Идеал (Брюсов)/Chefs d’oeuvre, 1896 (ДО)

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Идеал
авторъ Валерий Яковлевич Брюсов (1873—1924)
Изъ сборника «Chefs d’oeuvre, 1896». Опубл.: 1896. Источникъ: Commons-logo.svg В. Я. Брюсов Chefs d’oeuvre. — 2-е изд., с изменениями и дополнениями. — М.: Типография Э. Лисснера и Ю. Романа, 1896

Редакціи


[71]
ИДЕАЛЪ.

Они повстрѣчались въ магическій часъ.
Былъ вечеръ лазурнымъ и западъ погасъ,
И блѣдныя тѣни надъ полемъ и лѣсомъ
Ложились, сгущались ажурнымъ навѣсомъ.
На ласковомъ фонѣ весеннихъ тѣней
Мечтатель-безумецъ онъ встрѣтился съ ней.

И первая встрѣча шепнула имъ много.
Какъ ландышъ на сердцѣ проснулась тревога,
Мелькнула, скользнула за тонкимъ стекломъ
Пурпурная бабочка легкимъ крыломъ,
Измученный лотосъ коснулся до влаги
И, тайные, вдаль побѣжали зигзаги.

Вся жизнь озарилась огнями съ тѣхъ поръ.
Какъ будто на небѣ застылъ метеоръ,
Какъ будто бы міръ задрожалъ отъ мелодій,

[72]

И сонъ ароматный разлился въ природѣ.
Но мигомъ свиданья, какъ утро чисты,
Не смѣли они опозорить мечты.

И мальчикъ-поэтъ и ребенокъ-Марія,
Мечтая и грезя въ часы голубые,
Не знали желаній, смущающихъ умъ.
Въ небесной прозрачности дѣвственныхъ думъ
Дрожали псалмы и улыбки растеній,
Носились, томились безплотныя тѣни.

И дивное счастье повѣдалъ имъ Богъ.
Вдали отъ людей, далеко отъ тревогъ
Въ молчаньѣ лѣсномъ, преисполненномъ тайной
Другъ съ другомъ они повстрѣчались случайно.
Такъ въ старой бесѣдкѣ игрой вѣтерка
Другъ съ другомъ сплетаются два лепестка.

И точно друзья послѣ долгой разлуки,
Они протянули увѣренно руки,
И все, о чемъ каждый мечталъ самъ съ собой,
Другой угадалъ вдохновенной душой.

[73]

И были ненужны ни ласки, ни рѣчи
При этой короткой ритмической встрѣчѣ.

То былъ мотылекъ, пилигримъ вечеровъ,
Который подслушалъ прощанье безъ словъ,
То было смущенное облачко мая,
Которое въ дали лазоревой тая,
Поймало румянецъ склоненныхъ лилей,
Улыбку надъ лепетомъ свѣтлыхъ кудрей.

И ярче горѣло свѣтило земное,
Полнѣй на куртинахъ дышало левкое,
ІІІепталъ ароматнѣй загадочный садъ,
Когда возвращалась Марія назадъ,
Когда въ ея сердцѣ туманныя розы
Роняли надъ глубью росистыя слезы.

И милостивъ былъ къ нимъ Создатель во всемъ.
День встрѣчи остался послѣднимъ ихъ днемъ,
Пылающимъ вѣчно, какъ Божья лампада,
Кристальнымъ и чистымъ, какъ брызги каскада;
Въ гирлянду его — навсегда, навсегда —
Вплелись незабудки, сирень, резеда.

[74]


И въ вѣчности счастіе ихъ неизмѣнно, —
Они не встрѣчались и въ жизни блаженной.
Два свѣтлые ангела вѣчно они
Хранили въ душѣ серебристые дни,
И память о жизни, о горестной жизни,
Была ихъ наградой въ небесной отчизнѣ.

1894.