В память Матвея Чопа (Тронулся лёд наш едва; у других уж весна наступила — Прешерн; Корш)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

В память Матвея Чопа
автор Франце Прешерн (1800—1849), пер. Ф. Корш (1843—1915)
Язык оригинала: словенский. Название в оригинале: V spomin Matija Čopa. — Из сборника «Стихотворения Франца Преширна со словенского и немецкого подлинников». Источник: Commons-logo.svg Сканы, размещённые на Викискладе В память Матвея Чопа (Тронулся лёд наш едва; у других уж весна наступила — Прешерн; Корш) в дореформенной орфографии


См. также Матвею Чопу


[85]

В память Матвея Чопа[1]

Тронулся лёд наш едва; у других уж весна наступила;
В крае словенском ещё бурные ветры ревут.
Вот мы стесали свой челн, его с Богом вручили теченью;
Скал и пучин избегать он научиться не мог.
Звёзд мы не знали ни тех, что спасают, ни тех, что нас губят;
Лель был наш кормчий, другой был он для нас Палинур[2].
Ты наш челнок отстоял, паруса и кормило поправил,
Ты показал ему путь прямо в обитель духов.

[86]

Звёзд, незнакомых тебе, не имело поэзии небо,
Всех просвещённых племен ты языками владел.
Римлянин что, господин над вселенной, что грек велемудрый,
Что итальянец, француз, немец, испанец и бритт,
Чех и поляк и что русский и серб и что род наш словенский
В мире искусств и наук раньше измыслить могли, —
Всё без остатка, усвоил ты, Чоп, великан по познаньям!
Духа сокровища ты Крезовы в жизни набрал.
Этот запас благородный не прятал под спудом ты дома:
Школьную им молодёжь ты богатил и других.
Только взялся за перо ты, лежавшее прежде без дела,
Вдруг на беду землякам, медленно бредшим вослед,
В омуте яростном Савы кончина тебя захватила,
Слово пресекла в устах, вырвав из пальцев перо.
Клад твой от нас сберегает земля, неподатливый сторож;
Матери-Славы глаза плачут над гробом твоим.

[87]

Влажны глаза и у нас, у друзей, лишь тебя мы припомним,
Вместе с тобой и дары дружбы бесценной твоей.
Семя, что здесь ты посеял, идет уж роскошно в колосья,
Нам и за нами суля внукам не мало плода.
Имя и знанья твои да не будут, земляк, позабыты,
В Крайне покуда живёт род тебе милый словен!




Примечания переводчика

  1. См. предисл. стр. XV—XVI.
  2. Лель — славянский бог любви, Палинур — кормчий Энея в его пути из Трои в Италию, неожиданно утонувший в тихую погоду, как Матвей Чоп. Под Лелем некоторые разумеют Кастельца (см. пред. стр. XVI). Вообще о смысле этого стиха спорят. Неясно и то, к кому относятся «мы» и «наш» в ст. 3—8 — к одному поэту или также к его соплеменникам.