Другие редакции и варианты (Лермонтов)/Стихотворения

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Другие редакции и варианты/Стихотворения
автор Михаил Юрьевич Лермонтов (1814-1841)
См. Приложения. Источник: Лермонтов М. Ю. Полное собрание стихотворений в 2 томах. — Л.: Советский писатель. Ленинградское отделение, 1989. — Т. 2. Стихотворения и поэмы. 1837—1841. — С. 519—526.

    Другие редакции и варианты


    СТИХОТВОРЕНИЯ


    339. Смерть поэта


    после 33
    черн. автограф
    ЦГАЛИ

           [Его душа в заботах света
           Ни разу не была согрета
           Восторгом русского поэта,
           Глубоким пламенным стихом.
    Но час настал — и нет певца Кавказа!]


    367. Поэт


    1—8
    автограф

    В серебряных ножнах блистает мой кинжал,
           Геурга старого изделье,
    Булат его хранит таинственный закал, —
           Давно утраченное зелье!..
    Наезднику в горах служил он много лет
           Орудьем гибельного мщенья,
    И слушал он один его полночный бред
           И сердца гордого биенье.

    загл.
    черн. автограф
    КИНЖАЛ
    5—8

    а) [Лилейная рука тебя мне поднесла,
        И очи черные, твоей подобны стали,
        В тот миг тускнели и сверкали,
        И надпись мне твою красавица прочла.]
    б) [Тебя мне поднесла лилейная рука
        В знак памяти на вечную разлуку;
        Как жмет теперь тебя моя рука,
        Так я пожал ту молодую руку.]


    377. Памяти А. И. Одоевского


    после 22
    автограф

    [И не был он ни злом ожесточен,
    Ни избалован нежностью излишней]

    после 55

    [Ничем не очернит наследник благодарный]


    383. Есть речи — значенье


    первая ред.
    автограф из
    альбома
    Бартеневой

    Есть речи — значенье
    Порою ничтожно! —
    Но им без волненья
    Внимать невозможно.

    Как полны их звуки
    Тоскою желанья!
    В них слезы разлуки,
    В них трепет свиданья...

    Надежды в них дышат.
    И жизнь в них играет
    Их многие слышат,
    Один понимает.

    Лишь сердца родного
    Коснутся в день муки
    Волшебного слова
    Целебные звуки:

    Душа их с моленьем
    Как ангела встретит,
    И долгим биеньем
    Им сердце ответит.

    другая ред.
    ВиС

    ВОЛШЕБНЫЕ ЗВУКИ
                 
    Есть речи — значенье
    Темно иль ничтожно,
    Но им без волненья
    Внимать невозможно.

    Как полны их звуки
    Тоскою желанья!
    В них слезы разлуки,
    В них трепет свиданья...

    Их кратким приветом,
    Едва он домчится,
    Как божиим светом,
    Душа озарится.

    Средь шума мирского
    И где я ни буду,
    Я сердцем то слово
    Узнаю повсюду;

    Не кончив молитвы,
    На звук тот отвечу
    И брошусь из битвы
    Ему я навстречу,

    Надежды в них дышат,
    И жизнь в них играет, —
    Их многие слышат,
    Один понимает.

    Лишь сердца родного
    Коснутся в дни муки
    Волшебного слова
    Целебные звуки,

    Душа их с моленьем
    Как ангела встретит,
    И долгим биеньем
    Им сердце ответит.


    384. Журналист, Читатель и Писатель


    156—158
    копия
    Соллогуба

    Чтоб яд пылающей страницы
    Нарушил сон отроковицы
    И сердце юноши увлек.


    386. Соседка


    21—22
    автограф

    Я своей не позволил бы дочке
    У окна так садиться в сорочке.

    строфа 8

    У отца ты украдь мне ключи,
    Часовых разойтись подучи,
    А для тех, что у двери стоят,
    Я сберег наточенный булат.


    394. А. О. Смирновой


    между 4 и 5
    автограф
    из альбома
    Полуденского

    Стесняем радостию детской,
    Нет, не впишу я ничего
    В альбоме жизни вашей светской —
    Ни даже имя своего.

    5—6

    Мое вранье так неискусно,
    Что им тревожить вас грешно...


    398. Я к вам пишу случайно, — право


    вм. 126—161
    автограф

    [Чечня восстала вся кругом;
    У нас двух тысяч под ружьем
    Не набралось бы. Слава богу
    Выходит из кустов обоз,
    В цепи стрельба; но началось
    И в арьергарде понемногу;
    Вот жарче, жарче... Крик! Глядим,
    Уж тащут одного, — за ним
    Других... и много... ружья носят!
    И кличут громко лекарей!
    Уж им невмочь — подмоги просят;
    «Сюда орудие — скорей
    Картечи...» Тихо развернулся
    Меж тем в поляне весь отряд,
    Кругом зелёный лес замкнулся,
    Дымится весь. Свистят, жужжат
    Над нами пули. — Перед нами
    Овраг, река — по берегам
    Валежник, бревна здесь и там,
    Но ни души — кусты ветвями
    Сплелись, мы ближе подошли,
    Орудий восемь навели
    На дерева, в овраг без цели
    Гранаты глухо загудели
    И лопнули... Ответа нет.
    Мы ближе... Что за притча, право!
    Вот от ружья как будто свет,
    Вот кто-то выбежал направо...
    Мелькнул и скрылся враг лукавый.
    Мы снова тронулись вперед,
    Послали выстрел им прощальный,
    И ружей вдруг из семисот
    Осыпал нас огонь батальный,
    И затрещало... По бокам,
    И впереди, и здесь, и там
    Валятся целыми рядами...
    Как птиц нас бьют со всех сторон...
    Второй и третий батальон
    В штыки, дружнее, молодцами;]

    вм. 176—201

    а) [Тогда на самом месте сечи
        У батареи я прилег
        Без сил и чувств; я изнемог,
        Но слышал, как просил картечи
        Артиллерист. Он приберег
        Один заряд на всякий случай.
        Уж раза три чеченцы тучей
        Кидали шашки наголо;
        Прикрытье всё почти легло.
        Я слушал очень равнодушно;
        Хотелось спать и было душно]

    б) [Тогда довольно равнодушно
        На батарее я прилег:
        Признаться вам, я изнемог,
        Хотелось спать и было душно.]
        
    221—224

    Как зверь он жаден, дик и злобен,
    К любви и счастью неспособен;
    Пускай же гибнет поделом.
    И стало мне смешно. Потом

    после 240

    [Но я наскучил вам. Довольно,
    Спокойна совесть у меня;]

    403. Прощай, немытая Россия


    4
    копия ПД

    И ты, послушный им народ.

    5—6

    Быть может, за хребтом Кавказа
    Укроюсь от твоих царей,


    407. На севере диком стоит одиноко


    другая ред.
    автограф

    На хладной и голой вершине
    Стоит одиноко сосна
    И дремлет... под снегом сыпучим,
    Качаяся, дремлет она.
    Ей снится прекрасная пальма
    В далекой восточной земле,
    Растущая тихо и грустно
    На жаркой песчаной скале.

    417. Они любили друг друга так долго и нежно


    первая ред.
    автограф

    Они любили друг друга так нежно,
    С такой глубокой и страстной тоскою,
    Но как враги друг друга боялись,
    И были речи их пусты и хладны.
    Они расстались и только порою
    Во сне друг друга видали, — но скоро
    Им смерть настала — и встретились в небе,
    И что ж? Друг друга они не узнали.

    вторая ред.
    автограф

    Они любили друг друга так нежно,
    С тоскою глубокой и страстью мятежной!
    Но как враги опасалися встречи,
    И были пусты и хладны их речи.
    Они расстались в безмолвном страданье
    И милый образ во сне лишь видали.
    Но смерть пришла, им настало свиданье...
    И что ж? Друг друга они не узнали.

    423. Пророк


    1
    черн. автограф

    С тех пор как высший судия

    строфа 5
    автограф

    Когда же через шумный град
    Я пробираюсь потаенно,
    То, слышу, детям говорят
    Отцы с улыбкою надменной:



    Примечания


    PD-icon.svg Это произведение перешло в общественное достояние в России согласно ст. 1281 ГК РФ, и в странах, где срок охраны авторского права действует на протяжении жизни автора плюс 70 лет или менее.

    Если произведение является переводом, или иным производным произведением, или создано в соавторстве, то срок действия исключительного авторского права истёк для всех авторов оригинала и перевода.