первой серии его собрания «Русских народных песен» в 7 частях: песни детские, хороводные, плясовые и беседные, голосовые или протяжные, обрядовые, свадебные и похоронные («Чтения в Обществе Истории и Древностей», 1868, кн. I, II, IV; 1869, кн. I, III, IV; 1870, кн. I; и отдельно, М., 1870). Песни, собранные Ш., дали материал для статьи Н. И. Костомарова: «Великорусская народная песенная поэзия» («Вестник Европы», 1872, май). Через семь лет вышло в тех же «Чтениях» (кн. III) начало второй серии «Русских народных песен»; но продолжению его не суждено было появиться в свет при жизни собирателя. Здесь предполагалось поместить песни рекрутские, солдатские, былины, исторические, бурлацкие, острожные и духовные стихи. Через несколько лет Ш. задумал издать весь свой разросшийся в несколько томов материал, принятый для напечатания академией наук. Первый выпуск вышел в 1898 г. под заглавием «Великорус в своих песнях, обрядах, обычаях, верованиях, сказках, легендах и т. п.»; второй вышел после смерти собирателя, в 1900 г. Издание будет продолжаться, и для второго тома намечена следующая программа: песни исторические, преимущественно военного характера, кончая Крымской кампанией, рекрутские, казацкие, бурлацкие, извозчичьи, воровские, разбойничьи, ссыльнокаторжные, затюремные и чернеческие, духовные стихи, заводские, фабричные, лакейские и т. д. В связи с собиранием народных песен шло у Ш. изучение прозаических народных произведений и говоров. Записи его по этому предмету вошли целиком в «Материалы для изучения быта и языка русского населения Северо-западного края, собранные и приведенные в порядок П. В. Ш.» (т. I, ч. 1, 1887 г., ч. 2, 1890; т. II, 1893), где нашли себе место сказки, анекдоты, легенды, предания, воспоминания, пословицы, загадки, приветствия, пожелания, божба, проклятия, ругань, заговоры, духовные стихи и т. д. Смерть застала Ш. за корректированием III тома его «Материалов», которые вышли в «Сборнике» академии наук (т. LXXII); он состоит из двух больших отделов: I. Описание жилища, одежды, пищи, занятий, препровождения времени, игр, верований, обычного права наследства и проч. II. Обряды и обычаи земледельческие, чародейство, колдовство, знахарство, ведьмарство, лечение болезней, средства от разным напастей, поверья, суеверия, приметы и т. д. Из этих наблюдений и сообщений, обнимающих собой все почти стороны материальной культуры современных белорусов и их интеллектуальной жизни, наиболее ценны в этнографическом отношении следующие отдельные очерки: Рождественские «свята» (щедрый вечер, колядки, святки «вертеп» или «бетлейки», разыгрываемые в лицах сцены и т. д.; стр. 112—154), народные рассказы о «вовкулаках» (стр. 253—257), суеверия, относящиеся к постройке дома (стр. 317—335), подробное описание свадебного ритуала в уездах Мозырском, Слуцком и Новогрудском Минской губернии («Ж. М. Н. Пр.», 1903, июль, 308—309). Ш. интересовался также мелодиями великорусских и белорусских песен. Между прочим, от него узнал Агренев-Славянский напев и текст популярной песни «Спится мне, младешенькой», которую Н. Некрасов вставил в третью часть поэмы «Кому на Руси жить хорошо» («Отечественные Записки», 1874, кн. 1). По словам В. Добровольского, Ш. был мастер петь белорусские песни и особенно хорошо исполнял «Научить тебя, Ванюша, как ко мне ходить» («Смоленский Этнографический Сборник», ч. IV, М., 1903, стр. XIII). Как уроженец Северо-западного края, Ш. интересовался народным творчеством белорусов. Начало собирания белорусских материалов относится к 1870-м годам, когда Ш. жил в Витебске. За эти материалы, когда они были еще в рукописи, Ш. получил от русского географического общества в 1873 г. золотую медаль, а в следующем году они были напечатаны под заглавием: «Белорусские народные песни, с относящимися к ним обрядами, обычаями и суевериями, с приложением объяснительного словаря и грамматических примечаний» («Записки» того же общества, СПб., 1874) и увенчаны Уваровской премией (рецензия Ореста Миллера в XVIII «Отчете», 54—59). В 1890-х гг. Ш. имел возможность собирать этнографические материалы не только лично, но и при посредстве нескольких корреспондентов, которых учил приемам записывания и для которых составил программу. В «Виленском Вестнике» за 1877 г. он напечатал приглашение к содействию ему в собирании памятников народного творчества, встреченное сочувственно. Через 10 лет Ш. составил обстоятельный доклад на ту же тему: «О собирании памятников народного творчества для издаваемого Академией Наук Белорусского Сборника, с предисловием Я. Грота» (СПб., 1886). Из его лингвистических работ замечательны: «Дополнения и заметки к Толковому Словарю Даля» (СПб., 1873; приложение к XXII т. «Записок Академии Наук», № 6) и статьи: «К вопросу об условных языках» («Известия отдела русского языка и словесности Академии Наук», т. IV, кн. I, 1899) и «К диалектологии великорусских наречий» (извлечения из «Сборника сказок и преданий Самарского края» Д. Н. Садовникова; «Русский Филологический Вестник», 1899). Кроме того, Ш. участвовал в пополнении академического словаря русского языка, делая выборки из произведений Пушкина, Жуковского, Языкова, Баратынского, Кольцова, С. Аксакова. Из мелких этнографических и популярных работ Ш. наиболее важны: «Обряд похорон мух и других насекомых» («Труды этнографического отдела», т. IV), «Приговоры и причеты о табаке» (там же, т. VII), «Народная пародия на историческую песню» («Этнографическое Обозрение», кн. XX и XXV), «Женитьба «комина» и свечки» (там же, кн. XXXVIII), «Об отношении Пушкина к народной песне» («Ежемесячные Сочинения» И. Ясинского, 1899), «Сборник народных детских песен, игр и загадок» (изд. журнала «Детский Отдых», М., 1898), «Вильгельм Маннгардт. Из воспоминаний этнографа» («Этнографическое Обозрение», кн. VI), «Из переписки с И. И. Манжурой» (там же, кн. XX). См. И. И. Носович, «Краткий биографический очерк» («Известия отд. русского языка и словесности Академии Наук», 1900, кн. 3).