Сборник материалов и статей по истории Прибалтийского края. Том 4/1883 (ДО)/I.II.2

Материал из Викитеки — свободной библиотеки
Перейти к навигации Перейти к поиску
Yat-round-icon1.jpg

Сборникъ матеріаловъ и статей по исторіи Прибалтійскаго края. Томъ IV — Отдѣленіе I. Матеріалы и статьи по древней исторіи Прибалтійскаго края
авторъ неизвѣстенъ
См. Оглавленіе. Источникъ: Commons-logo.svg Сборникъ матеріаловъ и статей по исторіи Прибалтійскаго края. — Рига, 1883. — Т. IV.


[187]
Выписка изъ повѣсти о псковско-печорскомъ монастырѣ
о прихожденіи литовскихъ людей и о побѣдѣ на нихъ[1].
(Для сличенія съ записками Миллера на стр. 135 и 136).

Въ тоже время, егда король Стефанъ Аббатуръ (Баторій) стояще у града Пскова, воинстіи его людіе добываху себѣ и конемъ кормлю, по селомъ во всей Псковстей Области, пачеже въ Ливонстей земли ѣздяху, и до самаго Юрьева града, по лѣсомъ и по блатомъ, и по островомъ, на великомъ Псковскомъ езере, — взыскующе забѣглыхъ людей, — имѣнія же, коровъ и коней, въ плѣнъ себѣ имаху. Людіе же простіи и поселяне, на Господа Бога надежду возлагающе и на Пречистую Богородицу, выхождаху изъ градовъ осадныхъ, съ Изборска, изъ Печерскаго монастыря, изъ Гдова, и изъ Юрьева Ливонскаго, и изъ Нового-Городка, тѣхъ Литовскихъ людей по селомъ и по лѣсомъ имаху живыхъ, а иныхъ побиваху, и грабленныя у нихъ отнимаху. И по сихъ октября въ 10-й день (1581 года — январскаго) , отпущены отъ короля Литовстіи воини во свою землю со многимъ имѣніемъ своимъ и съ плѣнными, телѣгъ возничыхъ яко до тридесяте и болѣ; бѣже путешествіе ихъ ото Пскова, на печерскій монастырь, въ Ливонскую землю. И егда достигоша Печерскій монастырь, тогда Печерскаго монастыря людіе устремишася на нихъ и прогнаша ихъ и имѣніе ихъ все поимаша и въ монастырь привезоша; и на утріе такожде ѣхаша отъ Пскова Ливонстіи людіе, яко до трехъ сотъ съ плѣнники, и со множествомъ имѣнія, въ нихъ же бѣ плѣненъ рижской Нѣмчинъ Еѳимъ, посланъ бяше изъ Риги къ Королю за зеліе златыхъ имати, — и Поспѣлъ Солицынъ зъ женою и здѣтми, — бѣ же плѣненъ отъ Литвы во области Великаго Нова-града, — и иніи мнози: взяша же у нихъ и два колокола, еже плѣниша въ [188]Кобылской волости у Храма Святаго Николы чюдотворца на погостѣ на Полной. Колоколы же оные и до нынѣ въ Печерскомъ монастырѣ, на извѣщеніе родомъ грядущимъ, поставлены у Церкви Святаго Николы чюдотворца на вратѣхъ; въ то же время взяша и велбуда, и побиша литовскихъ людей немного, пенеже Печерстіи людіе пріидоша восрѣтеніе на рѣчке Павчовкѣ въ посадѣ. Прочіи же Литва и Нѣмцы побѣгоша въ снять ко граду Пскову, — и возвѣстиша Королю о бывшихъ на нихъ побѣжденіихъ, мняще яко и до Пскова за ними гнаху, и иніи прежде бывшая на нихъ досады, отъ Печерскихъ людей, навадиша кралю глаголюще, яко достойно бяше таковый градъ со Мнихи разорити и люди изъ него вывести вонъ; понеже много тщета людемъ отъ нихъ Польскимъ. А въ монастырѣ заключено бѣ въ то время плѣнныхъ Угрянъ и Поляковъ и Нѣмецъ яко до тридесяте и болѣ. Слышавъ же сія вся, Король Стефанъ разъярися на той Печерскій монастырь, — и абіе присылаетъ множество вой, Поляковъ и Нѣмецъ, съ стенобитными сосуды, сиречь съ пушки, ко Обители Печерской Пречистыя Богородицы октоврія въ 29-й день. Они же безбожніи Нѣмцы, воеводы имуще Китлѣра Курланца и Юрья Хранбѣка[2], — и пришедше сташа около Монастыря Печерскаго; и начата бити первіе Нѣмцы изъ своего наряду и съ трехъ пушекъ Ноемврія въ 5-й день. На утріе же онѣ, безбожніи Нѣмцы, вооружившеся крѣпце, пойдоша въ пробитое мѣсто стѣны; хотяху монастырь себѣ воспріяти, — Богомъ зданныя же Пещеры, снабдимый Пречистою Богородицею Домъ и яже въ немъ лежащыхъ отецъ, ни вочто вмѣниша. Монастыря же того священницы и иноцы, и простіи людіе, принесоша Икону старую, Пречистыя Богородицы Успеніе, къ пробитому мѣсту, молебная со слезы простираху; надѣющіижеся на Господа живущія во обители той иноцы, и маліи воя, и вси людіе, паче же возлагающе упованіе на Пречистую Богородицу, вооружившеся сташа, яко гора Сіонъ неподвижимо. Горы бо окрестъ ихъ, Господь же окрестъ людей своихъ выну. И бишася съ ними отъ третіяго часа дни до нощи, и отогнаша ихъ посрамлены; Воеводу же Китлера и иныхъ съ нимъ Нѣмецъ взяша, а Юрья другаго Воеводу и иныхъ съ нимъ Нѣмецъ изъ оружія уязвиша. Слышавъ же Король Аббатуръ, яко побѣждени быша Нѣмцы, абіе присылаетъ иного Воеводу Бурнамиса именемъ, и иныхъ многихъ храбрыхъ вой Угровъ съ нарядомъ же, — запретивъ имъ сице: «аще нерозорите монастыря того и яже въ немъ людей не пресѣцете, неимате возвратитися воздравство ко мнѣ». Оный же воевода съ Югры пришедъ, постави четыре пушки на своемъ мѣстѣ, — а Нѣмцы на прежнемъ мѣстѣ своими тремя пушки, и биша по граду въ два мѣста, — дни два: и егда пробиша стѣну до земли, тогда [189]вооружившеся пойдоша вкупѣ Угровѣ и Нѣмцы на пробитыя мѣста, мнѣвъ же яко нѣкому противу ихъ стати. Господь же праведенъ ссѣчетъ выя грѣшникомъ, да постыдятся и возвратятся вспять вси ненавидящіи Сіона. Христово же оно стадо въ печали суще велице, плачуще моляхуся пречистѣй Богородицы и Святому Николѣ чюдотворцу и Святымъ Мученикомъ 40 иже въ Севастіи, и Преподобнымъ отцемъ Антонію и Ѳеодосію печерскимъ и всѣмъ святымъ о избавленіи толикія бѣды настоящыя. И тогда нѣкоему юношѣ именемъ Иуліану, юну сущу и спящу ему явися пресвятая Богородице, глаголя сице: «востани и повѣдай сущимъ ту инокамъ, и всѣмъ людемъ, итти къ проломному мѣсту и пѣти молебны безпрестани предъ образомъ Пречистыя Богородицы, неотпадати надежды на Господа и на Того Рождшую, — людемъ же неослабно вооруженнымъ быти и стояти крѣпце; ты же убіенъ будеши; Азъ же не оставлю мѣста сего и не предамъ въ руцѣ врагомъ». Таже дастъ ему три сребренницы, яже ему на потребу. Обаче же онъ юноша не имѣяше обувища, ни срачицы. Онъ же воставъ тече ко иконѣ Пречистыя Богородицы съ плачемъ моляся, и повѣда всѣмъ явленіе бывшее ему. Быша же тогда нѣкоторымъ мнихомъ и инымъ духовнымъ мужемъ явленіе Пречистыя Богородицы, и ово нѣкоего мужа свята глаголюща; и о семъ повѣда старецъ Спиридонъ Аникіевъ о преподобнѣмъ Варлаамѣ Ѳутынскомъ, еже видѣ; овогда же гласъ невидимо слыша сицевъ: «не ужасайтеся, но постраждите яко добріи воини Христови за домъ Пречистыя Богородицы». Слышавше же сія священный соборъ, иноцы и вси людіе радостію и трепетомъ, скоро притекоша ко Иконѣ Пречистыя Богородицы Успенія, къ пробитой стѣнѣ, молебная совершающе и плачущеся глаголаху сице: «не остави насъ въ человѣческое предстояніе, Пречистая Владычице Богородице, но пріими моленіе рабъ своихъ, скорби убо обдержатъ насъ» и прочая.

Въ то же время — егда приступаху Угрове и Нѣмцы, купно раздѣльшеся въ два пробитыя мѣста, тогда нѣкто рыболовъ Сергій, витая брада, видѣ надъ церковію Пречистыя Богородицы множество етеръ въ бѣлыхъ ризахъ, въ рукахъ свѣщи имуще и глаголюще другъ ко другу: «грядемъ на пособіе христіанамъ и пожжемъ иновѣрныя». Таже пойдоша множество етеръ, мню быти Святыхъ 40 мученикъ иже въ Севастіи, и Преподобныхъ Отецъ лежащихъ въ Богомъзданнѣй Пещере. Въ той же часъ, все упованіе возложше на Господа Бога и на Пребывающаго въ дому своемъ непобѣдимаго Воеводу Пречистую Богородицу, и на Святаго Николу чюдотворца и на всѣхъ святыхъ, маліе тогда обрѣтшеся людіе охрабришася и биша изъ пищалей, и каменіе на нихъ метаху отъ четвертаго часа дни до девятаго; и побиша ихъ. Сему же бывшу явленію, послѣди свидѣтельствоваху они Угрове и Нѣмцы, егда приступаху ко граду, тогда видѣша, глаголюще, нѣкое пособіе Божіе надъ монастыремъ множество вой въ [190]бѣлыхъ ризахъ бьюща ихъ; и абіе нападе на нихъ страхъ велій, и посрамлени побѣгоша. Къ сему же и ино дивно Божіе пособіе сказаша, рекуще, егда бихомъ изъ наряду по стѣнѣ, и стѣну разбихомъ, тогда видѣхомъ во дни и по вся нощы нѣкоего мужа стара, власы бѣлы имуща овогда ходяща, овогда ѣздяща на конѣ, стояща и кажуща на градѣ впробитыхъ мѣстахъ нѣкое огражденіе творити; и много по нему стрѣляхомъ, и ни единожды улучити не возмогохомъ. Мужа стара, мню быти Святаго Николу чюдотворца.

Въ той же день другій приступъ сотворища ко вратомъ у храма Святаго Николы, и по лѣствицамъ взыдоша на башню предъ враты; иніи же врата желѣзная ломяща, хотяху вкупѣ съ обоихъ странъ влезти въ монастырь, умышляюще всякими ухищрении. Промышленникъ же всѣхъ Господь нашъ Іисусъ Христосъ не презрѣ моленія Матере Своея и Святаго Николы чюдотворца за умоленіе, — абіе и жены храбры сотвори, — и младыя дѣти занаряжающа пищали мужемъ готовляху, — овіи оружіемъ съ стѣны пхающе, овіи же воду варяху съ каломъ ліяху за градъ на цриступающія воя по лѣствицамъ ко граду. Обаче же и сіи побѣждени быша и падоша: и обоимъ же не бѣ числа; а прочіи отбѣгоша посрамлени. Сія же велія побѣда и одолѣніе на невѣрныя латыня бысть Ноября бъ 14-й день святаго и всехвальнаго Апостола Ѳилиппа, и на утріе — на память святыхъ мученикъ и исповѣдникъ, Гурія, Самона и Авива, — такожде до конца побѣдиша ихъ. Во всѣхъ же сихъ лютыхъ приступѣхъ, язвенныхъ и побіенныхъ въ монастырѣ людей яко до четыредесять. Бѣ же въ то время болѣзни естественныя людемъ и моръ отъ нужды утѣсненія. Се же все бысть овое за умноженіе грѣхъ нашихъ.

По сихъ же злѣ бывшихъ намъ послѣднихъ приступовъ, минувъ десять дній, абіе присылаетъ ото Пскова Литовскій Урядный Воевода и Канцлѣръ, Янъ Замойцкій, въ Печерскій монастырь посланіе о сданіи монастыря, — Образъ стекляльяченъ въ простей крабійцѣ, за пріятельное вѣры людемъ ласкательство льстивно предлагаетъ, о немъ же въ посланіи явлено. Осадный же Голова Юрья Нечаевъ, приятъ посланіе и образъ, собра ту священный чинъ и вся мнихи и люди нарочиты; и показа образъ той, а посланіе повелѣ чести всѣмъ людемъ вслухъ. Въ посланіи же писано сице: «Янъ Замойцкій найвышный Гетманъ и Канцлѣръ Корунный, Староста Краяовскій, Бѣльскій, Кнышенекій, Крешевскій, Гормолинскій въ честную Обитель Успенія Пресвятыя Богородицы Печерскаго монастыря, Господину Тихону, еже о Христѣ зъ братіею. Повелѣніемъ Государя и Великаго Короля Стефана, Божіею милостію Короля Польскаго, до васъ сію грамоту посылаю, — что же вы, будучи во храмѣ святомъ, отъ Государя нашего никакіе зацепки не имѣли. И Государь нащъ Король, по закону христіанскія вѣры, нѣтокмо чтобы самъ храмы Божія разоряти [191]имѣлѣ, но и самъ созидаетъ, и вѣра бы христіанская умножалася; тако же и всему воинству своему запретивъ, еже храмовъ Божіихъ неразоряти. И вы, не помня своего чернечества, храмъ господень и мѣсто святое кровію облили, выходя изъ монастыря, люди королевскія имаючи на смерть побили, а иныхъ и нынѣ у себя въ монастырѣ держите. И Государь нашъ Король послалъ былъ немногіе люди подъ той Монастырь, не для того чтобы то мѣсто святое разорено было, а для того, чтобы такіе люди, въ такомъ святомъ мѣстѣ не крестьянски живутъ, вывести оттолѣ. А повелѣніемъ Государя нашего Короля, и Азъ иду съ войскомъ и съ нарядомъ къ вамъ; и не хотя святаго мѣста разорити, и большые крови пролити; что азъ и самъ по вѣрѣ хриотіанинъ, церкви Божіи не разоряю, но созидаю; и христіане были бы въ своей православной вѣрѣ. И Азъ пишу сію грамоту для васъ, чтобы есте сами по доброй волѣ монастырь сдали, стрелцовъ изъ монастыря выслали; а сами со всѣми животы своими изъ монастыря вышли; а Азъ васъ велю и съ вашыми животы и со всѣю рухлядію проводим до тѣхъ мѣстъ, гдѣ вы похотите. А которые въ монастырѣ у васъ Государьскіе люди, и вы бы тѣхъ людей съ ихъ животы оставили въ монастырѣ, и тѣ всѣ животы, которые были королевскихъ нашихъ людей. А будетъ похотите въ томъ монастырѣ жити, молити Бога за Государя Короля; и васъ Государь Король пожалуетъ; а будетъ не похотите въ томъ монастырѣ жити и изъ монастыря пойдете вонъ, и съ Стрѣльцы своими, и со всѣми тутошними людьми, и съ ихъ животы; и то на вашей воли. А будетъ за тою моею грамотою по доброй воли монастыря не отдадите, то азъ буду Богу и христіанской вѣрѣ невиненъ, — что святое мѣсто разорится и святыя церкви осквернятся и кровь христіанская многая пролиется: и та кровь взыщется на васъ. А азъ христіанинъ, вѣры Божіи не разоряй), и храмовъ Божіихъ не оскверняю. И прислали ко мнѣ изъ Ерусалима Образъ пречистыя Богородицы какъ благовѣстилъ Богородице Архангелъ Гавріилъ во градѣ Галилейстемъ въ Назаретѣ и Образецъ дому Іосифова, и на веру дому Пречистая наша Царица Богородица со Младенцемъ. И Азъ той Образъ послалъ къ вамъ въ монастырь; и вы бы тотъ образъ поставили въ Храмѣ честнаго и славнаго Ей Успенія и за нашего Государя бы есте и за меня Бога молили, и Государь Король, и Азъ васъ пожалую. И вѣдалъ бы всякъ, что православная вѣра Христіанская и вашъ мнишескій чинъ нерушымъ былъ, и святое мѣсто не разорилося». Слышавше же таковая посланія, иноцы рѣша: «не хотимъ Королева жалованья, и не страшимся отъ его угрозъ, не пріемлемъ Канцлѣрова лстиваго ласканія, ни его лестнаго обѣщанія Латынскаго по Христіанству; но умремъ въ Дому Пречистыя Богородице, по своему иноческому обѣщанію». А Христіане рекоша: «по крестному цѣлованію, за отчину своего Государя царя и Великаго Князя Іоанна Васильевича всея Россіи и за [192]его чада Царевича Князя Ѳедора, мы такожде должны умрети, а монастыря Богоъ-зданныя-пещеры не отдадимъ». Бѣже яко седмый день тогда, егда преставися Царевичь Князь Іоаннъ на Москвѣ. Таже Осадный Голова, Юрья Нечаевъ и весь сигклитъ, совѣтовавъ, повелѣша отказати посланнымъ отъ Короля за ограду Старцу Тернуфію, тако зовому. Старецъ же Тернуфій оболкся въ весь иноческій чинъ Великаго Образа, показавъ главу изъ стѣннаго окна, отказа сице: «аще и предастъ насъ Господь за грѣхи наши, но должны есмы вся по Христѣ умрети въ Дому Пречистыя Богородицы, въ немъ же пріяхомъ сей Великій Ангельскій Чинъ, якоже мя единова сицева видите; тако вси мы готовы умрети за Государя нашего Царя и Великаго Князя отчину, и за святыя церкви, и за законъ Православныя нашея христіанскія вѣры; а монастыря Королю вашему не отдадимъ». Таже и вси людіе, тоже слово рекуще, съ стѣны оградные съ воплемъ дерзостне отказаша; и начаша ихъ съ стѣны стрѣляти. Они же посрамлени побѣгоша, ничтоже обрѣтше. И отъ того дни стояху Угрове и Нѣмцы около монастыря того, мѣсяца два и дній пять, стрежаху, и нѣдающе никому изъ монастыря изыйти, ни въ монастырь внити; и всячески промышляху, и угрозы кажуще, аще монастыря имъ не отдадутъ. Потомъ же по мирномъ положеніи, отъ града Пскова и отъ монастыря Печерскаго оное веліе все воинство отидоша. Слышавъ же таковое побѣжденіе Турскій Царь Амуратъ Селимовъ отъ вой, иже бяше были Турцы у Пскова, вельми посрамися, охуждая голдовника своего, Короля Польскаго, ко своимъ глаголаше: «како сей несмысленный несоодолѣ безлюдну граду Пскову, и монастырю Печерскому неимуща воя». Оніи же Туркове, иже бяху писанія, прежде бывшая во Израили чтуще, разсуждаху, царю глаголюще: «аще бы и всея вселенныя царіе пришли суть на восхищеніе граду оному и монастырю, не бы могли взяти Домъ Божій, и Избавителя и Защититедя ихъ». Сія же намъ повѣда плѣнникъ изъ Царя-града, нѣкто именемъ Козма Ляпуновъ, тогда бывшу ему въ Констентинѣ Градѣ. Прослу же монастырь Пречистыя ради Богородицы, — неизреченнаго и дивнаго Ея поможенія, и заступленія, — во всю Скиѳскую страну, и въ Нѣмецкіе Островы, по Варяжскому морю, аже и до Рима, — паче же и до Царя Града. Сами они безстудніи Латынове, укоризну себѣ износяще, глаголаху: «како онъ малый градецъ (крѣпость Печорскаго монастыря), межъ горъ стоящъ, и воя храбрыя не имѣя въ себѣ, токмо Мнихи и простіе людіе, поселяне зъ жены, — а надъ ними учиненна Старѣйшыною къ ополченію Юрья именемъ, родомъ Нечаева, млада суща и мала возрастомъ; и сего невозмогохомъ одолѣти; но всуе трудихомся противъ невидимаго небеснаго Царя воинствъ». Обаче же и ину отъ нихъ повѣсть слышахомъ: вопрошаху ины воини у бывшихъ у Печерскаго монастыря воиновъ: «пане, гдѣ былъ еси — подъ замкомъ»? Онъ же отвѣща: «мѣшкахъ [193]у бѣлаго замка Печерскаго». Паки глагола: «Добыли ли замокъ»? Той же рече: «Како добыти, гдѣ Богъ Самъ изволи быти и Его Матерь, якоже Давыдъ глаголетъ гора юже благоволи Богъ жити въ ней, ибо Господь вселится до конца». Сію же Божію милость видѣвше и помощь Пречистыя Богородицы, — и отъ всѣхъ иноплеменникъ — невѣдущихъ суща истиннаго Бога, и Его Матере, покорное разсужденіе ихъ, должни есмы и мы со Пророкомъ воспѣти пѣснь нову: «яко дивна сотвори Господь, спасе насъ десница Его и мышца святая Его. Яви Господь спасеніе Свое предъ языки, откры правду Свою», помяну милость Свою граду Пскову, — и истину Свою Дому Пречистыя Богородицы.

Положиша же и обѣтъ бывшыи тогда въ Печерскомъ монастырѣ въ осадѣ Священницы и братія наша и всѣ православніи христіане, ходити со Оною Богоносною Иконою Пречистыя Владычицы нашея Богородицы и приснодѣвы Маріи честнаго Ея Умиленія, и съ честными Кресты, во градъ Псковъ, въ недѣлю седмую по Пасцѣ, — ко святѣй Велицѣй Соборней и Апостольстѣй Церкви Пресвятыя и животворящія нераздѣлимыя Троицы, — воспоминовенія ради родомъ грядущимъ, бывшыя ради побѣды на противныя Тою Чюдотворною Иконою во градѣ Псковѣ.

Бываютъ же отъ сея Богоносныя Пречистыя Иконы дивная и неизреченная чюдеса съ вѣрою приходящимъ — слѣпымъ прозрѣніе, даже и до днесь.


Примѣчанія[править]

  1. Выписка эта издана въ Псковѣ въ 1881 г. преосвященнымъ Павломъ, епископомъ псковскимъ и порховскимъ.
  2. Китлеръ — это Кетлеръ, племянникъ герцога курляндскаго Готгарда; Хранбѣкъ это Юрій (Юргенъ) Фаренсбахъ. Подробности о немъ см. Приб. Сб. III, 212 и 213.