Яблочный пир (Казанцев)/Уральские яблочки

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Яблочный пир
автор Дмитрий Иванович Казанцев
Опубл.: 1935. Источник: Commons-logo.svg Яблочный пир — Свердловск: Сверлдгиз, 1935


[3]
Уральские яблочки

Одевайтесь-ка попроворней да поедемте со мной: я познакомлю вас с Кузьмой Осиповичем Рудым, — сказал, входя в мою квартиру, краснопольский учитель Зимин.

Я давно ждал этого случая. Еще задолго до этого я много слышал о Рудом и как об учителе, и как о первом тагильском садоводе.

Дело было вечером. Зимин приехал ко мне прямо из Краснополья на лошади. Мы сели с ним в сани и поехали.

Дом Рудого стоял не на улице, а на задворках. Сюда десятилетиями свозился навоз, всякий мусор. В конце-концов здесь вырос довольно большой холм, вдававшийся полуостровом в извилину небольшой реки. На вершине этого холма и поставил Рудый себе дом, а вокруг него заложил фруктовый сад.

Когда мы подъехали к усадьбе, я невольно обратил внимание на торчавшие из-под снега жалкие тоненькие прутики сеянцев[1] яблони, которые густо сидели на грядах. Они были так чахлы и убоги, что казалось, никак не [4]смогут выдержать наших суровых морозов, и все обречены на гибель. Позади виднелись молодые, маленькие кустики смородины и крыжовника, наполовину занесенные снегом. За ними белело море снега.

На наш стук к нам вышел сам хозяин. Это был высокий, сухощавый человек с энергич­ными серыми глазами и окладистой бородой. Открыв ворота, он пригласил нас в свой недостроенный еще дом. Сразу же зашла речь о саде.

— Как это вы не боитесь, что все ваши сеянцы зимой замерзнут? Почему вы их не прикрыли?— спросил я.

Рудый улыбнулся.

— Если мерзнуть,— сказал он,— так пусть замерзнут сейчас, в эту же зиму. Погибнут те, которые ненадежны. Зато те, которые останутся живы сейчас, выдержат любой мо­роз и в дальнейшем. Я и посеял их не десятки, а тысячи. И если из этих тысяч выберется сотня-другая морозоустойчивых, а из них, в свою очередь, десяток с хорошими, вкусными плодами,— я и буду доволен.

— Почему же,— спросил я,— вы не выпи­сываете из других мест уже привитые яблони? Ведь это было бы проще и надежнее?

Рудый безнадежно махнул рукой.

— Пробовал, выписывал. Невыдерживают. вымерзают. И досадно, что возишься, возишь­ ся с ними, кутаешь, обвязываешь, чтобы не замерзли, а они поростут год-два, много три [5]и гибнут. Вот почему я и решил перейти на выращивание яблонь из семян. Знаю, что большинство сеянцев или погибнет, или бу­дет с никуда негодными плодами. А сколь­ко-нибудь всетаки выберется и годных сор­ тов. Их-то вот я и буду размножать уже прививкой[2].

Долго продолжалась наша беседа. Оказа­лось, что оба они — Зимин и Рудый приехали из Западного края, где при каждом дворе разбит фруктовый сад. На Урале же никто не разводил садов и все думали, что разводить яблони — напрасное дело: погубят морозы.

И вот Рудый — в Тагиле, а Зимин — в Краснополье стали первые разводить у себя плодовые сады. Но Зимин не был настойчив, и после того, как козы обглодали его ябло­ни, он забросил садоводство. Рудый же продолжал дело.

Прощаясь с хозяином, я попросил разре­шения побывать у него весной и летом: как-то перенесут зимние морозы его яблони — ма­лютки.

— Заходите, заходите. Здесь так мало людей, интересующихся плодоводством. Ведь если и садят что-нибудь у себя, так только какую-нибудь черемуху да горькую ряби­ну — и все этим кончается. [6]В начале мая я вновь направился к Рудому посмотреть, что делается в его саду. Меня очень интересовала участь тех жалких пру­тиков — сеянцев яблони, которые я видел в ноябре.

Когда я подошел к его усадьбе, глазам моим представилась такая картина. По всему угору, как муравьи, рассыпались ребята — ученики Рудого.

Одни копали ямки для посадки кустов крыжовника, смородины, другие садили ку­сты, третьи поливали посаженное.

Там вскапывали грядки для пикировки[3] сеянцев и для новых посевов, тут рассажи­вали на грядки прошлогодние сеянцы.

Рудый ходил среди них, указывая где, что и как садить, копать.

— Ну, что, — спросил я, здороваясь с Рудым: — как сохранились ваши питомцы?

— А вот, смотрите.

И он подвел меня к грядке, на которой зимовали сеянцы.

Все они были уже выкопаны, и боль­ше половины их лежало хворостом, в ку­че, а остальные были рассажены порежена другой грядке и уже стали двигаться в рост. [7]— Вот эти уже не погибнут от морозов. А погибнут — туда им и дорога, все равно из них ничего бы не вышло.

С той поры я часто стал бывать в саду Рудого. Он и вся его семья, как муравьи, копошились на усадьбе.

Сад пополнялся все новыми и новыми сеянцами. Появились сеянцы груши, клена и других редких на Урале деревьев.

Как-то в конце лета, в одно из моих по­сещений, Кузьма Осипович сказал мне:

— Ну, а теперь пойдемте, я угощу вас своими яблочками.

Мы пошли в сад. Яблони были немножко выше человеческого роста. На некоторых из них красовались чуть румянившиеся не­большие, в грецкий орех, яблочки.

Рудый сорвал одно из них и сказал:

— Вот попробуйте.

Яблочко оказалось съедобным, но немного кисловатым.

Впервые ел я тогда уральские яблочки.

И в тот день твердо решил заняться их выращиванием.

Было это давно — в 1908 году.

  1. Сеянцы — растения, выращенные из семян.
  2. На дичок прививают черенок др угого сорта, обычно культурного, дающего плоды хорошего качества.
  3. П и к и р о в к а — пересадка культурных ра­стений. При пикировке осторожно отщипывается небольшая часть главного корня, чтобы лучше развивались придаточные корни.