ПБЭ/ВТ/Афанасий Великий

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску

Афанасий Великий
Православная богословская энциклопедия
Brockhaus Lexikon.jpg Словник: Археология — Бюхнер. Источник: т. 2: Археология — Бюхнер, стлб. 163—177 ( скан · индекс ) • Другие источники: БСЭ1 : ЕЭБЕ : МЭСБЕ : НЭС : ЭЛ : ЭСБЕ : REПБЭ/ВТ/Афанасий Великий в дореформенной орфографии


[163-164]

Афанасий Великий
Архиепископ александрийский, отец православия.

АФАНАСИЙ (с греч. бессмертный) Великий, архиепископ александрийский, — ревностный защитник православия во время арианских смут, стяжавший себе имя «Отца православия». Его могучий нравственный облик, озаренный светом Божественного учения Христова, как скала возвышается над мятущимся морем ересей того времени и как яркий маяк руководит верных в тумане сомнений и колебаний. В эпоху падения веры, равно как и во времена религиозных волнений и страстей, св. Афанасий может служить примером горячего верования, и идеалом кротости и терпимости — там, где дело может обойтись без строгости и суровости. Он беззаветно борется с бурными волнами разных ересей. Бывают моменты, где он, можно сказать, остается почти один против всего мира, — и весь мир идет на него. Но стихает гроза, и св. Афанасий тотчас опускает пылающий меч своего огненного слова и умиротворяет громы своего красноречия, поражающего еретиков. Он кротко увещевает их покаяться, он снова становится терпеливым к немощам и слабостям, хотя не на йоту не уступает им.

О жизни св. Афанасия до 326 г. история знает очень мало. Родился он в Александрии в 293 г., как это доказал проф. Loofs на основании коптского Encomium’а (ed. Lemm. S. 36). Рассказ о том, что Афанасий, в бытность мальчиком, подражая епископу, крестил своих сверстников — язычников по христ. обряду, и чрез это сделался будто бы известен епископу Александру, мало вероятен, как записанный позднейшим писателем Руфином (H. E. I, 14). Несомненно, однако, что он рано сделался известен еп. александрийскому Александру, который посвятил его в 319 г. в диакона. Около этого времени появились два первые сочинения св. Афанасия: «Слово против эллинов» и «О воплощении Бога Слова». Эти сочинения быстро выдвинули Афанасия, и на первом вселенском соборе молодой диакон явился неустрашимым обличителем арианства, а по смерти епископа Александра, будучи 33 л. от роду, 8 июня 326 года‚ избран на александрийскую кафедру. [165-166] Новопосвященный епископ посетил церкви Фиваиды, где Арий произвел немало смут, поставил Фрументия епископом для Эфиопии, громил еретиков-ариан, боролся с раскольниками-мелетианами, рассылал окружные послания, писал инструкции и увещания. С этих пор начинаются тернии и волчцы в жизни Афанасия. Пять раз удавалось врагам добиться изгнания св. Афанасия из епархии; несколько соборов назначалось для рассмотрения его дел, но великий исповедник снова и снова торжествовал над злобой врагов своих. Энергичный, но исполненный такта, гениальный, но не гордящийся этим, Афанасий не был заносчивым, не был недоступным и беспощадным, а был кротким, мягким, общительным, медленным на гнев и скорым на помощь.

Первое изгнание не заставило ждать себя. Арий, отлученный от церкви, употреблял все усилия получить снова общение с ней и, видя в Афанасие несокрушимую преграду этому, направил против него вместе со своими единомышленниками целый ряд клевет. Афанасий обвинялся в жестокости к клиру, безнравственности в частной жизни и в политической неблагонадежности. И хотя Афанасий блестяще опроверг все обвинения, Константин Великий, считая его нарушителем мира, удалил его от паствы.

По смерти Константина, Афанасий возвратился из ссылки, ко всеобщему ликованию паствы, но не надолго. Египетский префект Филагрий, желая доставить епископскую кафедру своему соотечественнику Григорию Каппадокийцу, вооруженной силой заставил александрийцев признать своего клеврета епископом, а ариане добились от своего антиохийского собора нового низложения Афанасия, как уже отрешенного от кафедры тирским собором 335 года.

Афанасий удалился во второе изгнание и, проводя его сначала в Риме, добился у папы Юлия торжественного признания своей невинности на римском (341 г.) и сардикийском (343 г.) соборах, а затем, живя в Галлии, возбудил живейшие симпатии в галльском правителе Констансе, который и ходатайствовал за него перед своим братом Констанцием. В октябре 346 г. Афанасий возвратился в Александрию. Мудрыми мероприятиями он добился того, что многие противники смягчились и склонились к никейской вере. Но ариане не ослабели еще и снова возбудили Констанция против Афанасия, который должен был бежать в Египет и долго скитался в пустыне, пока Юлианом Отступником, желавшим усилить смуту умов, не было сделано общего постановления о возвращении всех изгнанных епископов. Афанасий возвратился в Александрию, но надежды Юлиана — внести смуту в церковь Христову — не оправдались. Св. Афанасий энергично стал собирать стадо Христово. Созван был собор, на котором сделано было постановление,чтобы отпавшие от православия, под влиянием насилия со стороны ариан, — при раскаянии — получали прощение и оставались на своих местах. Кроткие меры обратили многих ариан и язычников к вере Христовой. Такая ревность св. Афанасия сильно не нравилась Юлиану, стремившемуся к восстановлению язычества, и 24 октября 362 г. Афанасий в четвертый раз вынужден был оставить Александрию и скрываться в пустынных дебрях Фиваиды, откуда поддерживал верных своими посланиями.

26 июня 363 г. Юлиан погиб в войне с персами, а его преемник Иовиан не только торжественно вернул Афанасия к его пастве и осыпал милостями, но и нанес последний удар арианам, объявив никейский символ веры ненарушимым.

Преемник Иовиана Валент, управлявший восточной половиной империи, снова возбудил гонение против Афанасия. Но так как это последнее (5-е) изгнание вызвало между православным населением Александрии сильное волнение, грозившее перейти в открытое возмущение, то Валент через несколько месяцев сам принужден был возвратить изгнанника.

[167-168] С этого времени св. Афанасий управлял своей паствой спокойно до самой кончины, последовавшей 2 мая 373 года.

Своею смертию Афанасий вызвал великую скорбь среди своей паствы, потерявшей в нем попечительнейшего отца, но он дал своим высоким служением образец архипастырской деятельности и борьбы за веру, и оставил идеал дух. пастыря-писателя. Сила и привлекательность его сочинений таковы, что преп. Козьма советует, найдя любую из книг св. Афанасия, «если нет бумаги для списания ее‚ записать ее хотя бы на одежде». Иоанн Дамаскин называет его «краеугольным камнем Церкви Божией», а Григорий Назианзин — «оком вселенной».

Все его многочисленные сочинения можно разделить на 6 групп.

1) Апологетич. сочинения: «Λόγος καθ᾿ Ἑλλήνων» и «Λόγος περὶ τῆς ἐνανθρωπήσεως τοῦ Λόγου», написанные около 319 года. В первом из этих сочинений св. Афанасий доказывает, что вера во Христа Спасителя не лишена разумного основания и принятие ее есть действительное познание истины. Второе же сочинение представляет собою основательное раскрытие той истины, что воплощение Христа Спасителя было необходимо и достойно Бога.

2) Догматико-полемические сочинения: «Λόγοι τέσσαρες κατ᾿ Ἀρειανῶν»‚ «Ἐπιστολαὶ τέσσαρες πρὸς Σεραπιώνα», «Περὶ σαρκῴσεως τοῦ Κυρίου ἡμῶν Ἰησοῦ Χριστοῦ κατὰ Ἀπολλινάριον». Слова св. Афанасия против ариан относятся к 338—9 г. и имели, по заявлению автора, ту цель, чтобы люди далекие от арианства еще более избегали его, а обольщенные опомнились. Представляя собою первый опыт подробного разбора тех оснований, на которые опиралось арианство, «слова», по мнению Фотия, являются блестящим победным трофеем над всякой ересью. «Письма к Серапиону» написаны Афанасием между 356—362 годами; содержанием их служит обличение тех, которые, признавая Божество Иисуса Христа, нечестиво мыслили о Св. Духе, относя Его к числу служебных духов, т. е. это были предшественники македонианства. Две книги против аполлинариан с вероятностью можно относить к 372 г. В них Афанасий защищает учение о двойстве естеств в Иисусе Христе, об ипостасном их единении, о принятии Спасителем истинного человеческого тела. К этому же разряду относятся: «Λόγος μείζων περὶ πίστεως» и «Ἔκθεσις πίστεως». В первом из них разъясняется сущность прав. веры, а второе представляет собою сокращение первого.

3) Догматико-исторические сочинения: «Ἀπολογητικὸς κατ᾿ Ἀρειανῶν», написанное около 348 года и содержащее историю обсуждения различными соборами дела св. Афанасия. «Απολόγια πρὸς τὸν βασιλέα Κονστάντιον» написана в 358 г. с целью опровергнуть обвинения, выставленные арианами против Афанасия. Годом ранее написана «Ἀπολόγια περὶ τῆς φυγῆς αὐτοῦ»; в этом сочинении Афанасий оправдывается от наветов ариан, упрекавших его в малодушии за то, что он оставил паству, когда она особенно подвергалась бедствиям. Кроме «Послания к Антиохийцам» и «Люциферу», к этому разряду относится «Βίος καὶ πολιτεία τοῦ ὁσίου πατρὸς ἡμῶν Ἀντονίου». Жизнь Антония написана около 357 г. и содержит в себе апологию монашества, выразителем идеалов которого был преп. Антоний.

4) Труды по истолкованию Св. Писания. Из трудов Афанасия экзегетич. содержания до нас дошли только отрывки, главным образом — толкование на кн. Псалтырь. В послании к Марцеллину содержатся предварительные сведения о книге Псалтырь, отчего и самое послание озаглавливается «Εἰς τὴν ἑρμηνείαν τῷν ψαλμῶν». Что касается «толкований на псалмы» (на 146 пс.), то принадлежность их св. Афанасию сильно оспаривается Тильмоном вопреки Монфокону.

С именем Афанасия известны отрывки толкований на кн. Иова, Песнь [169-170] Песней, Еванг. Матфея и Луки, 1-е посл. к Коринфянам.

5) Из сочинений нравоучительного характера более известны: «Ἐπιστολὴ πρὸς Δρακόντιον» (ок. 355 г.). В этом послании Афанасий убеждает Драконтия не отказываться от епископского сана, угрожая судом Божиим. В сочинении «Ἐπιστολὴ πρὸς Ἀμοῦν μονάζοντα» Афанасий преподает разные наставления относительно монашеской жизни.

Сохранились еще некоторые послания (монахам Иоанну и Антиоху) общего характера.

6) К особенному роду посланий должны быть отнесены «Ἐπιστολαὶ ἑωρταστικαὶ», т. е. пасхальные послания, которыми александрийский епископ оповещал, по давнему обычаю, остальные церкви о времени празднования Пасхи, причем эти оповещения сопровождались какими-либо наставлениями касательно веры и жизни христианской.

Великое значение литературной деятельности св. Афанасия очевидно и при кратком обзоре его творений. Все его соображения и доводы проникнуты одной великой идеей воплощения Бога в Лице Иисуса Христа и совершенного Им искупления людей. Эта идея у него всюду; она — начальный пункт и конечная цель его научных исследований. И как богооткровенная истина — она не страшится никаких притязаний лжи, являясь небесным светом, который не только сам горит, не угасая‚ но освещает обличительно самую тьму, силящуюся объять его. Под мудрым пером великого святителя эта возвышенная и непостижимая истина приближается, так сказать, к слабым понятиям человеческим, и то, во что прежде только веровали, теперь принимают с отчетливым и полным убеждением. Хотя вера стоит у св. Афанасия выше всего и всего важнее, но, по его убеждению, между истинами веры, данными в Откровении, и результатами собственных исследований ума человеческого существует единство: вера не противоречит знанию, а равно и знание не может противоречить вере. Вот главная причина, почему св. Афанасий настаивает на тождестве философского понятия о Логосе с откровенным понятием о Христе. Содержание первого составляет результат человеческого умозрения, содержание последнего дано в откровении, а в соединении того и другого заключается связь умозрения с Откровением, философии с богословием, хотя первые всегда подчинены вторым.

Благодаря своей методе, св. Афанасий всякую частную истину христианства рассматривает в связи с целым и подводит под общий состав всего христ. вероучения. Это качество его, вместе с изощренной диалектикой, громадной эрудицией и с выработанным самосознанием христианина и дает несокрушимую силу рассуждениям св. Афанасия.

В жестокой борьбе с ересями св. Афанасий одержал решительную победу, разоблачив их и разбив все софистические приемы. Не оставляя вне связи с целым составом христианства ни одного догмата его вероучения, Афанасий проникал в сущность его до крайней доступной глубины.

В области диалектики Афанасий показал, что церковное учение не имеет в себе никаких противоречий, а непостижимые по своей глубине тайны его надо относить на счет общей ограниченности человеческого ума. Св. Афанасий умел ниспровергнуть диалектику ариан превосходной аргументацией, замечательной по проницательности и силе. Там же, где спор можно было сводить в область Божественного Писания и Предания, там он еще легче вырывал победу у еретиков, лишал их всякой опоры и окружал церковное учение со всех сторон твердым оплотом авторитета Библии, ибо он был неподражаемый знаток ее среди своих современников. То же самое должно сказать и о познаниях его в области Предания. Наконец, с блестящим успехом св. Афанасий опровергал еретические заблуждения и с точки зрения [171-172] христианскаго сознания, воспитанного в церкви.

Общее религиозное сознание возмущается мыслью о почитании твари за Бога, и в этом отношении составляет для св. Афанасия первый источник доказательств Божественного достоинства Лица Иисуса Христа. А с другой стороны — глубокая вера в искупление, совершенное Господом Иисусом Христом, составляет у него также основу множества доказательств‚ обнаруживающих истинно-созерцательный гений, острую проницательность, дальновидность и красноречие.

Конечно, св. Афанасий не мог дать всем догматам полное раскрытие и точную формулировку. Но это и не входило в его задачу и не могло быть выполнено им по разносторонности его догматико-полемической деятельности, направленной, главным образом, к охране и защите самых основ христианства. При таком положении дела, он не мог останавливаться своим вниманием на каждом частном пункте христианского вероучения. Зато, какие бы измышления ни делали все новые еретики относительно существа Триипостасного Бога вплоть до отрицания Бога, учение о Нем св. Афанасия остается несокрушимым. — Это учение составляет одну из величайших заслуг святителя пред церковию.

Бог, по учению св. Афанасия, ясно дает Себя знать чрез те самые явления и части вселенной, которых Он есть Творец, таковы: удивительный порядок в расположении и течении звезд, гармония в природе и в сочетании ее безмерно разнообразных элементов и сил и пр. Нельзя не убедиться при рассмотрении вселенной, что виновник бытия всего — Бог, и что этот Бог один‚ ибо иначе немыслима была бы гармония мира. И хотя этот Бог невидим, но по делам легко познать Его, и нет извинения в незнании Его. Этот Бог есть Дух невещественный и бестелесный, не имеющий ни в чем нужды. Он неизменяем, самобытен и прост по своей природе; Он Един по существу и нет другого Бога кроме Него.

Но этот Единый Бог — в трех Лицах, равно вечных и несозданных, — единых по Божеству и славе, но отличных одно от другого. Отец не есть Сын и обратно‚ — Сын не есть Отец, ибо Отец есть Отец Сына, а Сын есть Сын Отца. Достопоклоняемая Троица есть едина без смешения и различна без разделения, едина по Божеству и различна по трем Лицам. Как Сын единосущен Отцу, так и Дух единосущен Отцу, ибо вся Троица единосущна и нераздельна. Сын находится в Отце, как сияние в свете, и там, где находится Отец, находится и Сын, как и сияние там, — где свет.

Каким же образом в трех самостоятельных Лицах Св. Троицы — единое Божеское существо? Св. Афанасий на это говорит, что каждое из Лиц Св. Троицы обладает Им сполна и есть всецело — Бог. Объясняя это, он представляет, что каждое Лицо Св. Троицы, сохраняя свою самостоятельность и личность, находится в другом и не может быть мыслимо без другого; все Они взаимно проникают друг друга: Отец находится в Сыне, как в Своем образе, и Сын в Духе, как в Своем, и наоборот Св. Дух пребывает в Сыне, и Сын в Отце, равно как еще — Отец в Духе и Дух в Отце. При таком единстве во Св. Троице, когда именуется Отец, то с Ним и в Нем мыслится и Сын и в Сыне Св. Дух, а когда именуется Сын, то с Ним и в Нем предполагается и Отец и Св. Дух.

Но исповедуя, по Писанию, три Лица в Боге, мы не говорим, что существует три Бога. Мы признаем только одного, совершенного в Самом Себе, нерожденного, безначального и невидимого Бога, Отца Господа нашего, имеющего бытие от Самого Себя и дающего его другим. И кто осмелится сказать, что Сын другой природы, чем Отец и отрицать, что Св. Дух вечен?! Но как трудно отделить сияние от света, так безрассудно исследовать, каким образом Сын есть один по существу с Отцом. То, что касается [173-174] до Божества, познается лишь чрез веру и разум при благочестии.

Св. Афанасий первый из церковных писателей удовлетворительно раскрыл учение о Троичиости в Боге. Все его учение проникнуто одною мыслью: Бог Един и вместе Троичен. Эти понятия не исключают одно другое, а оба мыслятся совместно друг с другом. Началом Божества служит Бог Отец, но как Он вечен, так и Сын и Св. Дух совечны Ему, и равны, но так, что при этом не уничтожается единство и равенство Бога Самого в Себе. Сын единосущен (ὁμοούσιος) Богу Отцу. Он есть полнота Божества, полнота и совокупность Отеческой сущности, Ее образ и выражение, — что можно сказать об Отце, то должно сказать и о Сыне.

Но объясняя единосущие Сына с Отцом, св. Афанасий раскрывает, что это не противно понятию о троичности в Боге. Сын единосущен, равен Отцу, как один другому, Они — как два различные Лица. Единство и ипостасное различие в Боге св. Афанасий указывает и в самом значении слова ὁμοούσιος (единосущный), откуда видно, что Сын подобен, равен Отцу — ὅμοιος, а сравниваются и уподобляются только два различные лица, а не два различные качества в одном лице. Далее Сын происходит от сущности (οὐσία) Отца, а не является существом низшим. Сын равен Отцу во всем, только Сыну нельзя приложить отчества и нерожденности. Поэтому Сын имеет Свое начало и происходит от Отца, и это составляет Его существенное ипостасное свойство, называемое „сыновством“, как и „отчество“ есть отличительное свойство Бога Отца. Сын рождается, обособляется от Отца, — не во времени, а от вечности, но это не отделение, не отчуждение. В Боге, Существе простом, не может быть деления. Это акт духовный, внутренний. Для наглядного представления это рождение св. Афанасий сравнивает с происхождением света от огня, или сияния от света, а также берет для аналогии ум и слово человека.

Бросая общий взгляд на произведения св. Афанасия и на результаты его полемической деятельности, мы видим, что он употребил, в борьбе за самые дорогия верования христианина, действительно все доступные ему духовные средства того времени, и недаром св. Кирилл александрийский говорит, что св. Афанасий «своими писаниями как бы целительным бальзамом оживлял всю вселенную», а Фотий видит в его творениях источник вдохновения даже для Григория Богослова и Василия Великого, пользовавшихся ими. И справедливость требует сказать, что ореол Отца православия, которым было окружено имя св. Афанасия, не вытекал из чувства лести, а был лишь результатом удивления и благоговения к высокой личности того, у которого слово всегда воплощалось в дело. Обладая несокрушимой верой, Афанасий соединял с нею великое практическое искусство — проникать в дела самые запутанные и располагать их в порядке. Замечательное хладнокровие уживалось в нем рядом с неодолимой энергией, в нем удивительно сочеталась невинность голубя с мудростью змия. Всегда снисходительный к немощи человеческой, св. Афанасий с отеческою любовью прощал человеку временные заблуждения и не терпел лишь одного — фарисейства как в вере, так и в жизни. Из нежелания оскорбить кого-нибудь св. отец, в полемике с еретиками, не называл иногда их по имени, но в то же время со всею силою нападал на тех, кто, будучи развращен в глубине сердца, пользовался церковию, как средством для достижения дурной цели. Св. Афанасий стоял в церкви как могучий дуб под солнцем, который далеко и глубоко простирал свои корни; он смотрел на себя как на члена церкви, принадлежавшего к ней во всю свою жизнь, и учил, что Иисус Христос внутренне был соединен с церковию точно так же, как и с человеческой природою. Единство Отца и Сына было для Афанасия, как и для ап. Иоанна, образом единения и единства в [175-176] церкви. «Подобно, как Отец в Сыне, и мы должны, взявши от Них пример, жить между собою в согласии и единении духа, чтобы не разделяться подобно коринфянам, а иметь одни и те же чувства, подобно 5000 верующих в истории апостольской, имевших как бы одну душу».

Достаточно вспомнить испытанные св. Афанасием многочисленные преследования, гонения и мучения, чтобы признать в нем гениальный и мощный ум, чтобы увидеть ту решимость и твердость, тот героизм, с каким он боролся за свою идею. С истинным самоотвержением Христова исповедника он непреклонно подвизался против современных ему ересей и словом и делом. Поставленный Богом на высоком свещнике, он далеко разливал свет свой; призванный нести знамя православия, он высоко держал его. Дорожа Божеств. истиной как сокровищем небесным, он готов был отдать за нее все, только бы сохранить ее в неприкосновенности. Учение св. Афанасия, сделавшего доступным и убедительным для всякого ума христ. верования и упования, заслуживает особенного внимания, а тем более в настоящее время, когда так распространено неверие, и когда кругом обстоятельства напоминают самые первые времена христианства. Там шла ожесточенная борьба древних нехристианских воззрений с началами вновь явившегося христианства. Там разные лжеучения ополчались на истину Христову. И в наше время также можно видеть упорную борьбу христ. начал с началами антихристианскими. И теперь новые секты и философские системы стремятся разрушить церковь и ее устои, а те, кто не отвергает их, зачастую холодно относятся к ним. — Конечно, это состояние временное, и свет Христов засияет с новой силой; но нам все же нужны примеры иных отношений к христианству. Поэтому нам и драгоценно учение св. Афанасия. Поэтому же и сам св. Афанасий, уже за это одно учение, особенно дорог нам. При этом и жизнь его является идеалом и для тех христиан, которые теперь холодно и безразлично, только формально относятся к своему высокому званию, и для фанатиков, которые строго и слепо держатся одной только мертвой буквы, для исполнения которой забывают и вовсе не обращают внимания на самые священные заветы Спасителя: «Да любите друг друга, якоже Аз возлюбих вы. Больше сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» (Иоан. 15, 12—13).

Св. Афанасий, как верный слуга Христов, как истинный пастырь, именно полагал свою душу за веру и за спасение душ своей паствы.

Литература. 1) Творения св. Афанасия на греч. языке, изд. Монфокона, Париж, 1698, в 3-х томах и дополнит. томе в 1706 г.; наиболее полное издание у Migne. «Patrologiae cursus completus» t. I. и II, XXV—XXVII. 2) Творения иже во святых отца нашего Афанасия, архиепископа александрийского, на русский яз. переведенные при Московск. Д. Академии, отпечатаны в «Творениях свв. Отцов» 1851—1854 г. 3) Св. Афанасий александрийский. Его жизнь, учено-литературная и полемико-догматическая деятельность‚ Преподав. Кишин. сем. иером. Владимира (Благоразумова), 1895, Кишинев (магист. диссертация). 4) Die Lehre des Athanasius von Alexandrien, oder die kirchliche Dogmatik des wierten Jahrhunderts auf Grund der biblischen Lehre vom Logos, Voigt, Bremen‚ 1861. 5) Die Logoslehre des heiligen Athanasius. Ihre Gegner und unmittebaren Vorläufer. Eine dogmengeschichtliche, Studie von Leonhard Atzberger, München, 1880. 6) Athanasius der Grosse und die Kirche seiner Zeit, besonders im Kampfe mit dem Arianismus, Möler, Mainz, 1844. 7) Историческое учение об отцах Церкви, Филарета, архиеп. черниговского. Спб. 1890. 8) О заслугах св. Афанасия Великого для Церкви в борьбе с арианством, Е. И. Ловягина, Спб. 1850. 9) Горский, Жизнь св. Афанасия, Москва, 1852. 10) Кирилл иеромонах, Учение св. Афанасия Великого о Святой Троице, Казань, 1894 г. 11) Житие св. отца нашего Афанасия Исповедника, архиепископа александрийского, заимствованное из Минеи Четьи и напечатанное с разрешения Св. Правительствующего Синода — 1862 года.

Афанасий Великий, архиеп. александрийский в Месяцеслове. — Память его в Прав. Мес. 18 янв. — вероятно день возвращения его из сылки (после 337 г.) и 2 мая (день его кончины в 371 или [177-178] 373 г.). 18 янв. св. Афанасий вспоминается церковию вместе с Кириллом александр., последний, кроме того, и 9 июня. Чем вызвано соединение памяти этих двух вселенских святителей — неизвестно, хотя предлагались разные объяснения (см. Сергия, Мес. В. II, замет., 21). В Менол. Вас. в обоих случаях — и на 18 янв. и 2 мая — краткие чтения о св. Афан.‚ в которых указываются некоторые факты из его жизни и ставится в великую заслугу ему — непоколебимая защита им православия в борьбе с арианством. В древнерусск. Прол. — из Мен. В., в печат. — также из Менол. В., только с некоторыми дополнениями из жития св. Афан. по Минеям. В Чт-Мин. Макар. и под 18 янв., и на 2 мая сказание и житие св. Афан. по Метафр. (см. у Сурия, Historiae sev Vitae SS., 2 мая), Дим. Рост. излагает также, главным образом, по Метафрасту. — В греч. Синакс. и в нашем Прологе такими чертами описывается внешний лик св. Афан. В.: «Бяше же видением св. Афанасий смирен; возрастом малоплещен, низок, оусмехлив; миром благопотребен, оуплешен, носом похил; с недолгою брадою, но широкою; челюстми полон, усты малыми, не зело сед, ни вельни бел, но нарусив облеском».