Краткій очеркъ этотъ даетъ мнѣ возможность упомянуть лишь о нѣкоторыхъ болѣе или менѣе выдающихся моментахъ движенія вопроса о спиритизмѣ въ Россіи. Въ хронологическомъ порядкѣ теперь наступила очередь сказать объ основаніи журнала «Ребусъ». Познакомясь въ домашней обстановкѣ съ явленіями медіумизма въ 1874 г., о чемъ я разсказалъ подробно въ моей брошюрѣ «Медіумизмъ Е. Д. Прибытковой» и, признавъ глубокое и міровое ихъ значеніе, я пожелалъ, насколько возможно и доступно мнѣ, познакомить съ ними русскую публику, если не на практикѣ, то путемъ печатнаго слова. Пропагандировать ихъ въ русской прессѣ въ то время было положительно немыслимо, такъ какъ редакціи не допускали говорить о нихъ въ серьезномъ тонѣ. Единственный исходъ былъ — быть полнымъ хозяиномъ журнала. На этой мысли я остановился и, можно сказать, экспромтомъ создалъ «Ребусъ». Я началъ изданіе безъ предварительной подготовки, не соприкасаясь никогда близко съ печатнымъ дѣломъ и не имѣя даже не только запасного капитала, но и нѣсколькихъ свободныхъ сотенъ рублей. Никто даже изъ близкихъ мнѣ не зналъ о моемъ намѣреніи до дня полученія мною разрѣшенія на изданіе. Совершивъ все это, какъ бы подъ внушеніемъ, я понялъ мое затруднительное, во всѣхъ отношеніяхъ, положеніе только по полученіи этого разрѣшенія.
![](http://upload.wikimedia.org/wikisource/ru/thumb/8/8a/Pribytkov_Viktor_Ivanovich_-_1a.jpg/400px-Pribytkov_Viktor_Ivanovich_-_1a.jpg)
Зная хорошо, что бывшія уже ранѣе попытки основать въ Россіи спиритическій журналъ потерпѣли неудачу, я, при своемъ ходатайствѣ, слегка только касаясь спиритизма, ограничился самою скромною программою, а именно: «ребусы, шарады, загадки, романы, повѣсти, разсказы и фельетонъ».
Признавая, что «человѣкъ — ближайшій и труднѣйшій изъ ребусовъ», я рѣшилъ назвать журналъ «Ребусомъ», и не имѣя надежды получить тотчасъ возможности говорить въ немъ о спиритизмѣ, я, какъ бы для намека на это затаенное желаніе, прибавилъ къ заголовку: «Загадочный Листокъ», придавъ временно этому листку отчасти юмористическій характеръ. Въ этомъ духѣ было составлено и заявленіе публикѣ о вновь нарождающемся членѣ въ семьѣ русской журналистики.
Не предвидя быстраго его распространенія при такой безцвѣтной программѣ, я, для возбужденія къ нему интереса публики, рѣшилъ помѣщать въ немъ ребусы съ выдачею премій за вѣрное ихъ рѣшеніе, которые при первой возможности извлекъ со страницъ журнала, какъ ненужный «хламъ» и не соотвѣтствующій намѣченному мною серьезному направленію журнала. Въ то же время я уничтожилъ и виньетку, рѣжущую глазъ нарисованнымъ на ней усомъ. (Названіе журнала изображалось на виньеткѣ въ видѣ ребуса: нота «ре», буква «б» и «усъ»).
Основывая журналъ не съ коммерческою цѣлью, и надѣясь хотя на незначительные остатки въ будущемъ, я предназначалъ эти остатки на поддержаніе столовой для бѣдныхъ, устроивъ годомъ раньше таковую и поддерживая ее при помощи ежемѣсячныхъ взносовъ людей, сочувствующихъ быстрому въ то время развитію этого благотворительнаго дѣла, по примѣру пастора Кроте, устроившаго первую такую столовую.
Организовавъ дѣло въ самыхъ скромныхъ размѣрахъ, я разослалъ по редакціямъ петербургскихъ газетъ и журналовъ заявленіе объ изданіи журнала.
Вотъ первый отзывъ о «Ребусѣ» газеты «Петербургскій Листокъ», напечатанный въ № 192 отъ 4-го октября 1881 г., заключающій въ себѣ и полный текстъ разосланнаго заявленія.
«Сегодня узнали, что съ октября будетъ выходить еженедѣльный загадочный листокъ подъ названіемъ „Ребусъ“. Изд.-ред. — В. Прибытковъ, тотъ самый В. Прибытковъ, который такъ знаменитъ въ области спиритизма, гипнотизма и проч. изма, кромѣ нигилизма. Ѣздили къ нему и онъ намъ далъ объявленіе, которое прочли съ наслажденіемъ. Вотъ, что гласитъ объявленіе:
„Китайцы, считая себя премудрымъ народомъ, ломаютъ постоянно свои бритыя головы надъ разными загадками и кастетами. Китайцы — народъ старый, мы же — юный. Если консервативные китайцы считаютъ загадку дѣломъ мудрымъ и полезнымъ, то для „насъ, народа, растущаго и развивающагося“ она далеко не безполезна. И вотъ этой-то потребности, по мѣрѣ силъ и средствъ, предполагаетъ удовлетворять „Ребусъ“. Каждое воскресное утро онъ будетъ представлять читателю листокъ разныхъ загадокъ. Все, что поднимается загадочнымъ вопросомъ въ области исторической, литературной, общественной — все это тщательно подберетъ „Ребусъ“ и выставитъ передъ читателемъ въ видѣ загадокъ, шарады, стихотворенія, сценки, повѣсти, романа и проч., и проч., предоставивъ ему полное право разгадывать, какъ онъ пожелаетъ“.
„Фельетонъ „Ресуса“ отзовется на всѣ вопросы, интересующіе читателя. Приэтомъ онъ будетъ вполнѣ объективенъ. Его задача — обхватить всѣ мнѣнія, нисколько не опасаясь французской пословицы: „кто много обхватываетъ, тотъ мало удерживаетъ“, и всегда помня, что тамъ, гдѣ два противныхъ мнѣнія сталкиваются лбами, — всегда раздается голосъ истины. Вотъ почему онъ гостепріимно открываетъ отведенное ему мѣсто для самыхъ противоположныхъ мнѣній и не будетъ обходить даже такой загадочный и многими игнорируемый вопросъ, какъ вопросъ о спиритизмѣ“.
„Ребусъ“ издается съ благотворительною цѣлью: весь остатокъ отъ расходовъ по изданію назначается на устройство и содержаніе столовой для бѣдныхъ. Число сотрудниковъ у „Ребуса“ кабалистическое, отгадать которое мы предоставляемъ всѣмъ желающимъ. Между ними есть лица, извѣстныя въ нашей литературѣ, но имена ихъ будутъ также стоять въ числѣ загадокъ „Ребуса“. Цѣна „Ребуса“ самая умѣренная, всего 2 рубля въ годъ безъ доставки и 3 рубля съ доставкой и пересылкой. „Отдѣльный нумеръ 10 коп. Не смотря на такую ничтожную подписную плату, мы будемъ выдавать за вѣрныя разгадки помѣщенныхъ нами ребусовъ преміи, въ видѣ книгъ, картинъ, дѣтскихъ игръ и другихъ предметовъ“.
Сейчасъ же сочли своею обязанностью подписаться.
Мичманъ Ивановъ 1562, вынимая два рубля, торжественно провозгласилъ: — Господи, да неужели-же мы отстанемъ отъ китайцевъ… да ни за какія деньги! Я пожалъ руку у г. Прибыткова и сказалъ: «Отъ души желаю успѣха вашему загадочному листку… Дѣйствительно, вы попали въ жилу. Потребность въ разгадываніи загадокъ въ областяхъ исторической, литературной и общественной у насъ такъ велика, что необходимъ печатный органъ. Что передъ вами, monsieur Прибытковъ, премудрый, консервативный народъ китайцы, вы каждаго китайца заткнете за поясъ! Бревнову особенно понравилось въ объявленіи обѣщаніе, „каждое воскресное утро, — сталкивать лбами два противныхъ мнѣнія, чтобы услышать голосъ истины“. Господи, говоритъ Бревновъ, какъ просто добывается истина. Стоитъ, напримѣръ, двухъ какихъ-нибудь статскихъ или даже дѣйствительныхъ статскихъ совѣтниковъ, но противоположныхъ лагерей, взять и столкнуться лбами, чтобы получилась истина. Опять ѣздили къ Прибыткову узнать, только ли по воскреснымъ днямъ изъ лбовъ слышна истина или и въ будній день. Это, собственно, важно было потому, что истина всего нужнѣе у насъ въ департаментахъ, а воскресные дни — неприсутственные. Какая-же нужда будетъ, напримѣръ, двумъ спорящимъ столоначальникамъ, начальникамъ отдѣленія и т. д. сталкиваться лбами въ дни неприсутственные. А интересно будетъ заглянуть въ консервативную редакцію „Ребуса“ при составленіи номера. Какъ всякій печатный органъ онъ будетъ держаться, конечно, только истины. Воображаемъ картину.
Нужно разрѣшенія загадочнаго вопроса о томъ: пропился или не пропился русскій народъ? — Вотъ редакторъ г. В. Прибытковъ заявляетъ громогласно, обращаясь къ кабалистическому числу своихъ сотрудниковъ.
„Господа!.. Требуется узнать истину: пропился или не пропился русскій народъ?“ Выступаетъ сотрудникъ и говоритъ: „Пропился“. Другой его оспариваетъ и говоритъ: „Не пропился“.
„Но, господа, говоритъ Прибытковъ, я радъ, что нашлись два противоположныхъ мнѣнія. Рѣшимте-же вопросъ какъ слѣдуетъ. Сотрудники расходятся по угламъ, нагибаются. Прибытковъ бьетъ въ ладоши, крича: „Разъ, два, три!“. При крикѣ, три, сотрудники бѣгутъ и вдругъ лбы бацъ!!! и къ ногамъ Прибыткова падаетъ истина, которую онъ, согласно мудрому правилу китайцевъ, обертываетъ загадкою и преподноситъ публикѣ, предоставляя ей полное право (Господи, еще право прибавилось!) разгадывать, какъ она пожелаетъ!“
„Не житье, а масляница!“ говоритъ Пѣтуховъ. Вверхтормашкинъ усумнился, что сотрудники будутъ биться лбами, но мичманъ Ивановъ 1562 его успокоилъ и разувѣрилъ: «Ты, говоритъ, забылъ, что „Ребусъ“ издается „съ благотворительной цѣлью“, что весь „остатокъ отъ расходовъ по изданію назначается на устройство и содержаніе столовой для бѣдныхъ“. — такъ суди самъ: „кто-же задумается разбить себѣ лобъ съ благотворительною цѣлью?!“ Бревновъ сегодня поѣхалъ къ Прибыткову съ совѣтомъ употребить остатокъ не на столовую для бѣдныхъ, а на устройство дома для умалишенныхъ. Г. Прибытковъ согласился съ Бревновымъ, найдя, что предложеніе Бревнова — прекрасная мысль, которая ему не приходила въ голову.
Бывшій, однако, тутъ-же спиритъ, профессоръ Вагнеръ, началъ оспаривать согласившагося съ Бревновымъ Прибыткова. Образовались два противоположныхъ мнѣнія и Бревновъ предложилъ двумъ апостоламъ спиритизма стукнуться лбами. Произошелъ звонъ, выговаривавшій бонъ, бомъ, бомъ.
Это „бомъ“ признали за истину, плоховыговоренную, и рѣшили строить „домъ“ для умалишенныхъ. Кто желаетъ добра родинѣ — долженъ подписаться, ибо на остатки отъ изданія будутъ строиться дома для умалишенныхъ. Первыя истины должны появиться 4-го октября и продаваться отдѣльно по десяти копѣекъ.
Мнѣ кажется, что дешевыя истины г. В. Прибыткова найдутъ сбытъ порядочный.
Публика, заинтересовавшись какъ всякою новинкою, и не зная характера новорожденнаго журнала, набросилась на первые его номера, но не найдя „стукающихся лбовъ“, ограничила свой интересъ къ нему лишь разгадываніемъ ребусовъ и полученіемъ премій за нихъ. И публика была права: за исключеніемъ этой приманки журналъ былъ вполнѣ безцвѣтенъ. Такимъ образомъ, онъ влачилъ свое существованіе съ 11-го октября 1881 г. до начала 1883 года, когда я исходатайствовалъ дополнительный пунктъ программы: „Обозрѣніе новыхъ открытій и изслѣдованіе явленій природы“. Тогда явилась возможность, хотя скромно и осторожно, говорить о спиритизмѣ. „Ребусъ“ ободрился, чувствуя подъ собою болѣе твердую почву. Такимъ образомъ главная загадка была разгадана и пресса ополчилась противъ неожиданно обнаружившагося направленія „Ребуса“. Она начала осыпать журналъ шутками, насмѣшками, не допуская серьезнаго къ нему отношенія, и не причисляя его даже къ числу членовъ своей семьи. Не остановилась даже передъ злобною инсинуаціею. Такъ одна псевдо-либеральная газета, желая уязвить редакцію, упрекнула ее въ томъ, что она, пропогандируя спиритизмъ, для противодѣйствія тогдашнему либерализму (читай: нигилизму), „играетъ въ дудку правительства“. И какъ сильно она ошиблась: не къ одному журналу цензура не относилась такъ строго какъ къ „Ребусу“. Я могъ бы разсказать много интереснаго по поводу этого отношенія, но… ставлю точку.
Вотъ краткая исторія возникновенія и жизни „Ребуса“. Много лѣтъ онъ прожилъ при такихъ неблагопріятныхъ условіяхъ и только нѣсколько послѣднихъ лѣтъ отношеніе и публики, и печати измѣнились къ нему, какъ и вообще къ вопросу о спиритизмѣ.
Когда узнали заграницею о возникшемъ въ Россіи интересѣ къ спиритизму, оттуда явились фокусники, подражающіе медіумическимъ явленіямъ, давъ себѣ кличку антиспиритовъ. Первымъ изъ нихъ прибылъ въ Петербургъ Казенёвъ. Главное доказательство его, что явленія медіумизма можно искусно поддѣлать, состояло въ томъ, что онъ быстро освобождалъ свои руки отъ наложенныхъ на нихъ связокъ. Пріѣздъ его и начавшіяся представленія произвели своего рода сенсацію.
Антиспиритическій толчокъ былъ данъ, и интересъ въ этомъ направленіи и въ прессѣ, и у публики значительно возросъ. Залы представленій наполнялась: одни шли съ исключительной цѣлью насладиться зрѣлищемъ, подрывающимъ, у заблуждающихся, вѣру въ спиритизмъ; нѣкоторые, не принадлежа ни къ одной изъ спорящихъ сторонъ и не имѣя никакого даже представленія о томъ, что за звѣрь такой эти медіумическія явленія, хотѣли взглянуть хотя на имитацію ихъ, въ надеждѣ, можетъ быть, какъ-нибудь и разобраться въ этомъ вопросѣ. Шли и просто поглазѣть на заморскаго фокусника, тѣмъ болѣе, что въ Россіи въ то время появлялось ихъ очень мало. Присутствовали среди публики и спириты, желающіе взглянуть, насколько точно эти поддѣльныя явленія воспроизводятъ настоящія. Зная, что поддѣльныя не имѣютъ ничего общаго съ настоящими, они стремились найти случай доказать это наглядно своимъ противникамъ. Подогрѣтая борьба вспыхнула; пресса натурально была на сторонѣ большинства, и во многомъ парализовала дѣйствія меньшинства. Устраивались и частныя представленія Казенёва въ присутствіи одной или обѣихъ сторонъ. Явились и среди публики подражатели фокуснику, и нѣкоторые изъ нихъ воспроизводили эти фокусы удачно; это служило еще большимъ подтвержденіемъ, что и медіумы такіе же фокусники. Побѣда антиспиритовъ была полная, но она поблекла, когда Казенёву, на одномъ изъ публичныхъ представленіи, было предложено связать его такъ называемымъ „морскимъ узломъ“; онъ сначала упорно отказывался, но потомъ, не желая уронить себя во мнѣніи публики, согласился. И „морской узелъ“ погубилъ его: руки антиспирита какъ были связаны, такъ и остались. Тогда его почитатели заявили: чего же гг. спириты требуютъ! Казенёвъ, вѣдь, фокусникъ, а фокусы могутъ быть исполнены только при извѣстныхъ условіяхъ, поставленныхъ самимъ фокусникомъ. Далѣе споръ между двумя противуположными лагерями, очевидно, продолжаться не могъ.
Появились субъекты, разыгрывающіе роль медіумовъ. Казалось бы, что не могло быть къ этому побудительныхъ причинъ, но, въ дѣйствительности, онѣ оказывались: желаніе быть интереснымъ для обшества, а иногда попасть въ извѣстный кругъ его, въ который инымъ путемъ доступъ былъ затруднителенъ. Для примѣра разскажу одинъ такой случаи. Предъявился въ редакцію „Ребуса“ нѣкій интелигентный субъектъ, заявивъ освоихъ медіумическихъ способностяхъ. Начались сеансы. Явленія, повидимому, быстро развивались и достигли той степени, когда полезно для дальнѣйшаго ихъ усовершенствованія отдѣлить медіума отъ присутствующихъ за занавѣску, въ отдѣльное помѣщеніе, т. е., устраивался, такъ называемый, „фасъ-сеансъ“. Вскорѣ за занавѣской появилась какъ бы освѣщенная матеріализованная рука. Она-то и навела на подозрѣніе. Стали слѣдить съ особеннымъ тщательнымъ вниманіемъ и когда убѣдились, что это была рука медіума въ перчаткѣ, натертой свѣтящимся составомъ, то рѣшили безцеремонно изобличить шарлатана; но это оказалось не такъ легко сдѣлать. Когда рука появилась, сдѣланъ былъ быстрый натискъ на обманщика, но сразу схватить предательскую руку не удалось. Началась борьба, продолжавшаяся довольно долго; были моменты, когда перчатка неминуемо должна была попасть въ плѣнъ, но ловкія движенія врага спасали ее и въ концѣ концовъ, она исчезла, несмотря на взятіе въ плѣнъ самого субъекта и тщательно произведенный обыскъ въ его карманахъ. Но такъ какъ не было никакого сомнѣнія въ томъ, что появленіе руки было не медіумическаго происхожденія, то составилось убѣжденіе, что перчатка была проглочена. Тѣмъ этотъ траги-комическій эпизодъ и окончился.
Къ этому времени подоспѣлъ новый фактъ, поднявшій на ноги противниковъ спиритизма. Нѣмецкій профессоръ Цёльнеръ, не задолго передъ тѣмъ, заинтересовавшись медіумизмомъ, имѣлъ много сеансовъ съ американскимъ медіумомъ Слэдомъ, и на одномъ изъ нихъ получилъ узелъ на безконечной веревкѣ, т. е., на веревкѣ, свободные концы которой были припечатаны. Понятно, что при этомъ условіи узелъ обыкновеннымъ извѣстнымъ намъ способомъ завязанъ быть не можетъ. Это необычайное явленіе заставило проф. Цёльнера признать существованіе пространства, имѣющаго болѣе трехъ измѣреній, и придти къ убѣжденію, что только обитатели, живущіе въ условіяхъ четырехмѣрнаго пространства, могутъ завязать подобный узелъ. Мысль, высказанная Цёльнеромъ, была уже не новая. Много лѣтъ назадъ извѣстный покойный русскій математикъ Лобачевскій пришелъ къ такому же убѣжденію теоретически съ помощію математическихъ данныхъ. Для Цёльнера же подтвердилось это практически, съ помощію медіумизма.
Этотъ интересный фактъ, обогатившій область медіумизма, и безъ того далеко не бѣдную, еще болѣе возбудилъ интересъ къ спиритизму въ Россіи. По полученіи подробнаго описанія Цёльнеромъ этого выдающаго явленія, А. М. Бутлеровъ съ присущимъ ему талантомъ написалъ статью въ „Русскомъ Вѣстникѣ“, которая помогала нашему, такъ сказать, трехмѣрному воображенію представить себѣ это четырехмѣрное пространство.
Тогда снова поднялась антиспиритическая буря. Снова посыпались насмѣшки, издѣвательства, переходящія иногда границу, а къ кличкѣ: „сумасшедшіе“ — спириты, давно уже привыкли.
Спустя немного времени, явился въ Петербургъ изъ Вильно антиспиритъ иного сорта: это былъ уже не профессіональный фокусникъ, а любитель. Нѣкій Ливчакъ, очевидно, обладающій не малою дозою измышленій, при ихъ помощи изобрѣлъ способъ обойтись безъ медіумизма при завязываніи „Цёльнеровскаго узла“, какъ въ то время называли этотъ узелъ. Г. Ливчакъ предсталъ передъ спиритами грознымъ обличителемъ ихъ ереси и собрался „повергнуть въ прахъ“ новый фактъ медіумизма, но получилось что-то чрезвычайно курьезное. Дѣтская наивность г. Ливчака поражала всѣхъ, трезво взглянувшихъ на его антиспиритическое обличеніе. Удовлетворяла же она только рьяныхъ противниковъ, или вѣрнѣе сказать, они готовы были помириться со всякимъ курьезомъ, лишь бы сказать: вотъ и новая затѣя спиритовъ потерпѣла полное фіаско.
Что же такое изобрѣлъ г. Ливчакъ? А вотъ что. Онъ преподносилъ для завязыванія узла веревку собственнаго приготовленія. Просилъ всѣхъ присутствующихъ удалиться изъ комнаты и, спустя нѣкоторое время, выносилъ веревку, съ завязаннымъ на ней узломъ, и потомъ для назиданія спиритовъ объяснялъ, что приготовленная имъ веревка была тщательно скручена; затѣмъ, оставаясь съ глазу на глазъ съ этой веревкой, онъ ее раскручивалъ, завязывалъ узелъ, а потомъ снова скручивалъ. И эту дѣтскую шалость г. Ливчакъ считалъ разоблаченіемъ фантазіи спиритовъ. И находились лица, которыя ему съ наслажденіемъ аплодировали. Вѣрится съ трудомъ, но курьезъ этотъ, дѣйствительно, имѣлъ мѣсто во времена антиспиритической горячки. Можно было думать и надѣяться, что времена эти канули въ вѣчность, а между тѣмъ почти надняхъ еще снова проявился антиспиритизмъ тѣхъ временъ. Не далѣе, какъ въ февралѣ прошлаго года покойный „Сѣверный Курьеръ“ вновь подробно разсказалъ эту курьезную исторію, и окружилъ г. Ливчака ореоломъ побѣдителя. А когда я обратился съ просьбою къ редакціи газеты помѣстить мое возраженіе, въ которомъ для сравненія я описалъ и два сеанса, когда при строгихъ условіяхъ были получены „Цёльнеровскіе узлы“ на веревкѣ, не заранѣе приготовленной медіумомъ, а на первой попавшейся, съ припечатанными концами ея къ куску картона, образовавшаяся же изъ нея петля была не въ рукахъ медіума, а висѣла на шеѣ одного изъ присутствующихъ, сидящаго за столомъ третьимъ отъ медіума — то редакція отказалась напечатать его. Возраженіе это помѣщено въ № 16 „Ребуса“ за прошлый годъ.
Описываю подробно эти антиспиритическія вспышки, какъ очень наглядно характеризующія, съ какимъ трудомъ пробиваетъ себѣ путь не долюбливаемый еще многими вопросъ о спиритизмѣ.
Въ это время А. М. Бутлеровъ задумалъ прочесть три публичныхъ лекціи о медіумизмѣ, но его благое намѣреніе встрѣтило неодолимое препятствіе, и лекціи не состоялись. Программа ихъ была напечатана въ № 7 „Ребуса“ за 1883 г. и въ „Новомъ Времени“ 14-го февраля 1883 г., при нижеслѣдующемъ примѣчаніи редакціи газеты.[1]).
Примечания
[править]- ↑ „Извѣстіе о намѣреніи академика Бутлерова прочитать нѣсколько публичныхъ лекцій о медіумизмѣ заинтересовало многихъ. Намъ удалось познакомиться съ программой предполагаемыхъ чтеній, изъ которой съ достаточной ясностью видны точка зрѣнія и направленіе автора, весьма далеко отстоящія отъ тѣхъ, какія мы привыкли встрѣчать у большинства представителей естествознанія. Академикъ Бутлеровъ занимаетъ въ ученомъ мірѣ на столько видное мѣсто, что къ его выражающимся въ программѣ воззрѣніямъ трудно отнестись безразлично и знакомство съ ними будетъ, вѣроятно, для многихъ поучительно. Позволяемъ себѣ поэтому напечатать эту программу цѣликомъ“. — Лекціи эти, по независящимъ отъ лектора обстоятельствамъ, не состоялись.