Юбилейное чествование памяти Григория Саввича Сковороды в Харькове/Г. С. Сковорода как философ (Зеленогорский)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Г. С. Сковорода как философ
автор Федор Александрович Зеленогорский
Опубл.: 1894.


Речь проф. Ф. А. Зеленогорского «Г. С. Сковорода как философ»

Настоящий юбилей представляет отрадное, но вместе с тем исключительное явление для России; мы чествуем в лице Сковороды русского философа XVIII века. Это был истинный философ, говоривший, что философия составляет главную цель человеческой жизни; это жизнь его духа. Творец, давши человеку разум, не сообщил ему истины, а предоставил самому отыскивать ее — и эта деятельность мысли служит для человека источником величайших удовольствий. Сам Сковорода с давних пор чувствовал влечение к нравственно-философским книгам, затем он уединялся в пустынные места и там предавался размышлениям: ловил птицу — истину; в душе его нередко происходила при этом внутренняя борьба, но она всегда оканчивалась победой его над самим собою.

Сковорода любил природу, любил наблюдать ее и поучаться от нее. Его философский взгляд на природу проникнут оптимизмом, «Вся экономия Божия, говорил он, во всей вселенной исправна, добра и всем нам всеполезна есть». Есть места в сочинениях Сковороды, где мир и Бог отождествляются, что подало повод считать его пантеистом. На самом деле отношения Бога к миру, по его учению, таковы. Причина появления мира есть воля Божия, а виновником непосредственного происхождения его было Слово Божие. Наш мир представляет отобразы, тени идей Божественного Разума. Из учения о вечности Божественного Разума Сковорода выводил и учение о вечности мира и о господствующем в нем дуализме (последнему вопросу он посвятил даже особое сочинение). Но этим отношение Бога к миру не оканчивается. Еще ближе к нам и природе находится Божественный Дух. Он обнаруживает свое действие во многих делах природы, которые сами по себе ничтожны. В мире животных Сковорода особенно подчеркивает их природные склонности, выражающиеся в инстинкте. Те же дары Божественного Духа в изобилии сообщаются и людям в виде тех же природных склонностей, но при этом человеку дана еще и свободная воля; вот почему человек не всегда следует своей природе, от чего происходит вред, как для общества, так и для самого индивидуума. Здесь источник нравственного и общественного зла. Но сама природа мстит за нарушение ея законов и требований, ибо нарушители лишаются того душевного мира, который составляет высшее благо человека; отсюда и пессимизм среди людей. Только жизнь по природным наклонностям доставляет истинное удовольствие. Благодарение Богу за то, что он нужное сделал нетрудным, а трудное ненужным. Сам Г. С. Сковорода не сразу выбрал свой образ жизни: первоначально он останавливался, по-видимому, в священническом сане; но он видел, что и тут, как в монашестве, действительность далеко отстоит от его идеала, а потому удалился в уединение. Та же философия привлекла его к общественному труду и деятельности. И вот мы видим его учителем — сначала домашним и школьным, а потом народным в более широком значении этого слова (на подобие Сократа или апостола Павла); он служит своей родине просветительною деятельностью. В самом уединении он не отдавался исключительно созерцанию, а писал сочинения, которые пускал в обращение между друзьями. Главными предметами их были — религия и нравственность. Тут он боролся, с одной стороны, против суеверия, а с другой — против атеизма. В области нравственной Сковорода также восставал, с одной стороны, против утилитарного направления XVIII в., заглушавшего все высшие запросы духа, а с другой — против узкого понимания христианской морали, ограничивающейся нередко выполнением лишь церковной обрядности. Особенному осуждению он подвергает лицемеров. В противоположность этому он указывал на истинную святость древних христианских подвижников. В нравственной проповеди Сковорода видел свой долг и даже свое призвание свыше.

Сковорода был философ в классическом смысле этого слова, воплотивший в себе единство мысли и жизни. Он понял, что без стремлений и деятельности нет жизни, без труда нет истинных удовольствий, будет ли то труд умственный, нравственный или физический. Жизнь его самого представляла непрерывный труд и подвиг — пример для нас всех достойный подражания.