Вь засѣданіи 27 января, коммисія, какъ значится въ протоколѣ, изъявила готовность предоставить свидѣтелямъ, для предварительнаго съ ними ознакомленія, тѣ мѣрительные приборы, которые изготовлены ею для изслѣдованія такъ называемыхъ медіумическихъ явленій. На этомъ основаніи два таковыхъ прибора были доставлены мнѣ на домъ: стеклянная банка съ натянутой на ней перепонкой, сообщающейся съ гальванометромъ — для указанія медіумическихъ стуковъ, и манометрическій столъ для указанія медіумическихъ его движеній. Затѣмъ, въ письмѣ своемъ отъ 23 февраля, г. Менделѣевъ спрашиваетъ меня, къ какимъ результатамъ привели наши домашніе опыты съ упомянутыми приборами?
По окончаніи сихъ опытовъ честь имѣю сообщить слѣдующее:
Практика показала, что для удачнаго примѣненія приборовъ къ медіумическимъ опытамъ требуются извѣстные пріемы и условія, безъ знанія которыхъ примѣненія этихъ приборовъ не даютъ желательныхъ результатовъ; кромѣ того, условія эти не всегда даны, а потому и точные опыты невозможно производить такъ часто, какъ-бы было желательно. Но такъ какъ для коммисіи медіумическія явленія ничто другое какъ обманъ, то о помянутыхъ пріемахъ и условіяхъ здѣсь распространяться совершенно безполезно. Достаточно сказать, что нами было сдѣлано два опыта со снарядомъ коммисіи для констатированія звуковъ и два опыта со снарядомъ коммисіи для констатированія движеній стола.
Опыты съ первымъ снарядомъ были произведены 24 и 28 февраля; передъ опытами снарядъ былъ надлежащимъ образомъ испробованъ. Когда медіумъ былъ приглашонъ подойти къ банкѣ и приложить къ ней руки плашмя, такъ что концы пальцевъ на вершокъ не доходили до перепонки, стуки стали явственно раздаваться по стеклу, а потомъ и по перепонкѣ; по звуку они уподоблялись треску электрической искры и совершенно отличались отъ ударовъ по стеклу. Во время звуковъ въ перепонкѣ, движеній стрѣлки гальванометра, какъ при первомъ, такъ и при второмъ опытѣ, не происходило. Послѣ каждаго опыта нами было испробовано, посредствомъ легкихъ ударовъ твердымъ тѣломъ по перепонкѣ, воспроизвести приблизительно тѣ же звуки, которые были слышны въ перепонкѣ во время опыта; но стрѣлка гальванометра къ этимъ легкимъ, искуственнымъ ударамъ по перепонкѣ оставалась нечувствительна. Изъ этихъ опытовъ мы должны были заключить, что приборъ этотъ не соотвѣтствовалъ своему назначенію.
Опыты со вторымъ снарядомъ коммисіи, т. е. съ такъ называемымъ манометрическимъ столомъ, были сдѣланы 29 февраля и 2 марта.
Результатъ перваго опыта былъ засвидѣтельствованъ слѣдующимъ протоколомъ:
Февраля 29-го дня, 1876 г., въ сеансѣ, происходившемъ въ квартирѣ А. Н. Аксакова, послѣ 20-ти минутнаго сидѣнія за небольшимъ столомъ, г-жѣ Клайеръ предложено было перейти къ столу манометрическому, который передъ засѣданіемъ былъ приведенъ въ надлежащій порядокъ: манометры были уравнены и дѣйствіе ихъ испробовано. За этимъ столомъ медіумъ, г-жа Клайеръ, посажена была въ виду всѣхъ присутствующихъ; въ комнатѣ горѣла висячая лампа полнымъ свѣтомъ, и ясно освѣщала всю фигуру медіума и пространство подъ манометрическимъ столомъ. Одни изъ присутствующихъ наблюдали за манометрами, другіе слѣдили за движеніями стола и медіума. Руки медіума лежали на одной изъ подвижныхъ половинъ столешницы: спустя нѣсколько минутъ, столъ, при упомянутомъ положеніи и полной его неподвижности, сначала приподнялся правой стороной, причемъ его ножки отдѣлились отъ пола приблизительно на два вершка; вслѣдъ за тѣмъ такое же движеніе повторилось съ лѣвой стороны стола. Потомъ столъ подвинулся приблизительно на четверть, сначала вправо, а затѣмъ влѣво; наконецъ онъ приподнялся, приблизительно на два вершка, стороной обращенной къ медіуму. Всѣ эти поднятія совершались плавно и во время ихъ ноги медіума оставались въ полной неподвижности, отнюдь не касаясь ножекъ стола. При всѣхъ движеніяхъ стола жидкость манометровъ оставалась почти въ полномъ покоѣ, и только въ тотъ моментъ, когда столъ послѣ поднятія падалъ, манометръ, соотвѣтствовавшій обращенному къ медіуму краю столешницы, незначительно поднимался. Всѣ описанные опыты, вмѣстѣ взятые, продолжались не болѣе десяти минутъ. По окончаніи засѣданія, нижеподписавшіеся пробовали произвести искусственно описанныя движенія стола, кладя руки на туже доску, на которой лежали руки медіума, и убѣдились въ невозможности получить эти поднятія даже и тогда, когда прилагали къ тому возможно большія усилія, не обращая вниманія на повышенія манометровъ. — Подлинный подписали: Н. Вагнеръ, А. Бутлеровъ, А. Аксаковъ, П. Черемисиновъ[1], В. Россоловскій, Е. Черемисинова, С. Аксакова.
Результатъ втораго опыта, на которомъ присутствовали тѣ же лица, состояли въ слѣдующемъ: когда медіумъ присѣлъ къ столу и положилъ руки на подвижную часть столешницы, произошло три движенія стола по полу въ лѣвую сторону отъ медіума. Всего пройдено столомъ вершка четыре. При началѣ опыта, лѣвая ножка стола, со стороны медіума, была на 4 вершка отъ платья его и съ каждымъ движеніемъ стола отъ него удалялась, какъ свидѣтельствуютъ гг. Аксаковъ и Вагнеръ, сидѣвшіе въ сторонѣ слѣва отъ медіума; правая ножка стола была сначала вершка три отъ платья медіума, а потомъ постепенно приближалась къ нему и уперлась въ него, какъ свидѣтельствуютъ гг. Черемисиновъ и Россоловскій, сидѣвшіе справа отъ медіума. Во время сихъ движеній стола манометры колебались на ½ дюйма, какъ значится по отмѣткамъ на бумагѣ, сдѣланнымъ Бутлеровымъ во время наблюденій. Опытъ продолжался не болѣе десяти минутъ. По окончаніи опыта, при попыткахъ участвовавшихъ лицъ произвести искусственно тѣ же движенія стола, при тѣхъ же условіяхъ, жидкость въ манометрахъ повышалась до крайнихъ предѣловъ.
Опыты наши съ манометрическимъ столомъ показали, что приборъ этотъ соотвѣтствовалъ своему назначенію и что медіумизмъ г-жи Клайеръ, какъ я имѣлъ честь заявить коммисіи, совершенно подходилъ къ производству опытовъ съ этимъ столомъ. По всей вѣроятности опыты наши не будутъ имѣть для коммисіи никакого значенія и она объяснитъ ихъ тѣмъ, что мы не сумѣли видѣть, какъ медіумъ всѣ эти движенія стола производилъ самъ, но это докажетъ только, что ни манометрическій столъ, ни всякій другой мѣрительный приборъ не устраняетъ необходимости довѣрія къ свидѣтельству тѣхъ лицъ, которыя экспериментируютъ съ приборомъ. 28 марта 1876 г.
Не понравилось г. Менделѣеву мое сообщеніе! Передъ этимъ онъ писалъ: «интересно узнать, что же показали ваши домашніе опыты съ измѣрительными приборами?» (смотри письмо его отъ 23 февр., стр. 137) — а когда онъ получилъ отвѣтъ нашъ, то не зналъ куда и дѣваться съ нимъ, запряталъ его въ примѣчаніе къ описанію столовъ, — въ такой отдѣлъ, въ который рѣдкій читатель поинтересуется заглянуть!! «Заявленіе г. Аксакова — поясняетъ г. Менделѣевъ — не вошло прямо въ приложенія къ протоколамъ по той причинѣ, что 21 марта коммисія прекратила свое существованіе, а бумага г. Аксакова (на ней означено 28 марта) поступила въ Физическое Общество позже того. Она прислана мнѣ 12 апрѣля». Точно мы могли знать, или даже предположить, что коммисія прекратитъ свое существованіе!
Примечания
[править]- ↑ Главный врачъ уральской горно-заводской желѣзной дороги.