ВЭ/ВТ/Аудиторы

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
АУДИТОРЫ в зап. Европе. Со времени возникновения наемных войск, в виду господствовавшего в то время сословного общественного строя, установилось в воен.-уголов. процессе правило, что приговор над военнослужащим может быть постановлен только его товарищами по профессии, т. е. также военнослужащими.
Иллюстрация к статье «Аудиторы» № 1. Военная энциклопедия Сытина (Санкт-Петербург, 1911-1915).jpg
Но, вследствие сложности форм производства в воен. судах, развившегося в.-угол. законодательства и чрезвычайно широкой воен. подсудности, обнимавшей не только уголовные, но и гражданские дела военнослужащих, воен. суд, составленный только из строевых чинов, не мог справиться со своей задачей, и потому явилась необходимость участия в составе этого суда лица опытного в процессе и сведущего в законах. Таким лицом в имперской армии, еще в XVI ст., был шультгейс (Schultheiss), на обязанности которого лежало составление воен. суда и председательствование в нём. С XVII ст. в.-уголовн. процесс, следуя за общим уголов. процессом, начал проникаться всё более и более началами римского и канонического права, последствием чего было введение и в воен. процесс ученого судьи и инквизиционных принципов. Этим ученым судьям в составе воен. судов, получившим теоретическую и практическую юридич. подготовку, присвоено было в германских государствах, по испанскому образцу, название аудиторов, которые и заменили собою прежних шультгейсов. Таким образом, А. в военном суде являлись представителями судебного опыта и юридических познаний, в противоположность Laienelement’y, т. е. строевым членам суда, временно исполнявшим обязанности судей, не обладавшим юридической подготовкой и являвшимся представителями войсковой жизни и войскового быта. В XVIII ст. воен.-уголовн. процесс так же, как и общеуголовный, окончательно преобразовался в инквизиционный процесс, и во время господства этого типа процесса роль А. была громадна. Они производили следствие, являвшееся самою важною частью судопроизводства, так как суд не вызывал свидетелей и вообще не знакомился непосредственно с делом, а постановлял приговор в закрытом заседании, исключительно на основании письменных данных следствия. В заседаниях в. судов А. докладывали обстоятельства дела, изъясняли судьям не юристам смысл законов, руководили их совещанием и первые подавали голос о том, как должно быть решено дело. Но так как инквизиционный процесс не допускал ни представителей обвинения, ни представителей защиты в суде, то А. сосредоточивали в себе, по существу несовместимые, функции судьи, обвинителя и защитника подсудимого. Правда, А. не везде имели решающий голос при постановлении приговора. В Австрии они имели (и имеют до сих пор) решающий голос. (См. Австро-Венгрия). В Пруссии они являлись только докладчиками с совещательным голосом, но от этого роль их не была менее важной. Они должны были присутствовать при совещаниях судей, руководить ими и, если судьи склонялись к решению, противоречащему законам, убеждать их в неправильности их мнений. В военных судах высших инстанций А. имели первенствующее значение, так как эти суды составлялись почти исключительно из А. С преобразованием в XIX ст. военно-уголовного процесса в большинстве европейских государств на началах современного следственно-обвинительного процесса, А. или совсем исчезают, или роль их значительно ограничивается. Так, в Германии, вместе с военно-судебной реформой 1898 г., слово А. совсем исчезло из воен.-судеб. кодекса, и А. были заменены военно-судебными чиновниками. В других государствах, в Швейцарии и Бельгии, хотя и сохранилось название А., но роль их в процессе ограничена только представительством публичного обвинения в военных судах. (Абрамович-Барановский, Военное судопроизводство, 1900 г.).
Иллюстрация к статье «Аудиторы» № 2. Военная энциклопедия Сытина (Санкт-Петербург, 1911-1915).jpg

В России Аудиторы впервые появляются в конце XVII в. и, как институт, всецело заимствованный с запада, весьма близок к своему образцу по идее, характеру и кругу деятельности. Первым русским памятником, упоминающим об А., хотя очень кратко, является воинский устав Адама Вейде 1698 г. Полнее очерчены обязанности и права А. в уложении Шереметева 1703 г. и в кратком артикуле 1706 г. Первоначально, в нач. Вел. Северной войны, А. фактически были не во всех в. судах, т. к. их было очень мало; на эти должности вовсе не было подготовленных русск. людей, приглашались исключительно иностранцы, преимущественно чехи, легче усваивавшие русскую речь; после полтавской битвы появляются у нас и пленные шведские А. Штатами 19 февр. 1711 г. в нашей армии были установлены 17 высших и 75 низших А., всего 92 должности, из которых 42 б. заняты иноземцами, получавшими вдвое больший оклад, чем русские. Воинск. уставом 1716 г. окончательно б. определены организация и круг деятельности А., и организация эта, с частичными изменениями, вызываемыми бытовыми условиями, просуществовала у нас почти 150 лет. Такими условиями являлись, главн. образ., отсутствие контингента подготовленных к А. должностям лиц и влияние иностранного, преимущественно прусского, воен. законод-ва на еще не развившееся русск. воен. право; эти факторы обусловили собой неоднократное довольно резкое изменение служебного положения А.; существо же процессуальн. обязанностей последних, как и самая идея их учреждения, довольно устойчиво продержалась до воен.-судебной реформы 60-х гг. XIX в. Являясь, по идее учреждения, советниками по вопросам права строев. офицеров, составлявших суд, А. обязаны были следить за соблюдением в судах закона и правил судопроизводства, руководить судебн. заседанием и движением дела, давать необходимые разъяснения, но вместе с тем они не пользовались голосом в судебн. совещании и даже не занимали места за судейским столом, при чём в полковом суде, кроме того, на них были возложены и секретарские обязанности. Т. к. такие сложные и ответственные обязанности требовали хорошей юридической подготовки, которая в то время в России отсутствовала, то естественна отсюда и затруднительность правильной организации института А. Собственно говоря, до учреждения в 1797 г. генерал-аудиториата А., хотя и различались по должностям в известной градации, но правильной иерархической лестницы, с подчинением младших старшим, у них не существовало, и только с 1797 г. последовало объединение всего аудиториатского ведомства, путем подчинения всех аудиторов генерал-аудитору, от которого, с этих пор, стали зависеть назначение и дальнейшая служебная карьера А. В общих чертах организация института А. представлялась следующей: высшую должность составлял генерал-аудитор (первоначальный оклад содержания 400 р. в год); помощники его именовались генерал-аудитор-лейтенантами (250 р.) и обер-аудиторами (младшие помощники); затем следовали аудиторы бригадные (240 р.) и полковые (100 р.) или низшие. Генерал-А. выполнял указанные выше функции в генеральном воен. суде и присутствовал в качестве блюстителя закона в Военном Совете; по уставу 1716 г., ген.-А. состоял правителем воен. канцелярии; на него возлагались и другие поручения; так, в военное время он должен был вести переговоры о размене пленных. Должность ген.-А. была поставлена наравне с высшими должностями генерального штаба армии. По воинскому уставу 1716 г., ген.-А. должен быть сведущим в военном и общем праве (ценз образовательный), "осторожный и благой совести человек" (нравственный ценз), так как на суде "конечное и последнее заключение от него зависит и он должен в сомнительных случаях генералитету и прочим офицерам изъяснять, что все народные права и военные артикулы о том гласят, никому не похлебствовать и не обращать внимания на знатность особы судимой"... В воен. время, при сформировании отдельн. армий или отрядов, при их штабах учреждались должности особых г.-А. (иногда обер-А.), которые исполняли те же обязанности, (наприм., ген.-А. Глебов при армии Шереметева в 1715 г. и Крейц при армии ген. Вейде). С учреждением в 1797 г. генерал-аудиториата, значение г.-А. значительно возрастает: он является уже главой целого ведомства, ведает его личным составом, подчинен непосредственно монарху, которому и представляет на конфирмацию некоторые дела (об офицерах и нижн. чинах из дворян); в его руках сосредоточивается управление всей воен. юстицией, т. к. с 1805 г. в его ведение переходит и вся судная часть морск. вед-ва. С 1808 г., с назначением воен. министром Аракчеева, ген.-А. начинает постепенно утрачивать свое самостоятельное положение и окончательно подчиняется военному министру в 1812 г., при реформе центральн. воен. упр-ия. С 1797 г. установлена особая должность — полевого ген.-аудитора, но должность эта учреждалась лишь в воен. время при армии вместе с учреждением при ней же полевого аудиториата. Функции полев. ген.-А. были аналогичны с функциями ген.-А. Первым ген. А. из русских был И. В. Кикин (с 1712 г.), пользовавшийся большим доверием Петра I. В 1719 г., в числе друг. иностран. юристов, явившихся по призыву царя, был чешский юрист Феодор Центорови, оказавший впоследствии значительные услуги сенату и воен. коллегии своими познаниями в области права; он состоял в должности ген.-А. воен. коллегии с 1726 г. до 1752 г. После увольнения Центорови ген.-А. были большей частью строевые офицеры: Василий Чистюгин (1752—1756 г.), Матвей Дмитриев-Мамонов (1757—1761 г.), Илья Плюсков (1761—63 г.); Ларион Украинцев (1763—1777 г.), Егор Наумов (1778—1781 г.), Захар Корнеев (1781—82 г.), Василий Волков (1782—88 г.), Алексей Кобылинский (1788—1797 г.). Первым ген.-А. по учреждении генерал-аудиториата были, ген. от инф. князь Ив. Андр. Шаховской (1797—1800 г.) и ген.-лейт. сенатор князь Сем. Иван. Салагов (1800—1812 г.), много содействовавшие улучшению положения аудиториатского ведомства. Последним ген.-А. был ст.-секрет. В. Д. Философов, реорганизовавший в 60-х гг. XIX в. нашу воен. юстицию и в.-суд. вед-во. — Генерал-аудитор-лейтенант и обер-аудитор — были помощниками ген.-А. и, в случае отсутствия последнего, исполняли его должность; круг их обязанностей не был точно регламентирован. Обер-А. отличался лишь тем, что был рангом ниже ген.-А.-лейтенанта и являлся младшим помощником ген.-А. Во второй половине XVIII века, ген.-ауд.-лейт-ты назначались также преимущественно из строевых офицеров. Между прочим, в должности ген.-А.-лейтенанта состоял одно время знаменитый А. В. Суворов (с 28 окт. по 4 дек. 1756 г.). Полковые аудиторы были низшей аудиторской должностью; первоначально они занимали в полковом штабе места наравне с капитанами, и назначение их зависело от воен. канцелярии, управляемой ген.-А-м. Полковые А. не только выполняли в полковых судах те функции, которые в генеральн. суде возложены были на ген.-А., но и вели все протоколы; в затруднительных случаях полк. А. б. обязан обращаться за разъяснением к об.-А. С 1720 г. полк. А. б. поставлены вне рангов. С 1728 г. должность их вновь была признана в офицерском ранге. Более подробно служебное положение полк. А. указано ниже, теперь отметим только, что постепенное понижение должности аудиторов и способы их комплектования привели к возложению на них еще и других обязанностей, совершенно несоответствующих их прямому назначению, напр., обязанностей квартирмейстера по заведованию полков. обозом и по приему провианта и фуража в воен. и даже иногда в мирн. время (устав пол. службы 1796 г.). Служебное положение А. в России первоначально было почетное: высшие А. чины приравнены были к высшим воен. должностям, низшие — наравне с капитанами числились в полковом штабе. Однако такое их положение продолжалось недолго: с изданием штатов 1720 г., составленных под влиянием прусск. закона 1712 г., по которому А. не числились в корпусе офицеров, ген.-А. были у нас понижены до ранга подполковника, и должость его поставлена была ниже обер-кригс-комиссара, ген.-А.-лейт. были приравнены к майору, об-А. — к капитану, а полковые А. поставлены были вне рангов, при чём содержание им положено было среднее между жалованьем прапорщика и полк. писаря; только в артиллерии полк. А. сохранили офицерский ранг и приравнивались к рангу поручика. Очевидно, должность полк.-А. должна была неизбежно утерять свое значение; полк. ком-ры стали назначать на должности полк.-А. фельдфебелей, унт.-оф. и писарей, окончивших гарнизонные школы и т. п. Разумеется, такое умаление достоинства А. объясняется не только влиянием прусского закон-ства, но и крайне низким уровнем развития, образования и специальной подготовки русск. А., особенно низших. С 1728 г. законодатель начинает постепенно вновь возвышать служебное положение А.; так, в этом году последовало разъяснение, чтобы полк. А. числить в офицер. звании, но в унтер-штабе, наравне с заведовающими обозами и квартирмейстерами; в 1752—54 гг., по определению воен. коллегии, для ген.-А. установлен был чин подполковника, но назначались даже полковники и бригадиры, а для полк. А. был установлен ранг подпоручика; дальнейшее же их чинопроизводство шло наравне с прочими офицерами, но вместе с тем разрешалось замещать аудит. должности подпрапорщиками и, в крайнем случае, даже писарями и унтер-офицерами; в 1762 г. в такое же служебное положение были поставлены и А. в специальных родах оружия. Однако, в том же году особым указом положение А. вновь было резко понижено: воспрещено было назначать полк. А. из дворян, производить их в чины выше подпоручика и носить офицерские знаки, шарф и темляк. Такое несоответствующее достоинству А. положение продолжалось в ущерб делу правосудия в войсках, до учреждения в 1797 г. генерал-аудиториата; с этих пор А. составили особое, вполне объединенное корпоративно, ведомство, интересы которого получили в лице ген.-А. специальное представительство; А. с этого времени присваивается уже особый мундир и устанавливается производство их в гражд. чины; с 1802 г. самое звание А. приравнено было к чину XIV кл.; в 1804 г. по ходатайству ген.-А. кн. Салагова аудиторская должность повышена была в XIII кл. и допущено было за выслугу производство до чина титул. советника. В последующих годах (1805—1809 гг.) разрешено было даже оставаться на аудит. должности, до чина кол. ассес., дававшего права потомств. дворянства. В 1816 г. разрешено было представлять в звание А. и дворян. Переход в строй с получением соответствующего офицерского чина был затруднен и разрешался только (в 1808 г.) лицам, прослуживщим в строю до получения звания А. не менее 12 лет, хотя бывали и исключения: напр., из А. был перечислен прямо в строй офицером ген. Маиевский, оставивший интересные записки — "Мой век", напечатанные, в 1873 г. в "Рус. Стар.". В таком виде А. должность сохранялась до воен.-суд. реформы 1867 г., когда она была упразднена, хотя, впрочем, не сразу, так как в Сибирских и Туркестанском воен. округах реформа была введена лишь в 1886—1889 гг. (Розенгейм, Очерк ист. воен. суд. учр. в России до кончины П. В.", 1878 г.; Шендзиковский, Конспект лекций по ист. рус. в.-уг. закон., 1885 г.; Бобровский, Развитие способов и средств для образования юристов военного ведомства. Ежег. В.-Ю. Ак. № 1).