20 месяцев в действующей армии (1877—1878). Том 1 (Крестовский 1879)/XXVIII

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Двадцать месяцев в действующей армии (1877—1878) : Письма в редакцию газеты «Правительственный Вестник» от ее официального корреспондента лейб-гвардии уланского Его Величества полка штаб-ротмистра Всеволода Крестовского
автор Всеволод Крестовский (1840—1895)
Источник: Commons-logo.svg Всеволод Крестовский. Двадцать месяцев в действующей армии (1877—1878). Том 1.— СПБ: Типография Министерства Внутренних Дел, 1879 20 месяцев в действующей армии (1877—1878). Том 1 (Крестовский 1879)/XXVIII в дореформенной орфографии


[235]

XXVIII
Приезд государя императора к армии
Встреча, сделанная его величеству в Яссах. — Остановка в Браилове. — Представление государю императору отличившихся офицеров и нижних чинов. — Приезд в Плоешты. — Встреча на станции. — Адресы от города Плоешты и от болгар всех городов и местечек Молдо-Валахии. — Белый голубь. — Прием его величеством князя Румынского. — Смотр конвоя императорской квартиры.
Плоешты, 26 мая

Переехав русскую границу 24 мая, в 9 часов вечера, его императорское величество в 25 минут десятого часа прибыл в город Яссы и, еще не доезжая оного, был уже приветствован криками народа. При выходе из вагона государь император был встречен городским духовенством с ясским митрополитом во главе, причем духовенство запело: «Благословен грядый во имя господне», — а митрополит произнес приветственное слово, смысл коего заключался в том, что единоверная России — земля румынская, испытавшая на себе многовековое иго турок, ныне почитает себя счастливою, встречая русского монарха, идущего во главе своих войск освобождать из-под этого ига христианские народы Востока. После этого было пропето его величеству многолетие, а представители города поднесли царственному гостю хлеб-соль, причем ученики ясской гимназии пропели стройным хором на русском языке «Боже, царя храни». Ясские дамы усыпали цветами путь его величества от вагона до залы. Все здания станции были роскошно иллюминованы.

По румынской дороге его величество изволил путешествовать в особом, собственном поезде, коего ходовой механизм приспособлен таким образом, что может совершенно свободно идти по каким бы то ни было узко- или ширококолейным путям. Излишне говорить, что повсюду на пути своего следования русский царь был встречаем самым восторженным образом русскими войсками и местным населением. [236]

25 мая, в начале второго часа дня, при великолепной солнечной погоде императорский поезд прибыл в Браилов. Здесь, на изукрашенной станции, встретили государя императора прибывшие накануне: его императорское высочество главнокомандующий, великие князья Владимир Александрович и Николай Николаевич Младший и герцоги лейхтенбергские Николай и Сергий Максимилиановичи, начальник штаба действующей армии, командир 11-го армейского корпуса, князь Шаховской со штабом, браиловское начальство русских войск, местные румынские власти, городские представители, духовенство и громадные толпы народа. Якутский пехотный полк в белых гимнастических сорочках и с белыми чахлами на шапках был выстроен без оружия вдоль станции, по обеим сторонам пути, а далее стояли люди 5-й батареи 11-й артиллерийской бригады, те самые, что огнем своих четырех легких пушек 21 апреля положили начало нашим военным действиям и заставили два турецкие монитора отступить с уроном далеко в Мачинский рукав. За все царствование государя императора Якутский полк до сего раза имел счастье представляться его императорскому величеству только однажды, в Крыму, в 1855 году. Между прочим, его величеству благоугодно было заметить, что Селенгинскому и Якутскому полкам — судьба сражаться совместно с моряками; таким образом оба они преимущественно дрались в Севастополе, таким же образом начали и ныне дунайскую кампанию. На платформе, у входа в станционную залу, были выстроены матросы гвардейского и черноморского экипажей, числом около сорока пяти человек, участники взрыва второго турецкого монитора, а также и четверо гальванеров, работавших на шлюпках при минном заграждении Мачинского рукава. Каждый из них был украшен знаком отличия военного ордена, а впереди их выстроились офицеры, получившие награды за подвиги под Браиловым. Здесь стояли георгиевские кавалеры, лейтенанты: Дубасов и Шестаков; кавалеры ордена св. Владимира 4-й степени с мечами: румынской службы майор Муржеско и лейтенант Петров: кавалеры ордена св. Анны 3-й степени с мечами, мичманы: Персин и Баль, генерал-майор Боресков, заведовающий минными [237]работами в действующей армии, капитан 1-го ранга Рогуля и адъютант его высочества главнокомандующего, полковник Струков, получившие золотое оружие за храбрость, и другие.

Государь император подошел к ним с радостным лицом, видимо тронутый изъявлениями того неудержимого восторга, который проявлялся в кликах войска и народа. Поздоровавшись с нижними чинами, георгиевскими кавалерами, его императорское величество изволил подойти к награжденным офицерам, каждому из них по очереди подал свою руку и каждому сказал по нескольку ласковых, высокомилостивых слов, относившихся к личным заслугам сих офицеров. Эта минута, когда один из могуществениейших императоров в мире, в виду своих воинов и чужеземных людей, чающих от его державной воли своего освобождения, протягивал царственную руку отличившимся офицерам и благодарил их за самоотверженные подвиги — эта прекрасная минута во всей ее простоте была исполнена высокой торжественности и глубокого нравственного значения для настоящего военного времени.

Русские люди, живущие в Браилове, поднесли его императорскому величеству хлеб-соль, а болгарские, румынские и греческие женщины и девицы бросали к ногам государя цветы и букеты.

Через полчаса императорский поезд отошел от Браиловской станции при восторженных кликах войска и народа.

В тот же день, 26 мая, с шести часов вечера зала и платформа железнодорожной станции в Плоештах быстро начали наполняться массою разнородных посетителей. Тут присутствовали заранее прибывшие в главную квартиру лица императорской свиты, адъютанты государя наследника цесаревича, главнокомандующего и великого князя Владимира Александровича, полевой штаб действующей армии, генералы и адъютанты, состоящие при особе князя Карла[1], префект города Плоешты с депутациею [238]от местных жителей и 75 человек болгарских депутатов от всех городов Молдо-Валахии, где только проживают болгары, с настоятелем бухарестской болгарской церкви и митрополитом всего болгарского духовенства в Румынии, Папаретом Рашевым, воспитанницы плоештинского городского училища с букетами и, наконец, в зале — местное духовенство в полном облачении, со крестом и св. водою, имея во главе своей плоештинского соборного протоиерея Константина Болинтинено, архимандрита келдурошанского монастыря «старца» Тимофея и архимандрита тымыдуирского монастыря «старца» Ювеналия. Тут же находились и представители иностранных армий: германской, австрийской, черногорской, сербской, румынской, французской, датской и шведской. Почетный караул, выстроенный вдоль платформы, занимала рота 3-й дружины болгарского ополчения. Посреди ее строя развевалось красивое знамя, присланное городом Самарою в дар болгарскому воинству. На левом фланге стояли ординарцы от почетного караула: офицер, унтер-офицер и рядовой — молодец-болгарин, украшенный сербскою серебряною медалью «за храбрость», а также и хор музыки 5-го саперного батальона. Обе депутации, как румынская, так и болгарская приготовили хлеб-соль на серебряных блюдах и следующие адресы:

1) Адрес города Плоешты.

«Ваше императорское величество!

Наш город почитает себя теперь счастливее всех городов Румынии, ибо провидению угодно было осчастливить его вашим посещением. Мы невыразимо счастливы, имея величайшую честь приветствовать ваше императорское величество посреди румынского народа, который вам столь предан. И когда мы видим, что на победоносных ваших знаменах красуется надпись: «За свободу народов Востока», — когда мы видим ваше бесконечное великодушие и милосердие, мы усердно молим бога, да поможет он вашему императорскому величеству сломить общего врага на славу России и ради свободы народов Востока. Да здравствует русский император! Да здравствует Россия!» [239]

2) Адрес болгар всех городов и местечек Молдо-Валахии.

«Ваше императорское величество,
всемилостивейший государь!

Мы, пребывающие в Румынии болгары, имевшие злополучие покинуть милую свою родину, чтобы в чужой земле искать убежища от насилий и гонений наших мучителей, — считаем себя ныне счастливее своих единоплеменников тем, что нам выпал жребий первым встретить светлое ваше лицо, великий государь, и с благоговением выразить у ног вашего императорского величества беспредельную благодарность, которую чувствует весь болгарский народ при мысли о высоком подвиге, предпринятом по вашей державной воле великою Россиею из святой лишь любви к угнетенным и страждущим братьям в осуществление надежд, которые болгары от века, по преданию, возлагают на православного русского царя и на братственный русский народ для своего избавления от тяжкого рабства».

На болгарском блюде вырезана следующая надпись: «Возвеселихомся вси уповающии на Тя и похвалимся о Тебе любящии имя Твое. Великому Государю Царю Александру В. (II), дръжавному заступнику за блъгарский народ — пребывающи-ти в Румыния блъгаре, маия, 1877 г.».

Станция — и вне, и внутри — была изукрашена русскими и румынскими флагами, гирляндами из зелени, цветами и вензелевыми щитами. Город также был убран флагами. На всем протяжении пути от железной дороги до дома, в коем изволил занять помещение государь император, стояли шпалерами без оружия войска: болгарские батальоны, пеший конвой главнокомандующего, лейб-гвардии сводный казачий полк и часть собственного его величества конвоя. Почетный караул у дворца выставлен был со штандартом от терского конвойного эскадрона. Массы народа покрывали тротуары, занимали окна, балконы, верранды и террасы. На одной из улиц была устроена арка из зелени и флагов.

В 7 часов 50 минут вечера подошел к станции императорский поезд, доставленный сюда румынским [240]локомотивом, на котором был укреплен среди зелени и флагов щит с русским государственным гербом. Тотчас же на обширном окрестном пространстве разлилось «ура» вместе со звуками русского народного гимна. Государь император по выходе из вагона изволил проследовать по фронту почетного караула и принять ординарцев, а затем и депутации, причем владыка Панарет Рашев прочел болгарский адрес и благословил государя иконою св. царя Константина и матери его Елены, к которой его величество приложился устами, сотворив крестное знамение. При поднесении хлеба-соли болгары дружно грянули самое восторженное «живио́». Духовенство румынское встретило государя заздравною литиею и многолетием, а воспитанницы городского училища поднесли букеты. При следовании по улицам города дамы с изукрашенных балконов кидали венки и букеты, а у дома, занятого для его величества, в коляску государя был брошен белый голубь — эмблема «благословения», как значилось в записочке, привязанной вокруг его шеи. Вечером все окна обывательских домов были иллюминованы, и долго еще в разных концах города раздавалась музыка и радостные румынские и болгарские песни.

26 мая, ранее полудня, его императорское величество изволил принимать у себя князя Карла и представлять ему свою свиту, причем государь император и все присутствовавшие лица императорской фамилии имели на себе цепь ордена гогенцолернского дома. В начале первого часа дня, выехав верхом в сопровождении государя наследника цесаревича, великих князей: Николая Николаевича Старшего, Владимира и Сергия Александровичей, Николая Николаевича Младшего, князя Карла, герцогов лейхтенбергских Николая и Сергия Максимилиановичей, министров: двора, военного и шефа жандармов и многочисленной свиты, государь император изволил смотреть только что прибывшие в Плоешты части конвоя главной императорской квартиры. Впереди, справа по три, шел лейб-гвардии кубанский казачий эскадрон, за ним — по отделениям — сводная гвардейская рота, потом взвод гвардейских сапер, команда пешей артиллерии и, наконец, сводный полуэскадрон всех гвардейских кавалерийских полков. Появление наших рослых [241]и красивых молодцев-гвардейцев видимо сделало очень приятное впечатление на массу горожан-зрителей. Затем, в час дня, его величество изволил посетить расположенный неподалеку от дворца, в саду одного частного владельца, бивуак сводной гвардейской роты.


Примечания[править]

  1. Румынские министры гг. Братиано и Когальничано встретили государя императора в Яссах и проводили до Плоештов.